Кризис

- Что-нибудь заметили, капрал? - спросил майор нарочито небрежным тоном. Дурные предчувствия Синкевич не укрылись от внимательного взгляда Ковача.

Синкевич пожала плечами.

- Я ничего не обнаружила, - призналась она. Ее пальцы, сжимавшие плазменное ружье, были влажными.

Кран опустил первую секцию труб вслед за экскаватором. Импульсы, проходившие вдоль магнитного поля труб, фокусировали поток в центре скважины, пока он не отклонялся на поверхности.

Ковач, вероятно, испытывал те же предчувствия, что и Синкевич, чем бы они ни были вызваны - он снова прикоснулся к незнакомому черному предмету, укрепленному у него на поясе.

Синкевич заметила его жест.

- Знаете, - сказала она. - Мне показалось, что этот парень, который вызвал вас в машину, там, на дворе... что это был Грант.

- Проклятый шпион, - пробормотал Брэдли. Его пальцы машинально забегали по оружию и амуниции, словно сержант перебирал четки.

- Да, это был Грант, - согласился Ковач. Он хотел что-то добавить, но передумал.

Они не пользовались каналом связи. Ветер, овевавший холмы, уносил слова в равнодушное небо Халии.

Брэдли прикоснулся к черному корпусу устройства, полученного майором в лимузине Гранта. Оно представляло собой квадратную пластину со стороной в десять сантиметров. На наружной поверхности не было ничего, кроме закрытого сеткой отверстия и небольшого овального углубления под ним.

- Я думал, - произнес старший сержант, высказывая предположение, которое сделала сама Синкевич, - что все А-Потенциальное оборудование должно было быть возвращено после последней миссии, не так ли?

Лицо Ковача изменилось.

- Это коммуникатор, - сказал он. - По крайней мере так утверждает Грант. Он считает, что нам, может быть, придется связаться с ним, если здесь что-нибудь произойдет.

Ковач мрачно окинул взглядом окружавшие их пологие холмы:

- Не похоже, чтобы здесь таилась какая-нибудь опасность, не правда ли?

Правая рука Синкевич начала затекать. Она подставила ее ветру.

- Тогда чего же ожидает Грант? - как можно равнодушнее спросил Брэдли.

Ковач пожал плечами.

- У нас не было времени для разговора, - ответил он. Взгляд майора был обращен к горизонту. - Только странно, что остальные двенадцать экскаваторов высланы в сопровождении отрядов полиции. Лишь этот охраняется десантной ротой.

- А кто отдавал приказы? - услышала Синкевич собственный голос.

- Кто, черт побери, может это знать в такой ситуации? - проворчал Ковач. - Грант сказал, что он проверит, но на это потребуется пара дней... если что-нибудь останется, когда Синдикат нанесет удар.

Осторожно поглаживая пальцами устройство связи АПОТ, Ковач неискренне добавил:

- Нет оснований считать, что кто-то пытается избавиться от Охотников из-за того, что они слишком много видели во время последней миссии.

- Конечно, нет, - с фальшивой бодростью поддержала Синкевич, продолжая всматриваться в унылый горизонт.

Брэдли уставился на изображение на плоском экране. Он отрегулировал резкость, но картина не изменилась.

- Майор! - отрывисто произнес он. - У нас что-то происходит!

Брэдли одолжил экран у инженеров, чтобы командование Охотников могло следить за экскаватором. Датчик в скале передавал сейсмические колебания в микропроцессорный контроллер экрана для анализа.

Хотя устройство было небольшим, оно отличало вибрации, передаваемые излучателем на корпусе экскаватора, от рева резаков и крыльчаток. До сих пор на экране появлялись только напечатанные за главными буквами краткие доклады:

ПРОШЛИ ДВА КИЛОМЕТРА, ВСЕ В ПОРЯДКЕ.

ПРОШЛИ ПЯТЬ КИЛОМЕТРОВ, МЕНЯЕМ ГОЛОВКИ ПЯТЬ-ТРИ И ПЯТЬ-ЧЕТЫРЕ НА ЗАПАСНЫЕ.

ПРОШЛИ ВОСЕМЬ КИЛОМЕТРОВ...

Когда не поступало сообщений для декодирования, экран составлял карту окрестностей. На ней Брэдли и обнаружил это изображение.

Укрытие командования было таким же тесным и убогим, как и у остальных. Стенки укреплены цементирующим составом, а крыша, сделанная из присыпанного грунтом листа монокристаллического бериллия, покоилась на тридцатисантиметровых опорах.

Ковач и старший сержант столкнулись плечами, когда оба склонились над экраном. Синкевич задела головой крышу, пытаясь выглянуть из укрытия с противоположной стороны.

- Что это? - спросил Ковач. Потом он сказал: - Перед нами всего лишь высота Два-Два-Четыре, верно? Вибрации от экскаватора заставляют скальную массу выделяться.

- Нет, сэр, - возразил Брэдли. - Было изображение, и оно изменилось.

Его губы пересохли. Сержанту никогда раньше не случалось пользоваться таким экраном, и он мог попросту обознаться. Он чувствовал себя как новичок, стреляющий ночью при каждом звуке. Но... годы борьбы за выживание научили Брэдли чуять нутром, когда нужно вжаться в землю, а когда выстрелить именно в этот кустик, не отличающийся от других на много миль вокруг.

Что-то было не так.

ПРОШЛИ ДВЕНАДЦАТЬ КИЛОМЕТРОВ, появилась надпись на экране, заслоняя карту территории. ГОЛОВКИ ИСПРАВНЫ НА ВОСЕМЬДЕСЯТ ПРОЦЕНТОВ, ВСЕ В ПОРЯДКЕ.

Дрожащее изображение карты вернулось на экран. Оно изменилось, но и облака над ними переместились; планета, конечно, жила своими собственными ритмами вибраций помимо вмешательства человеческой техники.

- Экскаватор углубляется, и вибрации здесь наверху выглядят иначе, пробормотала Синкевич. Она посмотрела через бойницу на высоту 224 и вручную установила максимальное увеличение своего визора.

- Охотник Шесть - всему личному составу, - объявил Ковач ровным, решительным голосом. - Полная готовность. Взводу Альфа наблюдать за высотой Два-Два-Четыре. Дельта Шесть, приготовьтесь переместить половину вооружения в сектор Альфа по команде.

В километре от них на склоне холма блеснул металл. Брэдли поймал его в прицел своего визора и крикнул:

- Вести цель! - для того, чтобы его искусственный интеллект указывал всем Охотникам объект в пределах его видимости.

- Внимание, - продолжал майор. - Ключ Один-Три, Региональное управление огнем, говорит Охотник С...

Передача растворилась в неожиданном реве помехи. Искусственный интеллект Брэдли отрезал шум, чтобы спасти слух и разум, сержанта.