Страница 64 из 86
— Капитан Видов принимал участие в неудачной попытке флота Содружества вернуть систему Легион. Звено, в котором он служил, до самой последней секунды отбивало атаку противника, а потом им удалось проскочить на авианосец в момент начальной стадии прыжка. Этот маневр в среде пилотов стал известен впоследствии как «нырок глухаря». Позднее капитан принимал участие в обороне станции «Канбен», где его звену удалось прорваться через заградительные порядки противника, уничтожить дьявольское устройство и тем самым спасти станцию от разрушения. Во время проведения этой операции капитан Видов получил сильные повреждения, его жизнь была спасена благодаря новейшему медицинскому оборудованию Аффена.
Капитан удивленно посмотрел на Кима и, когда процедура представлений закончилась, подошел к Киму и спросил:
— Откуда у тебя такие познания, лейтенант?
— Господин капитан, вы были на переподготовке на станции «Хитон»?
— Да.
— Вы меня не помните?
Капитан пристально посмотрел на него:
— Нет.
— А помните спор с капитаном технической службы?
— Еще бы! Мое жалованье за полгода. Как такое забудешь. Э-э… постой-ка, так ты и есть тот самый знаменитый на весь сектор техник? Точно, ну я дубина! Маневр Томова. Извини, в форме лейтенанта я тебя не признал. А отправили на Аффен тебя, конечно, инструктором?
— Нет. У меня неопределенный статус. Скорее, как сопровождающий принца.
— Странно. Но как говорится, отцам-командирам видней.
— Скорее всего, здесь замешана какая-то политика.
Ближе к концу приема Кима пригласили к принцу.
— Ты становишься чрезвычайно популярным среди наших военных, — сказал принц. — Они в восторге от тебя, говорят, что еще не видели человека, который знает обо всех и обо всем. Откуда?
Ким удивленно посмотрел на принца:
— Из протокола, конечно.
— Ага! За полчаса выучил список всех приглашенных, а их там около двухсот человек. Потом проштудировал все их регалии и заслуги, вычислил, кто есть кто, потом представил их друг другу — и не разу не ошибся. Слушай, господин лейтенант, а ты вообще-то человек?
— А сам на параде полчаса говорил, правда, не знаю, ошибся или нет.
— Это другое дело, перед этим я целую неделю речь учил. И потом, у меня большой штат подсказчиков, которые постоянно бубнят мне в ухо.
— Ты же ходил со мной на занятия по «Биадо».
— Ну?
— Упражнение с картинками помнишь? Тренировка зрительной памяти. Заучивать ничего не надо, все и так перед глазами, как в компьютере.
— Не может быть. Потом покажешь.
— Зачем тебе, у тебя же подсказчики есть?
— Эх ты. Так ничего не понял. У нас обходиться без суфлеров считается высшим пилотажем, такого человека все уважают.
— Ладно, но на это надо много времени затратить, а, насколько я понял, у тебя его нет.
— На это найдется. А где наши дамы, они не скучают?
— Наши дамы уже потихоньку покинули нас, да, наверное, и мне надо уже откланяться. Память памятью, а голова трещит — не привыкла к такой нагрузке, — поморщился Ким.
— Завтра в десять отбываем. На завтрак придешь?
— Нет. Вы уж как-нибудь с виконтом.
— С Виконт? А что, это мысль.
— Эй! Ваше высочество, прекратите соблазнять моих соотечественниц. В конце концов, все равно из этого ничего путного не выйдет.
— Ну почему? Алита мне очень понравилась.
— Привет! Она же яркая, и глупенькой ее тоже не назовешь, а мне помнится, кто-то совсем недавно выказывал другие пристрастия.
— Это были не мои пристрастия, а совет тебе.
— И все-таки я не думаю, что это хорошая идея. Им, наверное, тоже надо отдохнуть.
— Так ты придешь?
— Шантажист. Ты уже второй раз меня шантажируешь.
— Ха! Ас кем ты имеешь дело? Нам с пеленок прививают склонность к шантажу. Если я не буду интриговать и шантажировать, меня распнут на раз-два.
— Раньше я этого за тобой не замечал.
— Надо же когда-то начинать, — рассмеялся Виллан.
