Страница 65 из 86
— Капитан, сколько времени до боевого контакта?
— Около шести часов, адмирал.
В это время поступил вызов Виллана:
— Адмирал, что случилось?
Тоси одернул мундир и, вздохнув, ответил:
— Катастрофа. Нас встретил флот противника. Шансов уйти нет.
Принц некоторое время переваривал информацию, а потом спросил:
— Наши гости оповещены?
— Пока нет.
— Не надо их держать в неведении. Позвольте им ознакомиться с оперативной обстановкой, они имеют право знать.
— Хорошо. Мы организуем им доставку всей информации. Они имеют боевой опыт, может, их советы помогут нам.
Ким сидел в кают-компании вместе с инструкторами и строил догадки по поводу объявленной тревоги. Наконец на экране возник адмирал, он обрисовал обстановку, вывел схему пространства и призвал мужественно исполнить свой долг.
— Ну они-то исполнят свой долг, а как мы его можем исполнить? — съязвил Видов.
— А мы просто будем делать вид, что исполняем, — поддакнул Ким.
Ким восстановил в памяти схему оперативной обстановки и, скорее по привычке, чем по необходимости, стал анализировать ее со всех сторон. Судя по обстановке, адмирал принял решение не уклоняться от боя. Это, конечно, мужественный поступок, но стратегически неверный. Чем дольше противник будет гоняться за ними по пространству, тем больше вероятность того, что на помощь Аффену успеет прийти флот Содружества. Что касается тактики предстоящего боя, то информации пока слишком мало, надо попросить Виллана уговорить адмирала поделиться более подробно своими планами, и сделать это надо как можно быстрее, каждая минута промедления — это полчаса упущенного времени. Ким вызвал Виллана и поделился с ним своими соображениями. Виллан сразу ухватил суть, попросил подождать, пока он переговорит с адмиралом, а через несколько минут вызвал Кима на мостик флагмана.
Адмирал встретил его словами:
— Прошу прощения, лейтенант. Вы, конечно, оказались правы, я немного погорячился, приняв решение атаковать противника — по стратегическим соображениям этого делать не надо, мы уже начали ускорение в противоположную сторону. Но в конечном счете нас догонят и расстреляют, а мы не сможем организовать ни малейшего сопротивления.
— Извините, господин адмирал, но даже если бы ваша эскадра атаковала противника на высокой встречной скорости, что вряд ли позволит противник, шансы нанести ему ощутимый ущерб практически равны нулю.
— Все верно, молодой человек. У вас есть опыт проведения операций?
— В последнее время я служил в группе планирования при штабе оборонной станции, это не совсем то, но некоторый опыт имеется. Если позволите, я хотел бы более подробно ознакомиться с обстановкой, может случиться так, что в истории нашего флота уже встречались подобные обстоятельства.
— Вот как? А вы что, все их хорошо знаете?
Принц склонился к адмиралу:
— Господин адмирал, я хорошо знаю этого человека, на данный момент он наш единственный шанс. Дайте ему возможность, и он вытащит нас из этой передряги или по крайней мере заставит противника заплатить высокую цену за свою победу.
— А у меня на это нет никаких возражений. Буду очень рад дельным советам. Прошу пройти в оперативный блок, лейтенант.
В оперативном блоке царило уныние, офицеры планирования операций уже закончили анализ обстановки и не могли даже предположить, что можно сделать в подобной ситуации. Противник имел настолько подавляющее преимущество, что любые тактические разработки были бесполезны. Поэтому, когда адмирал распорядился предоставить Киму всю возможную информацию, у них возникло некоторое раздражение. Конечно, флот Содружества имеет большой опыт и славные традиции больших побед, которых не было и, по всей вероятности, уже не будет у флота Аффена, но всему есть предел.
Ким прекрасно понимал состояние окружающих, но не стал обращать на это внимания. Прежде всего он изучил предоставленный ему анализ сил противника, потом принялся за изучение тактико-технических данных кораблей Аффена. Получив эти данные, Ким сделал выкладку возможных итогов боевого столкновения в зависимости от стандартных схем ведения боя. Противник разделился на две группы: вперед он выдвинул легкие, наиболее быстроходные корабли, которые сейчас стремительно нагоняли эскадру, тяжелые крейсера и линкоры двигались во второй группе, они не могли резко ускориться. Однако передовая группа противника, выйдя на предельную дальность стрельбы, начнет обстрел эскадры из главных калибров, а для того чтобы ответить, надо развернуть корабли и потерять ускорение, поэтому придется постоянно оставлять заслон из наименее быстроходных кораблей. На основе полученных данных Ким составил небольшую модель, а потом, вводя различные нестандартные схемы маскировки от передовой группы противника, стал улучшать показатели боевых столкновений. Раздражение, царившее вокруг Кима, стало постепенно меняться на удивление. Скорость, с какой Ким усваивал информацию, с точки зрения окружающих, была попросту невозможной, а что творил Ким, не укладывалось у них в голове. Казалось, в сложившейся ситуации что-то придумать было абсолютно нереально, но, оказывается, есть еще столько скрытых возможностей. Старший офицер, посмотрев на результаты, полученные Кимом, выскользнул на мостик.
Выслушав доклад, адмирал уставился на офицера:
— Бред. У нас было не более процента, а тут целых двенадцать. Выведите его выкладки на мой монитор.
Потом они долго анализировали предложенный план.
— Я уже начинаю верить принцу: у Содружества действительно всегда козыри в рукаве, — покачал головой адмирал. — Нам надо забыть свои амбиции и серьезно учиться у них. Посмотрим, что он еще сможет придумать.
А Ким, вытянув из своей модели все, с его точки зрения, возможное, принялся изучать окружающее пространство. Точка прыжка в этой системе имела нестандартное положение, огромные гравитационные возмущения пульсара уравновешивались звездой не водной, а в двух областях, причем входной тоннель резко смещался относительно первой области, и поэтому воспользоваться им для перехода в обратном направлении возможности не было. Эта особенность системы превращала ее в идеальную ловушку, здесь невозможно было сбежать или уклониться от боя, но у Кима закономерно возник вопрос: почему всегда пользовались только одной областью перехода? Он поднял материалы по исследованию системы. Так, понятно. На пути ко второй области равновесия располагалась зона прохождения мощнейшего излучения пульсара, для ее обхода требовалось сделать гигантский крюк, затратить уйму времени и сжечь большое количество реактивной массы. Однако при точном расчете и наборе некоторой скорости существовала гипотетическая возможность проскочить зону до момента прохождения смертоносных излучений. Теперь надо рассчитать время, скорость и курс. Повозившись с расчетами, он понял, что ничего не выйдет. Резко увеличить скорость и успеть к началу цикла они не успевали, а притормозить нельзя — сзади их непременно нагонит эскадра. Ким откинулся в кресле и прикрыл глаза. Ну должна же быть хоть какая-то возможность если не вырваться, так хотя бы прихватить с собой как можно больше врага.
А, собственно говоря, почему они должны тормозить? Если изменить направление и перейти на повышенное ускорение, то противник наверняка бросится за ними в погоню, а если он не знает расписания излучений пульсара (а он наверняка не имеет таких данных), то, безусловно, решит, что у нас такие данные есть и мы пытаемся проскочить опасную зону. Все, конечно, следом не пойдут, но половина точно, а это уже двести процентов, можно сказать, выдающаяся победа. Ким начал строить схему маршрутов.