Страница 41 из 48
- Да, это так.
- Вы были знакомы с Эдит де Во?
- Да, сэр.
- Вы видели ее тело в морге?
- Да, сэр.
- Это тело было то же самое, которое сфотографировано на снимке номер один?
- Да.
- И это была Эдит де Во?
- Совершенно верно.
- Где вы были вечером двадцать третьего числа от девяти до одиннадцати?
- Я отказываюсь отвечать.
- Вы не можете отказаться отвечать, - улыбнулся Траслов, - иначе вы или виновны, или не уважаете Суд. Версия насчет какой-то таинственной женщины тут не пройдет, Лекстер. Вы находитесь в Суде - и вы обязаны отвечать.
Вперед пробился Нат Шастер.
- С позволения Суда, - сказал он, - это выглядит как попытка оклеветать данного свидетеля путем посторонних вопросов. Он не обвиняется в убийстве, а потому никакой разницы не составляет, где он был, поскольку его не было на месте преступления.
- Вы представляете интересы мистера Лекстера? - спросил судья.
- Да, Ваша Честь.
- Я против этого вопроса не возражаю, - заметил Мейсон.
- Я настаиваю, чтобы свидетель ответил на данный вопрос, - сказал судья Пеннимейкер.
- Я отказываюсь отвечать...
Лицо судьи Пеннимейкера омрачилось.
- Дальше, - склонился Шастер, - скажите остальное.
- ...На том основании, что ответ может послужить к тому, чтобы обвинить меня, - Сэм сказал это так, словно вытвердил наизусть.
Шастер улыбнулся и повернулся к судье.
- Я хочу, чтобы Суд понял, - сказал он, - что ответ вовсе не послужит к обвинению его в данном преступлении, но имеется одно постановление муниципалитета, которое, возможно, нарушил данный свидетель, а потому я проинструктировал своего клиента, как защитить репутацию молодой женщины, вовлеченной в дело.
- Все это чепуха! - заявил Перри Мейсон.
Судья Пеннимейкер стукнул по столу молотком.
- Достаточно, господин адвокат! - предостерег он. - Вы не имеете права делать подобные заявления.
- Верно, Ваша Честь, - кивнул Перри Мейсон. - Но, с другой стороны, и адвокат мистера Лекстера не имеет права делать подобные заявления, раз они могут попасть в печать.
Шастер замахал руками:
- Ваша Честь, я отклоняю это обвинение!
Голос Траслова прервал начало истерики адвоката:
- Ваша Честь, я согласен с мистером Мейсоном. Однако все это несущественно. Предлагаю освободить данного свидетеля от ответственности за любое преступление, кроме убийства, и снова повторяю вопрос.
- Я снова отказываюсь, - упрямо повторил Лекстер, - на том основании, что ответ послужит поводом для моего обвинения.
- Вы не были в доме Лекстеров в то время, когда был убит Чарльз Эштон? - спросил Траслов.
- Нет, не был.
- Где вы были?
- Я был в конторе Натэниэла Шастера. Я пришел туда незадолго до десяти, а ушел после одиннадцати.
- Кто-нибудь был там с вами?
- Натэниэл Шастер.
- Еще кто?
- Джим Брэндон.
- Кто такой Джим Брэндон?
- Он работает шофером и дворецким.
- Принимал ли он участие в вашем разговоре с Шастером?
- Нет, он сидел в приемной.
- Когда он ушел?
- Без десяти одиннадцать. Я сказал, что он может ехать домой. Ему больше незачем было ждать.
- Что вы делали потом?
- Я оставался в конторе Шастера еще несколько минут.
- Куда вы потом отправились?
- Отказываюсь отвечать на том же основании - ответ послужит поводом для моего обвинения.
- Каким образом? И в каком преступлении?
- Я отказываюсь отвечать.
- Думаю, это все, - сказал Траслов неприязненно. - Я буду просить Высокий Суд расследовать это дело.
Лекстер уже повернулся, чтобы покинуть свидетельское место. Победоносная улыбка Ната Шастера обнажала все его зубы.
- Минутку, - сказал Перри Мейсон. - У меня, кажется, есть право задать вопросы этому свидетелю.
- Но это ни к чему не приведет, - возразил Шастер.
- Сядьте, адвокат Шастер, - приказал судья Пеннимейкер. - Защитник Мейсон имеет право уточнить любое показание, данное свидетелем.
Мейсон повернулся к Сэму Лекстеру:
- Вы приехали в контору Шастера с Джимом Брэндоном?
- Так и есть. Да, сэр.
- И вы ехали в зеленом паккарде?
- Точно так.
- Вы знаете, где живет Дуглас Кин?
- Да.
- И вы знали об этом вечером двадцать третьего?
- Не припомню... Может, и знал.
- Разве вы к нему не приезжали до двадцать третьего?
- Наверное... возможно... да.
- После того, как вы уехали из конторы Шастера, вы не отправились к Эдит де Во?
- Я отказываюсь отвечать.
- А не стоял ли в то время шевроле, в котором обычно ездил привратник Чарльз Эштон, возле дома, где жила Эдит де Во?
Шастер беспокойно дернулся и как будто собрался что-то сказать.
- Я отказываюсь отвечать, - монотонно повторил Лекстер.
- Тогда скажите, - настаивал Мейсон, - вошли ли вы в квартиру Эдит де Во? Разве вы не обнаружили ее лежащей на полу без сознания? Разве вы не знали, что она недавно сделала заявление, из-за которого вас могли обвинить в убийстве вашего деда? Разве не по этой причине вы выскочили из комнаты, тле она лежала, сели в шевроле, помчались к дому Кина, позвонили Шастеру, объяснили ему, что случилось и что вы боитесь, как бы вас не обвинили в убийстве? Разве не для того, чтобы объяснить ранение руки, вы наехали на фонарный столб по пути домой?
Шастер вскочил, размахивая руками.
- Ложь, Ваша Честь! - закричал он. - Нагромождение лжи! Попытка очернить моего клиента!
Мейсон продолжал созерцать побледневшее лицо свидетеля.
- Если ответ на этот вопрос может послужить основанием для обвинения, так и скажите.
Напряженная тишина повисла над залом. Капельки пота выступили на лбу Лекстера. Он дважды прочистил горло и пробормотал:
- Я отказываюсь отвечать.
- На каком основании? - взревел Перри Мейсон громовым голосом.
- На том основании, что ответ может послужить причиной моего привлечения к обвинению.
- Достаточно, - Мейсон сделал резкое движение рукой.
Траслов наклонился к нему и шепнул:
- Ради всего святого, Мейсон, есть какая-то вероятность, что парень натворил то, что вы говорите, или вы просто хотите расположить Суд в пользу вашего клиента?
- Продолжайте вести дело, Траслов, - улыбнулся ему Мейсон. - Думаю, скоро истина восторжествует.
- Вызовите Фрэнка Оуфли, - сказал Траслов.