Глава 19
ЛОВУШКА
Нормального сна у Кима не получилось. Он постоянно просыпался от каких-то кошмаров, но что это были за кошмары, почему-то припомнить не мог. Вдобавок снова разболелась голова и выступил холодный пот. Встал он весь разбитый и невыспавшийся. После того как не помогли лекарства, Ким решил провериться в медблоке — уж не заболел ли он.
— Ничего страшного не находим, — заявил ему дежурный медик после осмотра. — Небольшое умственное переутомление. Сейчас снимем боль, немного поднимем тонус и все в порядке. Только обязательно потом надо выспаться.
Ким поблагодарил его за оказанную помощь и отправился приводить себя в порядок.
Завтрак был хорош, и, хотя ни Ким, ни девушки не привыкли к тому, что за спиной постоянно находились официанты, предупреждая любое их движение, обстановка за столом была непринужденной. Много шутили, рассказывали о предстоящих планах. Аламор превзошел себя в галантности, чем вызвал у девушек восторг. Когда завтрак закончился, Виллан предложил посетить рубку флагмана, но здесь Ким решительно воспротивился.
— Не стоит мешать адмиралу, — сказал он и многозначительно посмотрел на принца.
Немного позднее, когда они остались одни, Ким сказал Виллану:
— Командует флотом адмирал, рубка флагмана — это его территория, и никто не имеет права ему мешать. Он, конечно, может перетерпеть краткий визит высокого лица в момент стоянки, ноне более того. Сейчас флот в походе, кроме того, готовится к прыжку, в рубке идет напряженная работа, присутствие высокого лица создаст нервозную обстановку и может вызвать досадную ошибку, цена которой может быть весьма велика.
— Да, я как-то не подумал. Спасибо, что предупредил.
— Пойдем лучше разомнемся, и, по-моему, ты хотел заняться тренировкой памяти.
Только что закончился второй прыжок. Ким, как и положено, переждал его в выделенной ему каюте, а сейчас шел в ангар к симуляторам: накануне он договорился с Видовым на матч-реванш. Прыжок флота на этот раз был совершен в район погибающей звезды, рядом с ней находился пульсар. Пока еще звезда не была вовлечена в зону гравитационного разрушения, но потеряла уже несколько планет, и по космическим меркам существовать ей осталось недолго. Вокруг нее остались вращаться две планеты, одна из которых была газовым гигантом. Из-за приближения пульсара планеты имели сильно вытянутую, трудно предсказуемую орбиту; более того, пульсар время от времени поливал их смертоносным рентгеновским излучением, так что если там и могла зародиться жизнь, то теперь они стали стерильны. Особенность прыжка в этих условиях состояла в том, что выходящий из прыжка корабль находился в зоне сильного гравитационного возмущения пульсара, и для следующего прыжка ему надо было пройти довольно приличное расстояние в точку равновесия. Именно этот момент и был выбран для проведения поединка.
— Здравствуйте, господин капитан. — Ким кивнул Видову.
— Здравствуй, лейтенант. Готов?
— Всегда готов.
Они направились к симуляторам, но в этот момент раздался резкий сигнал тревоги.
— Ого, похоже, нас здесь ждали, — сказал Видов.
— Судя по всему, да. Флагман, видимо, только сейчас прощупал пространство.
— Что будем делать?
— А что мы сделаем? Это не наша война, — усмехнулся Ким. — Мы гости, и наша помощь здесь вряд ли будет востребована.
— Как бы узнать, что происходит?
— Предполагаю, как только сообщат принцу, проинформируют и нас.
— Реванш переносится, но не отменяется. Обещай.
— Если выживем, обязательно. Пойдем к остальным?
Адмирал Тоси смотрел на монитор и мучительно искал выход. Это, безусловно, предательство: их ждали. Теперь зарождающийся флот Аффена будет уничтожен, причем противник практически не понесет потерь, потому что имеет более чем четырехкратное преимущество. А если учесть и более качественное его вооружение, и опыт ведения боевых действий, это будет для него просто очередное учение с небольшой стрельбой. И, что самое страшное, путь на Аффен открыт. Содружество, конечно, придет на помощь, но погибнут миллиарды людей на пограничных планетах. Почему они раньше не вступили в Содружество? Упивались своей свободой. Считали себя умнее всех, но враг не стал ждать, когда они объединятся, и напал первым. Черт, он даже не мог спасти тех девчушек, которые были на флагмане, но сдаться он не имел права.