Страница 75 из 103
К нему присоединился Эйджер, одетый немного лучше и тоже с мечом в руках, готовый к любым действиям.
– Линана нет в его комнате, – озабоченно произнес горбун.
Камаль громко выругался, и вместе друзья бросились в кухню, ожидая самого худшего. Посреди кухни было распростерто тело Айрана, окруженное, точно жутким ореолом, большой лужей крови. Горло хозяина было перерезано от левого уха до середины гортани. Эйджер опустился на колени возле тела и дотронулся сперва до шеи мертвеца, а затем ощупал его ладони. Рядом в кресле лежала, отчаянно рыдая, одна из помощниц Айрана по кухне.
Камаль метнулся к двери, однако Эйджер остановил его.
– Бесполезно, Камаль! Он мертв вот уже несколько часов. Шея и пальцы успели застыть, словно костяные.
Камаль, не обратив внимания на эти слова, выбежал из кухни. Эйджер схватил за руку кухонную работницу.
– Когда ты вошла сюда?
– Не больше чем пять минут назад, сэр! Я чистила снаружи, вошла сюда, чтобы поставить кастрюли, и увидела господина Айрана! О Боже, это ужасно… – Ее голос вновь сорвался на крик, однако Эйджер сильно встряхнул ее.
– Слушай меня! У вас здесь есть священник?
– Да, сэр.
– Ступай и приведи его сюда, да побыстрее. А еще собери всех, кто только работал здесь сегодня ночью!
– Да, сэр, – послушно повторила работница и вышла из кухни. Поток ее слез прекратился теперь, когда для нее нашлось дело. Вернулся Камаль с перекошенным от ярости лицом.
– Там сбоку к стене харчевни были привязаны три коня, а в грязи я обнаружил четыре пары следов. С тех пор, как там были люди, прошло около пяти часов.
– Линан был с ними?
Камаль пожал плечами.
– Не могу с уверенностью этого сказать. Мы ни за что не должны были оставлять его ночью одного!
– Ну, теперь с этим уже ничего не поделаешь.
– Мы с Дженрозой могли бы поискать повнимательнее.
– Ты бы сперва лучше оделся, если не хочешь своим видом перепугать горожан. Да, кстати, я попросил эту женщину привести священника.
– А что, если он нас узнает?
– Ради Бога, друг, а что, если он заподозрит нас в убийстве Айрана? По крайней мере, если мы постараемся помочь понять, что здесь произошло, мы сумеем этого избежать.
Камаль взглянул на Эйджера так, будто собирался спорить, однако в конце концов кивнул и направился за Дженрозой. Вскоре в кухне появился невысокий толстяк с оранжевым поясом священника. Он едва дышал и был сильно взволнован. Не обращая внимания на Эйджера, он склонился над мертвым хозяином харчевни, горестно качая головой и цокая языком.
– О Боже! Ничего подобного у нас долгие годы не случалось. И надо же, чтобы из всех горожан это произошло именно с Айраном! О Боже мой!
Он шумно выдохнул через нос, как разозленный бык.
– Я попросил женщину, которая его нашла, собрать всех людей, которые работали здесь сегодня ночью, – сказал Эйджер. – Может быть, они смогут что-нибудь вам рассказать.
Священник взглянул на него с таким изумлением, будто Эйджер появился прямо из воздуха.
– Действительно, друг мой? Что ж, это было необычайно дельное решение. А кто вы такой?
– Я путешественник. Этой ночью мы заночевали здесь вместе с тремя товарищами.
Выражение лица священника тотчас стало подозрительным.
– Значит, вы чужестранцы?
– Чужестранцы, которые хотят вам помочь, – быстро ответил Эйджер. – Вполне возможно, что тот, кто это сделал, кроме этого, причинил какое-то зло одному из наших товарищей. Его нет в его комнате, он исчез.
– Или бежал из страха за собственную жизнь, сделав свое ужасное дело, – заметил священник.
– У него не было причин для этого.
– Айран был человеком небедным. Для кого-то и горстка золотых монет могла бы стать более чем достаточной причиной для того, чтобы загубить невинную душу.
– В таком случае, может быть, вы посмотрите, не пропали ли какие-нибудь золотые монеты? – предложил Эйджер. – Боже мой, еще одно здравое предложение. Но я не знаю, где Айран хранил выручку.
В это мгновение появилась работница в сопровождении нескольких поваров и слуг, которых Эйджер видел ночью. Все они обступили тело Айрана, точно щенки вокруг мертвой матери, всхлипывая с потерянным видом. Священник попытался было всех успокоить, однако от его слов собравшимся, казалось, стало еще хуже, всхлипывания превратились в подвывания.
– Деньги, – напомнил священнику Эйджер.
Тот кивнул.
– Левит, – сказал он, обняв за плечи одного из молодых людей. – Послушай меня, Левит. Где ваш хозяин хранил выручку?
– Он умер, господин Этин, – воскликнул Левит. – О боги, он умер!
Этин слегка встряхнул молодого человека.
– Слушай, Левит, ты должен мне сказать, где Айран хранил свою выручку. Мы должны знать, не воры ли его убили.
Левит показал под выщербленный стол, представлявший собой огромную деревянную плиту на стальных колесах.
– Там, внизу. Там отходит одна доска.
Эйджер, не дожидаясь священника, подошел к столу и наклонился. Кончиком меча он стал проверять доски и вскоре нашел одну, которая приподнималась над остальными. Он сдвинул ее и стал шарить в образовавшемся отверстии. Вскоре он поднялся, держа в руке покрытую ржавчиной металлическую шкатулку. Он потряс ее, и все услышали звон монет.
– От нее должен быть ключ, – сказал священнику Эйджер.
– Он на веревке вокруг его… его шеи, – прошептал Левит, показывая на тело Айрана.
Этин, видимо, колебался, однако Эйджер решительно склонился над телом, снял с окровавленной шеи кожаную веревку, на которой висел ключ, и открыл металлическую шкатулку. Всем присутствующим он показал ее содержимое – шкатулка была наполовину заполнена монетами, среди которых виднелось несколько золотых, а остальные в большинстве своем медными.
– Ну так что вы скажете, вся ли здесь ночная выручка? – обратился Эйджер к Левиту.
– Здесь больше, сэр. Скорее всего, это деньги, полученные за две ночи. Должно быть, он собирался отнести эти деньги сегодня утром господину Шеллвизу.
– Господину Шеллвизу?
– Это наш судья, – пояснил Эйджеру Этин. – У него в кабинете есть несгораемый шкаф.
Он взглянул на Эйджера.
– А если это было сделано не для того, чтобы украсть деньги, то почему Айрана убили?
– Чтобы он не помешал похитить моего товарища, – отозвался Эйджер. – Второй наш друг уже осмотрел все вокруг харчевни. Он обнаружил следы трех лошадей, однако, кроме них, он увидел следы четверых людей. Он смог определить, что этим следам по меньшей мере пять часов. К тому времени Айран был уже мертв. Вы можете потрогать его пальцы, если не верите мне.
Священник вздрогнул.
– Я верю вам, сэр. – После этого он повернулся к Левиту. – Я хотел бы, чтобы ты и все остальные отправились в зал. Разведите в камине огонь посильнее. Я скоро приду к вам, чтобы поговорить.
Как только все вышли из кухни, Этин вновь обратил внимание на Эйджера.
– А теперь скажите, мой друг, почему у кого-либо могло возникнуть желание похитить вашего товарища? За него можно получить выкуп? Или он кому-то задолжал деньги?
– Мы крестьяне, и ни один из нас не стоит более того, что может стоить наша одежда.
– Вы говорите и поступаете совсем не так, как крестьянин.
– Когда-то я был солдатом, так же, как и еще один из моих друзей, однако тот, кто пропал, всего лишь юный мальчик, неоперившийся и неопытный в житейских обстоятельствах.
– Тогда придется вернуться к моему вопросу. Почему его похитили?
В ответ Эйджер смог только пожать плечами. Ему не приходило в голову никакой складной истории, которая устроила бы священника, и потому он почел за лучшее промолчать и посмотреть, что произойдет дальше. Для человека, первостепенной обязанностью которого было поддерживать мир и покой в городе, священник задавал слишком каверзные вопросы.
В кухню быстрыми шагами вошли Камаль и Дженроза. Камаль успел полностью одеться, а их с Дженрозой сапоги были едва ли не до самых колен забрызганы грязью. Лицо Дженрозы даже при ярком свете казалось бледнее мела. Камаль угрюмо покачал головой.