Закон военного счастья

- Тогда, Гринев, слушаем твой доклад как коменданта крепости.

Ростик еще подумал, он не знал, как именно донести до руководства свою тревогу. Поэтому на всякий случай спросил:

- Конкретно или с пониманием всей военной ситуации в целом?

- В целом, - буркнул, упредив начальство, Каратаев.

- Тогда так. - Ростик быстро посмотрел на стену, где стилом по воску были нарисованы окрестности, но решил изображением не пользоваться. - Когда в начале прошлого лета мы нашли эту скалу и невероятно большие запасы чистого, очень сухого по местным меркам торфа, было принято решение строить тут крепость.

- Не надо от начала времен, - нахмурился Рымолов. - Мы знаем, что было прежде.

- Нет, Арсеньич, полагаю, что ошибка была сделана тогда, и, чтобы ее не повторять, я лучше проговорю ситуацию с "начала времен". - Он подождал, но новых протестов не было. - Тогда, как известно, было предложено две тактики нашего поведения. Первая, которую предложил я, - создание летучих групп, которые режут торф то тут, то там, в разных местах, охраняемые довольно сильными, подвижными отрядами. Это не позволяло бы пернатым бегимлеси создать перевес сил, потому что им для маневра требовалось бы время, и мы бы уходили от решающего столкновения. Вместе с тем это обеспечивало бы нас топливом, потому что на самом деле торфяников тут едва ли не сорок процентов территории, есть где развернуться и где нарезать его даже не тысячами - миллионами тонн, в таком количестве, что главной была бы не проблема заготовки, а проблема транспортировки его к Перевалу.

- Так, - кивнул Рымолов. - И все-таки ближе к делу.

- Вторая тактика заключалась в традиционном усилении именно тут, на Скале, строительстве очень мощной крепости и удержании этой крепости силами до двух рот. Разумеется, охрана работающих на торфяниках бакумуров, вывоз топлива по стационарной, единственной тут дороге - широким крюком, с заходом на восток, и лишь последующим возвращением по каменному подножию гряды на запад, к Перевалу. Обходится это не очень дешево, но с тех пор, как грузовики были переоборудованы под спиртовое топливо, я постоянно слышал заверения, что с транспортом проблем не будет. Зимой, то есть более полугода после нашего тут обустройства, оказалось, что транспорт не обеспечивает вывоза торфа по одной простой причине - пернатые знают путь, которым ходят машины, потому что этот путь единственный, и устраивают налеты на караваны.

- Мне говорили военные аналитики, - веско высказалась Галина, - что даже если бы мы воспользовались твоей идеей летучих отрядов, пернатые все равно могли бы перехватывать грузовики с торфом, только делали бы это ближе к Перевалу. Потому что Перевал - единственный из известных нам проходов через Олимпийскую гряду.

- У Перевала нашему гарнизону из крепости было бы легче справляться с любыми отрядами пернатых, просто потому, что он ближе к главной базе. А сейчас, когда нападения могут совершаться по всему маршруту, нам приходится держать при караване такие дополнительные силы, что... Что транспортировка становится бессмысленной - мы не столько торф возим, сколько охрану. - Ростик посмотрел на Рымолова, тот сидел с неподвижным лицом. Но был еще спокоен. Такой ситуация была пару недель назад. Сейчас, я утверждаю со всей ответственностью, мы столкнулись с ее качественным изменением. Потому что пернатые подтянули силы и готовят длительную осаду нашей крепости. И безусловно возьмут ее.

- Откуда такая уверенность? - спросил Каратаев - Откуда вообще, Гринев, у тебя такие категоричные мнения? Ситуация, как ты говоришь, еще не созрела, еще даже не определилась, а ты...

- Я умею прогнозировать, - сказал Ростик. О том, что он умеет не только прогнозировать, но и предсказывать едва ли не мистическим способом будущее, лучше было не заикаться. Слишком сильно в головах утвердил ось, что в мире не существует и ничего, что находится за пределами конкретно изучаемых, так называемых научных законов.

- И что же нам делать? - спросил Рымолов. Он понял, что имел в виду Ростик. Он один из немногих, кто верил в его дар и даже не раз планировал масштабные действия, используя Ростиковы прозрения.

- Они не дадут нам больше резать торф просто потому, что считают эту территорию своей. И чтобы они перестали так считать, ее нужно завоевать. Ростик помолчал. - Перспектива большой войны меня не радует. И не потому, что мы к ней не готовы, а потому... В общем, все дело в маневренности. Раньше, когда болота стояли подмороженными, это было не так заметно. Теперь, с наступлением лета, когда болота стали настоящими болотами, выяснилось - без транспорта, надежного и, желательно, более быстрого, чем бегающие по трясине пернатые, даже и пытаться сражаться с ними не следует. Мы потерпим поражение, и оно будет сокрушительным.

- Арсеньич, - взорвался Каратаев, - ты меня избавь от этой глупости. Ну сам посмотри - они пернатые, у них один арбалет на десять бойцов, одно ружье на сорок, а то и больше вояк. А у нас тут стены в два метра толщиной, три этажа, сверху турельные установки против этих... летающих страусов. Ну что они могут нам сделать?

- Они что-нибудь придумают, - ответил вдруг старшина Квадратный.

- Нет, - покачал головой Ростик, - они уже что-то знают, что способно нас отсюда выкурить, как сурков из норы.

- Они дикие, что они могут знать? - деланно удивилась Галя.

И Ростик и Квадратный промолчали. Не зная деталей, на этот вопрос ответить было невозможно. Рост даже мельком подумал: а так ли она глупа, как хочет выглядеть? Уж очень ловко она подыгрывает Каратаеву, куда лучше, чем хотелось бы.

- Сколько в крепости солдат? - спросил Рымолов.

- Восемьдесят, считая нас, - тут же отозвался Квадратный. - Четырнадцать из них девушки.

- Дети?

- Детей пока нет, - ворчливо отозвался Ростик. - Еще чего - детей тут держать. В крепости на Перевале их было бы опасно держать, а тут - вообще недопустимо.

- Бакумуры?

- Около сотни, - отозвался старшина. - По полста душ в каждую рабочую смену. Командиров у них тоже двое, пока ведут себя вполне послушно.

- Верят они нам, - отозвался Каратаев, будто это была лично его заслуга. Дети у них есть?