Кризис

- Говорите, Гамма Шесть, - разрешил Ковач.

- Ник, - обратился к нему Хорстман из третьего взвода. - Почему землеройные машины должны охранять десантники? И от кого?

- Хороший вопрос, - согласился Ковач.

Он сам спрашивал о том же, когда приказы пронзительно звучали из громкоговорителя во временных казармах Охотников. Голос на другом конце линии отрезал тогда: "От всего!" - и связь прервалась.

Для штабного начальства это было обычной формой ответа, но сам Ник Ковач не любил так обращаться с людьми из своего подразделения. Со спокойной уверенностью, не позволявшей заподозрить, что командир сам безнадежно ломает голову над тем же вопросом, майор ответил:

- Штаб беспокоится по поводу халиан, которые не знают, что их планета капитулировала. Не исключено также, что местные жители считают, что мы ставим мины, а не обезвреживаем их. Вы же знаете, как возникают слухи.

Брэдли рассмеялся. Ковач засмеялся тоже.

Еще раз мигнул свет: теперь вопрос возник у сержанта Байнума, командовавшего взводом вооружения вместо Вокинга (Вокинг умер от анафилактического шока на базе Синдиката, но штаб Флота утверждал, что Охотники никогда не видели этой базы).

- Говорите, Дельта Шесть.

- Капи... извините, майор, - ветераны постоянно забывали о новом звании своего командира. Ковач сам иногда не помнил этого. - Как все-таки были обнаружены эти планетные мины?

Что ж, кто-то должен был задать и такой вопрос...

- Было использовано А-Потенциальное оборудование, - спокойно ответил Ковач. Его глаза слезились от ветра. - Девяносто вторая Тоби Инглиша находится на орбите на борту "Хэйга". Эсминец укомплектован новейшей аппаратурой, и они произвели картографию верхних слоев планетной коры.

- Этот АПОТ - дерьмо, - сказал Байнум. - Вроде той штуки, что оставила нас качаться на ветру во время последней миссии? Той самой миссии, о которой начальство сказало, что ее не было - только мы почему-то потеряли четырнадцать человек.

Единственное, что Ник Ковач действительно понимал об А-Потенциальном оборудовании, - это то, что никогда бы не захотел вновь прибегнуть к нему. Ни одному десантнику не следовало иметь дело с силами, для которых все точки во времени и пространстве одинаковы. Возможно, было бы неплохо, если бы кто-нибудь другой из союзников воспользовался этой технологией, но...

Искусственный интеллект в шлеме Брэдли не мог организовать это обсуждение без разрешения командира... но организовал же. Старший сержант понял, что пора вмешаться.

- Если ты, Байнум, заботишься о спасении своей задницы, тебе вообще не следовало идти в Охотники, - с грубой прямотой бросил Брэдли.

Ковач машинально ощупал специальное связное устройство на поясе. Пластик был холодным.

Байнум пробормотал что-то в свое оправдание.

- Альфа Шесть - Шестому, - коротко сказал командир первого взвода, находившийся на переднем транспортере. - Вижу высоту Один-Шесть-Пять. Прием.

- Хорошо, - отозвался Ковач. - Что ж, Охотники, мы на месте.

Истерзанная ветром растительность на унылых каменистых склонах низких холмов - вот и все приметы пейзажа, расстилающегося вокруг насколько хватало глаз.

- Окопайтесь, следите за датчиками и скажите спасибо, что мы получили легкое задание.

"...И, занимаясь всем этим, молитесь, чтобы вице-адмирал Флота Ханна Тентелбаум, которая послала сюда Охотников, не сделала этого по личным соображениям". У майора были веские основания подозревать вице-адмирала Тентелбаум в предательстве в пользу Синдиката...

Капрал Синкевич оглядела окрестности, переключая визор с обычного просмотра на инфракрасный, ультрафиолетовый и обратно. Ничего подозрительного она не увидела. Почему же ее все больше охватывала тревога?

В дополнение к тяжелому снаряжению и перекинутой через плечо штурмовой винтовке Синкевич легко сжимала в руках трехзарядное ружье. Пока что в оружии не было необходимости, но где-то здесь могло...

- Гамма Шесть - Шестому, - прозвучал голос в шлемофоне. - Мы окопались. Конец связи.

Каменистый грунт в секторе третьего взвода был немного более податливым, поэтому они закончили раньше первого и второго взводов.

Высота 165, место раскопок, была одной из группы небольших возвышенностей на бесплодной равнине. Кран устанавливал экскаватор в рабочее положение, носом вниз. Синкевич неожиданно услышала взрыв ругани, когда ветер в очередной раз отклонил висевшую на тросах машину от требуемого положения.

Охотники заняли позиции повзводно, чуть ниже гребня холма, чтоб не выделяться на фоне неба. Каждый взвод имел в распоряжении плазменное оружие с ленточной подачей и отвечал за 120-градусный сектор...

В тоскливом однообразии этой пустыни можно было представить только коренастую фигуру халианского пастуха. Синкевич попыталась вообразить халианский город, из которого на людей накатывали лохматые волны врагов, но заподозрить, что где-то здесь скрыто поселение, было просто нелепо.

Подземный комплекс тоже исключается. Если А-Потенциальное оборудование "Хэйга" обнаружило планетные мины, находившиеся в глубине коры, оно зафиксировало бы любые крупные аномалии, лежащие достаточно близко к поверхности.

Так откуда же чувство тревоги?

Автономный экскаватор коснулся земли. Его команда включила резаки. Раздался свист, перешедший в вой и наконец в отдававшиеся в животе инфразвуковые колебания.

Огромный механизм исчез в скале так же стремительно, как камень тонет в пруду. Тридцатисантиметровая струя магмы вырвалась на поверхность и отклонилась на девяносто градусов в магнитном отражателе, расположенном над краем шахты. Расплавленная порода перелетела через низину, чтобы выплеснуться на каменистую равнину и остыть в трех километрах от места работ.

Пульсирующие потоки раскаленной магмы продолжали пересекать сектор второго взвода каждую минуту.

Майор и сержант возвращались после беседы с инженерами. В одной руке у Брэдли был коммуникатор незнакомой конструкции. Командир снова был спокоен. Сейчас Синкевич должна очень тщательно следить за окрестностями, потому что в любой момент могли появиться халиане.