Ваше Благородие

Итак, полковник Кронин поехал к полковнику Адамсу. На базу он прибыл как раз вовремя, а именно - в тот момент, когда связь поддерживал полковник Чернок.

Кронин вошел в штабное помещение, движением руки выгнал из кресла одного из дежурных лейтенантов и занял его место.

- Только что был высажен самолетный десант в Саках. На Качу идут вертолеты, - сообщил Чернок. (Дела! - подумал Кронин). Судя по всему, продолжал летчик, главнокомандующий Вооруженными Силами Юга России генерал Павлович уже арестован. Во всяком случае его кабинет молчит, дома его нет.

- Возможно, у меня неполадки со связью, - сделал оговорку Чернок, попытайтесь вы позвонить генералу. Я пока подержусь на этой частоте.

- Господин полковник, - раздалось приглушенно, - поступили сведения от американцев...

- Сбросьте на маниторы базы, - велел Чернок. - Ваш сын передает вам привет, господин Кронин. Боюсь сглазить, но парень стал отличным специалистом в своем деле. Мы, старперы, все еще воспринимаем компьютеры как некое колдовство, а молодежь пользуется электронным мозгом, как собственным...

- Дай Бог, чтоб не возникло соблазна заменять одно другим... - проворчал Кронин. Сейчас его больше интересовала американская сводка, чем успехи сына, в которых он не сомневался.

Сводка была довольно безрадостной. Красные уже успели блокировать две важнейшие авиабазы. Две эскадры находились у крымских берегов, и уж наверняка не за тем, чтоб провести военно-морской парад.

Полковник Адамс отодвинул телефон и повернулся к видеоглазу.

- Генерал не отвечает, - сообщил он. - Похоже, ваше высокоблагородие, вы правы. К сожалению.

- Плохо, - даже за шлемом было видно, как изменилось лицо Чернока.

- Саша, - спросил Адамс, - Вы предполагали нечто подобное?

- Предполагал, - кивнул Чернок.

- Они, кажется, обещали постепенное присоединение, - Адамс добыл из кармана портсигар, а из него - сигарету.

- Они ничего не обещали, - отрезал Чернок. - Как временно главнокомандующий, я хотел бы проконтролировать процесс... Считаю лишним напоминать, что если что-нибудь случится, то командование Вооруженными Силами Юга России ляжет на ваши плечи, Дуглас. Ответственность огромна, учитывая... всевозможные случайности. Я еще выйду на связь. Направляюсь на евпаторийское побережье, следите за поступающей информацией. Пока, Даг...

Чернок отключился.

- Предлагаю пройти в мой кабинет, - Адамс перешел на английский, свой - и Кронина - родной язык.

Кабинет командующего Южным Районом Обороны был настолько мал и забит разнообразной аппаратурой, что любой советский командующий округом постыдился бы его занимать. Но два полковника разместились там вполне комфортно.

- Я не пойму, Леон, зачем они все это делают. Выражаясь государственным языком, на кой ляд. Бросать такие силы в страну, добровольно заявившую о своем присоединении - это просто неэкономно. Не говоря уже о возможных осложнениях, - он вызвал на монитор разведданные последних недель. - На Евпаторию, Феодосию и Керчь готовится десант. Силами двух мотострелковых дивизий. Воздушных десантников при поддержке бронетехники высадили в Симфи, точно такая же картина - в Саках и Сары-Булате. Такое впечатление, что у них неправильные представления о наших намерениях...

- Меня гораздо больше удивляет поведение Саши, - заметил Кронин. - Он сильно обеспокоен. Как при Синопе. А Саша не беспокоится по пустякам.

- Колоссальная ответственность, Леон. Одна горячая голова, один случайный выстрел - и готов казус белли. Давай начистоту: наша великая Родина (говоря эти слова Адамс ни в коей мере не имел в виду старушку Британию, а самым искренним образом говорил об СССР) отличается большой любовью к разного рода военным провокациям.

Кронин задумался. Если советские солдаты начнут стрелять в его солдат должен ли он отдавать приказ открыть ответный огонь? Он не сомневался, что такой приказ понадобится, ибо ни один из форсиз самовольно не поднимет оружия против советского бойца. Отдать такой приказ - и на какую кровь, на какую войну он обречет две стороны, желающие соединится мирно? Но видеть, как падают под пулями его мальчики и не отдать приказ "Огонь!" - способен ли он, Кронин, офицер и джентльмен, присягавший на верность народу Крыма - а значит, и матерям этих мальчиков - способен ли он на такую подлость во имя великой цели, торжества Идеи Общей Судьбы?

А скорее всего, даже не в нем дело. Его может и не быть в этот момент рядом. А младшие офицеры - как они разрешат эту дилемму?

Капитан Замятин... Вот, кто поломает голову, душу и сердце. Один из фантов ИОСа, блестящий офицер - променяет ли он своего друга, скажем, поручика Барлоу, на Идею? Подполковник Ровенский, аполитичный служака? Капитан Карташов? Поручик Шмидт? Капитан Верещагин?

Ему не давало покоя совещание, которое он застал в конференц-зале при спущенных шторах.

Войдя в свой кабинет, он нажал кнопку селектора и приказал дежурному офицеру поднять весь офицерский состав, и пусть зайдут к нему, как только будут готовы.

Когда офицеры собрались, полковник кратко ознакомил их с ситуацией.

- Хочу подчеркнуть, - напоследок с нажимом сказал Кронин, - огромную долю личной ответственности каждого из вас. Подчас избежать боя сложней, чем выиграть его. Ваша задача - проконтактировать с советскими войсками тихо и мирно.

- Господин полковник, - как только Кронин замолк, подполковник Ровенский поднял палец, - у вас есть основания предполагать, что это будет сложно сделать?

Полковник взвесил свой ответ и нашел его весьма нелегким.

- Господа офицеры, по последним сведениям, поступившим в тактический центр, крымские военнослужащие после сдачи подвергаются изоляции. Правомерно ожидать чего-то подобного и в отношении нас. Пусть для вас не будет неожиданностью, если к вам станут относится как к военнопленным. Со всеми вытекающими отсюда последствиями. Я понимаю, в какую фикцию превращается в таком случае присяга и не настаиваю на безусловном ее исполнении. Иными словами, тот, кто хочет, может уйти из батальона. Дезертирством это считать я не буду.

Пауза застывшая после этих слов, хрустнула сухим голосом поручика Шмидта: