Страница 57 из 103
Возникла неловкая пауза, и здесь, как и в прошлый раз, на выручку пришел Зевс.
- Дорогая, - сказал он, с невозмутимым видом усаживаясь за стол, - надо что-то делать с твоей ужасной привычкой задавать бестактные вопросы. Заметив, как запылали негодованием глаза Пилар, он как ни в чем не бывало положил себе на тарелку холодного мяса, к которому не притронулись ни Габриэль, ни Мария. - Очевидно, наша маленькая голубка решила немного поучить Черного ангела хорошим манерам. И поскольку мы застали их вместе за этим столом, можно предположить, что все закончилось как и должно. - Приподняв бровь, он насмешливо посмотрел на Габриэля. - Ведь так?
Габриэль хмыкнул и, отодвинув от себя тарелку с остатками еды, спокойно сказал:
- Будем считать, что все закончилось без лишнего кровопролития, ладно? Он странно посмотрел на Марию и добавил:
- Но подозреваю, что у каждого из нас остались невидимые миру шрамы.
При этих словах Мария вздрогнула и, украдкой взглянув на Габриэля, опустила глаза. Странное выражение его лица взволновало ее. Что было в том взгляде? Сожаление? Извинение? Нет, не может быть! Увидев плотно сжатые губы Марии, Пилар насторожилась. Она хорошо знала характер своей подопечной и очень огорчилась. Опять это упрямство, это дурацкое высокомерие Дельгато!
Благодаря Зевсу и Пилар, завтрак закончился очень мило, но как только мужчины встали из-за стола, тучи снова сгустились. Подойдя к Марии, которая по-прежнему сидела упрямо опустив голову, Габриэль твердо сказал:
- Надеюсь, что вечером, когда я вернусь домой, ты встретишь меня, как подобает. Мне бы не хотелось вновь обнаружить тебя на кухне в тех лохмотьях, которые были на тебе вчера. И если я... - Он не стал продолжать; угроза, прозвучавшая в его голосе, ясно говорила о его намерениях.
Не успела закрыться дверь за мужчинами, как Мария вскочила со стула и гневно прокричала:
- Паршивая английская собака! Я не дождусь, когда они уйдут из города и наконец оставят нас в покое!
- Ты так уверена, что он оставит тебя здесь? - сухо спросила Пилар.
Мария с изумлением посмотрела на дуэнью; ей и в голову не приходило, что Габриэль может забрать ее с собой. Она побледнела и тяжело опустилась на стул. Чувства и мысли пришли в смятение. Ей так хотелось забыть, что она носит имя Дельгато и что он - Габриэль Ланкастер, английский пират, злейший враг ее семьи.
- Что мне делать, Пилар? - спросила она растерянно.
- Боюсь, что тут ты ничего не решаешь. Если сеньор Ланкастер решит взять тебя с собой на Ямайку, у тебя не будет выбора.
Мария подумала, что при других обстоятельствах поехать с Габриэлем Ланкастером на Ямайку и начать новую жизнь было бы крайне заманчиво, но теперь... Она с удивлением посмотрела на невозмутимую Пилар.
- Тебя это не пугает?
- Нет, - спокойно ответила Пилар. - Как видишь, я ни на кого не бросаюсь с ножом. - Ей было трудно разговаривать с Марией в таком тоне, но как иначе внушить этой упрямице, что их судьба полностью зависит от этих двоих мужчин и что Мария в целях собственной безопасности должна укротить свой темперамент и унять разбушевавшуюся гордость.
- Мария, - продолжала дуэнья, - я предупредила его, что ты еще молода и невинна, но я не знала, что в первую очередь мне надо было предупредить его и о твоем слабоумии. Если бы ты сопротивлялась и ранила его в первую ночь, я еще могла бы тебя понять, но сейчас? Ради всего святого, скажи, зачем ты это сделала?
Задетая тоном Пилар, смущенная и растерянная, Мария с отчаянием в голосе тихо сказала:
- Мне не надо было... - Комок подступил к горлу, и слезы покатились по ее побледневшим щекам. - Той ночи вообще не должно было быть.., я забыла, кто я и кто он.., но потом я вспомнила, и все, что произошло, показалось мне... Его отец, - с болью в голосе крикнула она, - убил моего отца! Как я могу быть его любовницей? Как я могу забыть, что сделал с ним и его семьей мой брат? И что не любовь, а ненависть и чувство мести привели его сюда? Ты думаешь, он хотел меня? Нет! Это просто потому, что я Мария Дельгато - сестра его злейшего врага. - Она горько заплакала и выбежала из комнаты.
Пилар бросилась вслед за ней. Поймав Марию в коридоре, она обняла ее и крепко прижала к груди.
- Не плачь, девочка! И не вини себя! Почему он не может тебе нравиться? Он молод, хорош собой. И какое это имеет значение, что ты Дельгато, а он Ланкастер?
- Да потому, что его гордость не позволит ему забыть это.., боюсь, что и моя тоже. - Освободившись из объятий Пилар, она грустно сказала:
- Оставь это, моя дорогая. Ты уже ничего не сможешь изменить. Наши судьбы были предначертаны давным-давно.., кровью предков.
Габриэль вернулся домой усталый и в плохом расположении духа. День выдался тяжелый. Любое грубое замечание или непристойная шутка по поводу его раны злили Габриэля, лишний раз напоминая о ночи, которую он предпочел бы забыть. Он всегда гордился своей выдержкой, но этой маленькой ведьме каким-то образом удалось вывести его из себя. Сначала она привела в смущение его чувства, потом расстроила все планы и под конец довела до того, что против собственной воли он дурно обошелся с ней. Ему было стыдно, но все равно он чувствовал, как его неудержимо тянет к ней, и в этом желании не было места мести. Он с удивлением обнаружил, что она, единственная из всех женщин, разбудила в нем чувство собственника, и, насколько глубоко сидело в нем это чувство, он понял лишь тогда, когда, сидя в таверне, услышал, как дю Буа сказал:
- Надо было отдать ее мне, уж со мной бы такого не произошло, я бы живо научил ее хорошим манерам! - И он гадко засмеялся, театрально закатив глаза.
При мысли, что Мария могла оказаться в руках другого, Габриэль почувствовал, как его захватывает волна слепой звериной ярости, и, прежде чем собравшиеся смогли сообразить, что происходит, он подошел к дю Буа и изо всей силы ударил его.
- Только посмей ее тронуть, и я выпущу тебе кишки, - сказал он, четко выговаривая каждое слово, и презрительно оттолкнул француза. В воцарившейся тишине он гордо прошествовал мимо собравшихся пиратов и вышел вон. Зевс и Гарри Морган обменялись удивленными взглядами.
- Мой дорогой Зевс, - сказал Морган, - я думаю, мне стоит поговорить с этой маленькой Дельгато. Оказывается, она невероятным образом влияет на нашего обычно дружелюбного Черного ангела.