Страница 25 из 95
Значит, они могут появиться в виде гигантов? Или пигмеев? А может, вывернутыми наизнанку? Или изогнутыми в виде синусоиды?
Принять войска невозможно. Закрыв глаза, я попытался представить, каково шагнуть в машину, ожидая, что сейчас чудесным образом окажешься на другой планете... и никогда этого не дождаться. Быстрая и легкая смерть, которую не сознают сами погибшие. Неужели они и впрямь погибнут, застыв на мгновение субъективного времени, которое растянется на вечность? Или просто исчезнут?
Хрустнув переплетенными пальцами, сестра Тулкаас встала, уставясь в никуда.
- На краткий миг у нас была надежда, а теперь она рассеялась. Вашей Лиге следовало бы поучиться читать карты, прежде чем посылать людей на гибель.
- Карина, ты несправедлива, - возразил врач. - Вся беда в смещении координат. Это вполне объяснимо, командир: составляя первые карты планеты, мы пользовались произвольными координатными сетками. Но когда пришло время строительства, оказалось, что одна из первых строительных площадок города находится как раз на базовой координатной линии всей планеты. Вместо того чтобы переносить стройку, мы предпочли сместить линии долготы. Ваши войска были направлены в самое подходящее место - если судить по старым картам.
- А теперь эти люди наверняка погибнут, - заключил я.
Вдруг сестра Тулкаас взорвалась:
- Зачем вообще вы затеяли все это безумие?
Я отвел взгляд от стола, который изучал так пристально, словно намеревался проделать в нем дыру.
- Что?
- Почему вы, вместо того чтобы заниматься своим делом, потащились сюда, подали нам ложную надежду и погубили столько людей из-за дурацкой ошибки?
- Потому, Карина, - решительно возразил врач, - что командир достойный человек, посланный Лигой, членами которой все мы являемся, и потому, что Лига обязана попытаться помочь нам. А что касается дурацких ошибок, в них виноваты только мы сами, составив неточные карты и проиграв войну прежде, чем прибыло подкрепление.
- Но мы и вправду поступили глупо, - признался я. - Нам следовало знать о новых картах. Для этого Лиге и понадобилась разведывательная служба. Поскольку еще шесть месяцев назад мы об этом даже не задумывались, вы проиграли войну, а мы погубили войска. Люди погибли, даже не зная об этом.
Врач собирался что-то ответить, когда вмешался новый голос.
- Эти люди не погибли. - В разговор вступил гипнотизер Кендрел. Насколько я понял из теории и схемы, нарисованной вами, как только вместе с радиосигналом в приемник поступит пузырь пространства с заключенными в нем войсками, мы можем извлечь их, когда нам вздумается. И мы сделаем это, соединив простой приемник, схема которого набросана вами, с устройством для сохранения сигналов. Ваш корабль может выровнять скорость в космосе относительно принимающего устройства. Сигнал можно принять без искажений и сохранить в приемнике. Затем мы перевезем сохраняющее устройство туда, где должны появиться войска.
Последовала гробовая тишина.
Невысокий лысоватый мистер Кендрел смущенно улыбнулся и впервые заговорил по-английски:
- Видите ли, командир Ларсон, электроника - мое хобби.
5
Мы вернулись к обсуждению, и вскоре финны взялись за работу. В качестве подпольной группы они действовали весьма ловко и, по-видимому, не вызывали подозрений у гардианов.
Наконец врач раскололся и сообщил мне, что его фамилия Темпкин, а также признался, что он и есть лидер подпольной группы. В тот момент я считал, что его люди лишь на девяносто процентов уверены в моих благих намерениях. Все мои слова и поступки подвергались сомнению, но мое преимущество заключалось в том, что никто из подпольщиков не мог найти убедительных мотивов столь изощренного обмана. Но даже в этом случае я был уверен: финны готовы уничтожить меня при первой же ошибке. Как бы там ни было, Темпкин пребывал в полной уверенности, что я никого не выдам. Именно потому он охотно рассказал, как группе удалось столь надежно ввести в заблуждение врага.
- Прежде всего, - объяснял он, - госпиталь был естественным местом сосредоточия деятельности лоялистов. В этом же здании находятся административная и исполнительная власти всего спутника. Целых тридцать процентов помещений здесь отведено под разнообразную электронику: компьютеры, системы связи и тому подобное. К счастью для нас, - с улыбкой добавил он, - большинство микросхем похожи как две капли воды. Здесь, в центре управления, мы разместили массу скрытой аппаратуры. Кстати говоря, мистер Кендрел не просто электронщик-любитель. Мы перехватываем их сообщения, подслушиваем разговоры и сбиваем их со следов.
Кроме того, когда в капитуляции Вапауса не осталось никаких сомнений, все карты, планы, транспортные схемы и информационные базы прошли тщательную "проверку" и были в значительной мере исправлены. Многое ускользнуло от внимания гардианов только потому, что компьютеры и не подозревали о существовании подобной информации. Мне бы не хотелось вдаваться в подробности, но есть ряд крупных сооружений, в том числе и оборонного значения, о которых гардианы понятия не имеют. Некоторые из этих установок поддерживаются в рабочем состоянии, и, когда придет время, они помогут нам. Я в достаточной мере доверяю вам, чтобы привести один пример: под этим зданием имеется обычный пешеходный переход, из тех, что выводят к соседним сооружениям. Он действительно выходит к ним, но благодаря своевременной работе строителей и устранению нескольких указателей мы заставили его исчезнуть. Этот туннель бывает очень полезным для нас.
Меня проводили в отведенную мне комнату. Во время беседы для меня успели найти обычную одежду добропорядочного финна, и я переоделся. Темпкина куда-то вызвали, и мне осталось только ждать его возвращения. Очевидно, мне еще не доверяли настолько, чтобы показать вход в скрытый туннель.
В сущности, меня более или менее вежливо оставили в комнате дожидаться следующего утра. Подозреваю, эта задержка была вызвана тем, что к скале действительно отправили разведчиков, чтобы осмотреть проделанный мною туннель из каменного пузыря. К утру они вернулись, прихватив с собой нож для камня, скафандр флота Республики Кеннеди и разряженный лазер образца Лиги, а также замаскировали вход в туннель (по крайней мере, позднее я не смог разглядеть его в бинокль). Во всяком случае, после этого финны общались со мной более свободно.