Застава

- Убери!.. - стонал закрывший лицо боярин. Куза немедленно запихнул крестик назад в коробку и поплотнее надвинул крышку.

Оскалив зубы, Моласар чуть не бросился на него с кулаками.

- Я думал, что нашел в тебе союзника в борьбе с иноземцами, - яростно прошипел он. - Но вижу, что и ты такой же!

- Нет, я тоже хочу, чтобы они убрались отсюда! - испуганно затараторил профессор - Ничуть не меньше, чем вы!

- Если это так, ты никогда бы не принес эту мерзость в мои комнаты! И никогда не стал бы мне это показывать!

- Но я же не знал! Это могла быть просто очередная сказка, как чеснок или серебро! - Необходимо было срочно убедить Моласара.

Хозяин замка задумался.

- Да, пожалуй. - Он резко повернулся и зашагал в дальний угол, слегка уже успокоившись. - Но у меня все равно еще остаются сомнения на твой счет, калека.

- Прошу вас, не уходите! Останьтесь!

Моласар оглянулся, и темнота стала медленно обволакивать его тело Он не отвечал.

- Я на вашей стороне, Моласар! - изо всех сил крикнул профессор. Он не мог сейчас просто так отпустить хозяина замка. Ведь ему столько еще нужно узнать от него. - Пожалуйста, поверьте мне!

Теперь уже в зловещем мраке оставались видны лишь блестящие глаза Моласара - все остальное окутала сплошная темень. И неожиданно из черноты вырос грозящий палец, указывающий прямо в лицо профессору:

- Я буду наблюдать за тобой, калека. И если ты убедишь меня в том, что тебе можно верить, мы еще встретимся и поговорим. Но ежели ты предал наш народ, я жестоко казню тебя.

Сначала исчезла рука, потом растворились в темноте и глаза. Но слова как будто остались - в голове Кузы все еще громко и ясно звучало это страшное обещание. Но вот мрак постепенно рассеялся, словно впитавшись в гранит стен, и вскоре комната стала такой же светлой, как прежде. Будто никого здесь и не было. И только надкушенный кусочек чесночной головки лежал в углу, напоминая о невероятной встрече с вампиром.

Долгое время Куза боялся пошевелиться. Потом ощутил сильную сухость во рту - язык просто не поворачивался. Привычно взяв со стола чашку с водой, он сделал несколько коротких глотков, а затем медленно повернулся к своей коробке. Минуты две он смотрел на нее, задумчиво водя пальцем по крышке, и наконец открыл. Профессор был в замешательстве: то, что он только что узнал, никак не соответствовало его теориям и догадкам. Он вынул из коробки крест и положил его перед собой.

Такая простая и небольшая вещица... Обычный серебряный крестик с чуть закругленными тупыми концами. Даже не распятие. Просто крест. Как символ бесчеловечной жестокости по отношению к человеку.

Куза внимательно всматривался в этот маленький нехитрый предмет, а стены комнаты будто бы сблизились и обступили его, плотно сжав своим гранитным кольцом. Кресты во всех видах использовали еще в древности, чтобы отваживать нечистую силу. Кроме крестов, было и множество других вещей, помогавших в борьбе со злом. Особенно у цыган в Восточной Европе. В том числе иконы, чеснок и различные травы. И поэтому он положил этот крестик в свою коробочку наряду с другими предметами, не особенно рассчитывая при этом на успех и, разумеется, не отдавая ему никакого предпочтения перед всеми остальными средствами для борьбы с нечистью.

Но оказалось, что Моласар испугался именно креста. Он не смог выдержать одного его вида!.. Традиционно считалось, что крест отпугивает вампиров и демонов, потому что представляет собой как бы символ конечной победы божественного добра над силами ада. Но Куза всегда был уверен, что если нечистая сила и существует в реальности, то крест отпугивает ее лишь потому, что сам человек убежден в его магическом действии. Все дело тут именно в вере, а никак не в предмете, который человек в это время держит в руках.

И вот оказалось, что это совсем не так.

Моласар - чистое зло. Это надо принять как аксиому. Любая тварь, оставляющая за собой такое количество жертв, чтобы продлить или улучшить собственное существование, несомненно, является представителем темных сил. Когда Куза показал ему крест, Моласар чуть не сгинул от ужаса.

Значит, сила заключена именно в самом кресте, а не в том, кто им пользуется.

Руки профессора задрожали. При одной мысли о том, что это может означать, он искренне пожалел, что вообще родился на свет. Ведь это меняло не только его личные представления о религии и всей жизни...

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦТАЯ

Застава

Четверг, 1 мая

Время: 06.40

Уже две ночи подряд смерть обходит перевал стороной! Поправляя начищенную до блеска пряжку ремня, Ворманн с удовольствием отметил, что настроение его повышается с каждой минутой. Однако сам замок не показался ему веселее и жизнерадостнее. В воздухе по-прежнему висело все то же тягостное предчувствие беды, ощущение близости чего-то зловещего. Нет, замок оставался прежним; перемены произошли в самом Ворманне. Ему почему-то стало казаться, что он все-таки уедет отсюда живым. Хотя в последнее время капитан сильно сомневался в этом. Но после плотного завтрака и здорового сна многие, даже очень сомнительные вещи могут показаться вполне реальными. Например, раз уж и сегодня никого не убили, то есть надежда, что скоро Кэмпфер уберется отсюда вместе со своим змеиным выводком.

И даже собственная картина перестала раздражать Ворманна. Правда, загадочная тень на холсте продолжала напоминать силуэт повешенного, но теперь это уже не имело большого значения. И он не смог сдержать улыбки, вспомнив, как расстроился в тот момент, когда майор заметил эту деталь.

Неторопливо спустившись на первый этаж, он столкнулся с Кэмпфером, который с таким решительным видом спешил в комнату профессора, что капитану стало немного не по себе.

- Доброе утро, штурмбанфюрер! - улыбнулся он, чувствуя, что сегодня может и улыбаться, и терпеть возле себя этого эсэсовца, понимая, что скоро тот навсегда исчезнет из его жизни. - Вижу, у нас с вами желания совпадают - прямо телепатия! Я ведь тоже иду поблагодарить профессора Кузу за спасение немецких солдат.

- У вас нет никаких доказательств, что он хоть чем-то поспособствовал их безопасности! Мало ли, что он сам заявляет об том!