Страница 117 из 155
- Тамара! - окликнула ее Рита.
Она вяло махнула рукой, направляясь к машине. Скорей бы уже подогнали буксир. Кто это там с Ритой? Что за тип в морской форме?
- Поручик Уточкина?
- Так точно, - ответила она. Менее бодрым голосом, чем хотелось бы.
Он достал из кармана офицерскую книжку, протянул ей, привычным жестом раскрывая:
- Капитан второго ранга Уильям Флэннеган. ОСВАГ. Могу я с вами поговорить?
МОССАД
Вышли мы на дело
я и Рабинович...
Песенка
Из Главштаба смывались со страшной скоростью. Сражение между спецназом и объединенными силами десантников-мотострелков быстро приобрело новый размах и переросло в солдатский бунт. Никто уже не вспоминал, из-за чего дерутся. Резуна захлестнул ужас ребенка, решившего пошалить со спичками и вдруг оказавшегося в горящей квартире. Тут уже не до майорского звания - унести бы ноги.
Варламов так и не догадался, что тут к чему. Больше был занят спасением своей шкуры, своего "рено" и своей надежды на полковничьи звезды. "Надежду" быстро отстегнули от батареи, свезли на лифте в гараж, по пути наскоро одевая в спецназовскую форму с оторванными знаками различия, Резун приковал его к себе наручниками - рука к руке - и "рено" рванул от Главштаба к аэропорту быстрей, чем заяц от орла.
Удерживать скорость удалось недолго. Сначала они притормозили, объезжая скопления машин и советской боевой техники, брошенной без капли топлива, потом несколько раз останавливались по требованиям патрулей, потом начали кружить, а потом и вовсе заблудились.
А ведь сам виноват. Соображать надо было, кого на пост ставить. Одному Ныммисте могло прийти в голову развязать настоящее сражение из-за этого недоумка. Один Ныммисте понимал приказы так буквально. Вот и погиб ни за понюх, чухонец белоглазый. Русский парень уже давно въехал бы, что к чему...
Пока суд да дело, атмосферный фронт добрался до Симфи. Брезентовой плотности тучи обложили столицу Крыма по всем правилам, замкнули кольцо, а потом разверзлись хляби, и начался совершенно тропический дождь.
Варламов чертыхнулся, в очередной раз обнаружив рукотворный тупик на одной из надземных развязок. В аэропорт им нужно успеть как можно раньше. Потому что самолеты не резиновые, а когда десант и мотострелки поймут, что их просто здесь бросили, ГРУшные корочки начнут производить совсем не то впечатление, которого хотелось бы.
- Не нравится мне этот "фольксваген" - пробормотал майор.
В зеркале заднего обзора действительно появился "фольксваген" черного цвета. Они натыкались на него слишком часто, чтобы эти встречи были случайными.
Черный "пассат" развернулся поперек эстакады, загородив им выезд. С другой стороны его загораживал белый трейлер-"Форд".
- Охотники за машинами, - предположил Резун.
Эта методика была уже отработана, как он заметил: один офицер угонял машину, товарищи садились в нее, колесили по городу и присматривали транспорт для остальных. Иногда забирали со стоянок и паркингов, иногда преследовали аборигенов и, если тачка нравилась, перегораживали ей путь и под дулами автоматов выгоняли всех из машины. Сегодня, правда, преследовать было некого: аборигены попрятались. Но вот ведь - нашлись флибустьеры на черном "фольксе"...
Легко и просто. Но не на этот раз. На этот раз у них здорово вытянутся рожи, когда Варламов предъявит им свою офицерскую книжку.
Он с опозданием пожалел, что взялся вести сам. Конечно, не майорское это дело - вести машину и разбираться с угонщиками. Но сидеть ухо в ухо с человеком, у которого еще не засохла на бинтах своя и чужая кровь - это еще более не майорское дело.
Он подрулил к "фольксвагену" не спеша, давая понять, кто здесь хозяин. Приготовил "корочку", чтобы показать ее в окно. Стекло опустилось, майор поморщился, когда на руку ему упала ледяная капля. Рука мгновенно покрылась гусиной кожей. Майор увидел, как открываются дверцы и появляются ребятки в форме ВДВ. Да, таких наглых рях он еще не видел в жизни, хотя перед его глазами за годы службы в ГРУ прошла отменная коллекция подонков. На одном голубой берет сидел как-то странно...
- Освободите проезд, - приказал он.
Тот угонщик, что сидел на водительском месте, уже вышел из тачки и стоял, лениво облокотившись на крышу машины - черную и блестящую, как новая галоша. Словно и не лупасил по мосту ливень, а ярко пригревало солнышко. Второй так же расслабленно сидел боком на переднем кресле.
- Нам кое-что нужно, - сказал стоящий.
- Обойдетесь, козлы. - Отрезал Варламов. Из кармана он извлек офицерскую книжку, и предъявил ее в развернутом виде. - Читать умеете? Так что читайте и пи...уйте отсюда. Я из ГРУ.
- Иди ты! - притворно удивился сидящий. - А я из МОССАДа.
Майор понял, что это не шутка только тогда, когда заметил ствол пистолета с глушителем.
То есть, слишком поздно.
***
Верещагин видел, как майор запрокинул голову и спецназовские мозги брызнули во все стороны. Резун чертыхнулся и рванул застежку кобуры.
Сейчас, подумал Верещагин, надо попробовать двинуть ГРУшника в висок и отобрать шпалер.
Надо попробовать.
Он знал, что не получится. И все же попробовал. И не особо удивился, когда Резун перехватил его руку и почти небрежно двинул ему локтем под ребра.
Воздух обрел консистенцию и вкус силикатного клея. В голову уперлось железное, твердое и холодное - ствол "Макарова", на что спорим?
- Твою мать, - сказал ГРУшник,- Твою мать, твою мать... Что же делать... А ну, вылезай!
Резун выволок пленника из машины и, прикрываясь его телом, сделал шаг назад. Налетчики обходили машину с двух сторон. Резун отступал, пока не уперся спиной в трейлер.
- Отпусти его, - сказал один из них, со странно сидящим беретом. Берет сидел так из-за длинных волос, схваченных в пони-тейл на затылке. - Оставь его нам, садись в машину и уматывай.
- Иди на хер, - ответил Резун. Единственной гарантией его жизни был заложник.
- А если он сам нам не нужен? - как-то вкрадчиво спросил волосатый. Другой, стриженый так коротко, что можно было назвать его и бритым, осторожно лавируя между машинами, обходил сбоку.