Страница 12 из 25
Вячеслав. Я что, кому мешаю?
Валентина Васильевна. Нет, но... Тебе надо сходить к невропатологу.
Вячеслав. Еще чего!
Валентина Васильевна. Что у тебя за привычка спорить по любому поводу?.. Ты собрался - так иди!
Вячеслав. Сейчас.
Валентина Васильевна еще раз подозрительно оглядывает комнату и уходит. Юноша снова появляется в зеркале.
Юноша. Ушла?.. (Постепенно повышая голос до истерического). Да, я всех презираю: взрослых, сверстников, - всех! Как они сосут взапой эту жизнь! Смотреть не могу на эти их глаза, лица - всё схавать, всё поиметь! А эти всякие способы раздражения эрогенных зон! Так это у вас называется? Всё под себя пристроить готовы, даже Бога!
Вячеслав (громким шепотом). Чего кричишь - опять услышит!
Юноша. Да надоело!
Вячеслав. Всё сказал? Мне идти надо.
Юноша. Положим, всё.
Вячеслав. Какой ты еще дурачок! И это - я, который был рад любому, кто слушает?.. Ты знаешь, а мне даже хочется подражать им: хватать, грести. Нормальным человеком стать... Да, скорей всего, и стану.
Юноша (вздыхает, сокрушенно качая головой). Тебе хорошо, ты уже старый.
Вячеслав (хохочет). Да, брат, старый.
Юноша. Не так, что ли? На целых восемь лет старше!
Вячеслав. Да, восемь лет - это вечность. Особенно если каждый день обжигаешь сердце...
Снова заглядывает Валентина Васильевна. Юноша в зеркале исчезает.
Валентина Васильевна. Ты еще не ушел? (Укоризненно качает головой). Возьми трубку. Кажется, твоему Виталику уже невтерпеж. (Продолжает стоять в дверях).
Вячеслав (подходит к телефонному аппарату, снимает трубку). Алло! Это ты? Погоди! (Опускает руку с трубкой и обращается к матери). Ты, мам, все сказала?
Валентина Васильевна. Ухожу, ухожу. (Подозрительно оглядев комнату, исчезает, прикрыв за собой дверь).
Вячеслав (в трубку). Ну, ты чего?.. Были две... книги... Книги, говорю!.. Сейчас посмотрю! (Опускает, но не вешает трубку, уходит в боковую дверь, через некоторое время выходит оттуда с курткой в руках и спортивной сумкой, в которой брякает бутылочное стекло. Подходит к задней двери, выглядывает в нее, снова закрывает. Достает из сумки темную бутылку вина и разглядывает этикетку. В это время в зеркале снова появляется Юноша. Вячеслав берет трубку). Книги называются -Путешествие на Кавказ- Дюма! Две штуки. Хватит?.. Очень интересные книги!.. Сейчас иду! (Вешает трубку, засовывает бутылку в сумку и обращается к Юноше). Что подглядываешь? Нехорошо. Видишь, какой я стал?
Юноша (усмехается). Да-а, старик, кино!
Вячеслав (надевая куртку). А сам-то не кино гонишь?
Юноша. Все гонят, а я рыжий, что ли?
Вячеслав. Но ты же - не все? Ты ж не испорчен еще, еще готов чисто дружить, любить... Столько задатков!
Юноша. С кем дружить-то? В нашей компании главное - чтоб все ржали, чтобы только смешно было.
Вячеслав. Не ной. Ты ж занят хорошим делом: книги, музыка. Чего тебе еще?
Юноша. А куда деться? Эта ваша жизнь, где хочешь достанет! Тошнит уже от нее! Только и могу быть с дневником да с музыкой.
Вячеслав. Неужели так всё плохо?
Юноша. Н-нет, есть к-кое-что.
Вячеслав. Что, например?
Юноша. Н-ну, девушки.
Вячеслав. Как у тебя с ними? Ты уже?..
Юноша (смущенно опустив глаза). Нет. Еще нет.
Вячеслав. Неуверен?
Юноша (запальчиво). Не в этом дело!
Вячеслав. Ну, ладно... Вот видишь: не всё просто в этом мире.
Юноша (вздыхает). Ты сильно взрослый. С тобой скучно.
Вячеслав. А чего пришел?
Юноша. Одиноко.
Вячеслав. Ничего, и мне одиноко. Зато какой эфир для полетов! Просто надо не ныть, а крылья отращивать. А тебя, дурачок, тянет пока только пить, травку смолить, девки развязные. (Возмущенно). Кино мне тут гонишь, тошнит тебя, видишь ли, от грязи!
Юноша. Какой ты зануда!
Вячеслав. Но ведь все, что тобой было, стало мною, непонятно? Ничего даром не бывает, даже сыр в мышеловке - за все, дружок, надо платить, и платить жизнью. Вот так-то! Ладно, я побежал. Чао! Держи хвост пистолетом!
Вячеслав отворачивается от зеркала. Юноша исчезает.
-------------------------------------------------------------------------------
Продолжение
ЛИСТ c 1999 г. Александр Астраханцев ЗВЕЗДА ПОЛЫНЬ (по мотивам дневников Тимура Назимкова) пьеса
-------------------------------------------------------------------------------
Действие второе
Сцена 1
Освещена правая половина сцены. Дверь распахивается, входит взволнованная Валентина Васильевна; она в парадном костюме, с сумочкой в руке, но босиком. Следом, жуя на ходу, входит Павел Степанович, одетый по-домашнему: в тренировочных брюках, майке с короткими рукавами и шлепанцах. В одной руке у него раскрытый журнал, в другой - тапочки для Валентины Васильевны. Валентина Васильевна проходит к зеркалу, мельком оглядывает себя в нем и поправляет прическу.
Павел Степанович (подходит к Валентине Васильевне и бросает ей под ноги тапочки). Вот твои тапочки... Чего такая взволнованная? Что-то еще случилось?
Валентина Васильевна (надевая тапочки). Спасибо. (Взглядывает на Павла Степановича). Опять жуешь на ходу? Павлик, ну сколько можно говорить: ужин в холодильнике! Трудно разогреть? (Садится на диван, массирует себе лодыжки).
Павел Степанович. Ты же знаешь, не люблю один ужинать - хотел тебя подождать.
Валентина Васильевна. Лентяй!.. Господи, как устаешь за день на каблуках!
Павел Степанович (садится рядом на диван и утыкается в журнал). Я давно тебе говорю: пора переходить на мягкую обувь.
Валентина Васильевна. Хочешь записать меня в старухи? Не выйдет!.. И оставь в покое журнал - поговорим серьезно!
Павел Степанович. Мне завтра выступать, надо подготовиться.
Валентина Васильевна. Речь о судьбе сына, а тебе хоть бы хны!
Павел Степанович. Ну, хорошо, хорошо. (Откладывает журнал). Так что у тебя?
Валентина Васильевна. Я разговаривала с адвокатом. Он говорит: от суда не отвертеться. (В отчаянии всплескивает руками). Славке грозит два-три года! Они ведь там его сломают: он такой ранимый, взрывной, он не выдержит!
Павел Степанович. А свидетели-то, свидетели были? Славка ж говорит - не было?
Валентина Васильевна. Оба милиционера - они и свидетели. И эта женщина тоже... Кошмар, что она пишет! Чтобы наш Слава...
Павел Степанович. Ты хочешь, чтобы я занялся?