Страница 37 из 57
- Наш госпиталь специализировался на ожогах напалмом. Сюда присылали самых тяжелых - пятьдесят процентов поверхности тела и более. День за днем везли полуживых. изуродованных солдат, большинство из которых родная мать не узнала бы, потому что у них просто не было лиц! Лучше бы они погибли на поле боя - но в последнюю секунду приговор почему-то изменили, и не скажу, что на более мягкий. Каково это - продолжать дышать, страшно мучиться и чувствовать, что в тебе не осталось ничего человеческого - ни снаружи, ни внутри.
Голос Троубриджа дрогнул. Его жена встала из-за стола, подошла к статуе Будды и зажгла палочку благовоний.
- Но Эмайл Палладин брался их лечить, - продолжал Троубридж. Его лицо, к удивлению Малдера, оставалось удивительно спокойным. - И отдавался этому весь, до последней капли. Сутками не выходил из клиники, практически ни с кем не общался.
Скалли подалась вперед, сразу позабыв о необыкновенно вкусном десерте:
- Вы знали, над чем он работает?
Троубридж посмотрел на жену, но та стояла к нему спиной, зажигая благовония у алтаря Рыжеволосый здоровяк заметно побледнел, но поколебавшись несколько секунд, ответил.
- Он пытался создать искусственную кожу. Такую, что легко обманула бы организм реципиента, его иммунную систему, прикрыла и излечила ожоги. Ничем другим Эмайл не интересовался. Он неделями сидел в лаборатории и работал, работал... В конце концов остался единственный человек, который имел право общаться с ним.
- Кто?
- Его сын.
Малдер тряхнул головой. У Эмайла Палладина был сын? Доктор Кайл ни словом об этом не обмолвился. Почему? И главное, почему о сыне не упоминается ни в армейском досье, ни в фэбэеровских файлах?
- Разве у Паладина был сын? - вторя его мыслям, спросила Скалли.
Троубридж снова оглянулся на жену, и на этот раз их взгляды встретились. В глазах Рины читалась немая мольба. Она умоляла мужа не произносить больше ни слова. Но Аллиан уже не мог остановиться. То, о чем он давно хотел рассказать, но не смел, неудержимо рвалось наружу.
- Мальчишку звали Куо Тьен. Его родила проститутка, она жила здесь, неподалеку от госпиталя. Мать умерла во время родов, и Эмайл усыновил ребенка. Куо Тьен рос среди трупов и корчащихся, изуродованных солдат. Можете представить, каким он вырос в таких условиях.
Троубридж замолчал. Малдер ждал продолжения - ведь запахло действительно важной информацией, но напрасно. Троубридж мотнул головой, словно отгоняя неприятные воспоминания, и сказал:
- Но все это, как я уже говорил, далекое прошлое. Война закончилась, госпитали расформировали. Палладину пришлось продолжать исследования в другом месте. Они вместе с сыном уехал из Альката... А несколько лет спустя Эмайл погиб.
"И на этом все" - именно так следовало понимать его интонацию. Но по глазам Троубриджа Малдер видел, что история далеко не закончена.
- Несчастный случай в горах. Так нас проинформировали, - уточнил он.
- Так написано в свидетельстве о смерти, - тихо проговорил Троубридж. Палладин упал в глубокую расселину. Даже во время войны он находил время, чтобы забраться на Си-Дум-Као. Палладии обожал тайскую мифологию", а в горах полно следов древности. Но опасных участков там еще больше. Говорят, Эмайл упал и сломал себе шею. Пока нашли тело, от него почти ничего не осталось все обглодали стервятники.
Рина простерлась перед фигурой Будду в ритуальном поклоне. И вдруг резко поднялась. В ее глазах сверкал странный огонек.
- Мой муж рассказал вам не все. Он боится Мы оба боимся!
Малдер и Скалли были поражены внезапной откровенностью. Казалось, даже благовония запахли иначе от напряжения, которое витало в воздухе. Троубридж что-то быстро сказал по-тайски, Рина опустила глаза. Скалли украдкой взяла Малдера за руку, но разве могла она остановить напарника...
_ Мистер Троубридж, если вам угрожает какая-то опасность... - решительно начал он.
- Вот это че-пу-ха! - перебил его Троубридж. Говорил он громко, но избегал смотреть Малдеру в глаза. - Бабкины сказки, дурацкий миф, придуманный неграмотными суеверными рыбаками.
- Сказки? - воскликнула Рина, шагнув вперед. -- Джин-Корнг-Пью - сказки?!.
Малдер мучительно напряг мозги, пытаясь вспомнить хотя бы приблизительное значение этих слов, но напрасно. Скалли беспокойно заерзала - она всегда чувствовала себя неуютно, если речь заходила о потусторонних вещах, особенно когда рядом находился Малдер. Давно пора было переходить к настоящему делу поиску Эндрю Палладина, но Малдер поймал на крючок: чью-то тайну и теперь из последних сил тащил ее на свет Божий.
- Существует легенда, - заговорил Троубридж с оттенком небрежности в голосе, совершенно не соответствующим выражение его глаз. - Этой легенде много веков. Джин-Корнг-Пью буквально означает... Пожиратель кожи. Так зовут чудовище, которое якобы живет в пещере в глубине древних гор.
-- Пожиратель кожи... - эхом повторила Скалли.
- Я знаю, как глупо это звучит, но если вам интересно... Триста лет тому назад на окраинах селения стали появляться трупы, с которых была полностью содрана кожа. Заблудившиеся животные, потерявшиеся дети - и все одинаково освежеванные! Их страшные, загадочные смерти породили религиозный культ. На окраине был построен храм, жители стали исправно приносить жертвы, и сто лет назад изуродованные тела перестали появляться в Алькате. Легенда гласит, что чудовище наконец-то насытилось и впало в спячку в своей пещере. Никто не знал, когда оно может проснуться.
- И люди снова разбудили его! - зловеще прошептала Рина. - Двадцать пять лет назад - примерно тогда же здесь открыли госпиталь - трупы стали появляться снова. Сначала это были останки домашних животных. Позже - два брата-охотника. Дальше - больше. Каждою неделю у кромки леса находили труп какого-нибудь бедняги, которого угораздило забрести слишком далеко. Люди так испугались, что боялись даже высунуться из дому. И все проклинали госпиталь с его командиром ведь именно они навлекли на поселок беду.
"Не знаю, что скажет Скалли, - подумал Малдер, - но только "бабкины сказки" очень часто ближе к правде, чем показания некоторых официальных лиц".