Страница 47 из 48
- Все, Ваше Величество. Или нет, - спохватился Длиннорукий, - Новая Ютландия всегда поставляла мухоморы ко столу, - тут князь непритворно вздохнул, - незабвенного князя Григория, и Его Сиятельство барон Альберт не хотел бы этот обычай прерывать...
- A, ну насчет этого - к Виктору, - с облегчением сказал король, мухоморами он заведует. И вообще хозяйскими делами. Слуги вас к нему проводят.
- Благодарю вас, Ваше Величество, - раскланялся Длиннорукий. Король лишь едва кивнул. - Эй, Петрович, да где же ты? - раздался уже из коридора голос посла. - Вечно тебя искать надобно.
Король встал с трона:
- Ну что же, Перси, идемте. Похоже, дорогие гости нас уже заждались...
В сопровождении Перси-Чаликовой король вышел из тронной залы, но в коридоре, ведущем к его покоям, они стали свидетелями весьма странной картины: навстречу им очертя голову несся какой-то плюгавый и плешивый мужичонка и при этом дико визжал.
- В чем дело, любезнейший? - учтиво остановил его Александр. - Как я понимаю, вы и есть тот самый господин... м-м-м... господин Петрович, коего разыскивал князь Длиннорукий?
Петрович прекратил визжать и заозирался по сторонам, пока его блуждающий взор не остановился на Уильяме, который с самым невинным видом сидел на полу возле одной из дверей и облизывал толстую белую лапу.
- Вот этот... вот этот вот... он на меня набросился, чуть не разорвал на куски... - залопотал Петрович, указывая дрожащей рукой на кота.
- Ну что вы, сударь, - расплылся король в доброй улыбке, - это же совершенно невинное создание, не способное и мухи обидеть. Иди сюда, мой маленький.
Петрович шарахнулся в сторону, когда Уильям потрусил к своему хозяину. Ловко вскарабкавшись прямо по мантии, кот удобно устроился на плече Александра и сладко замурлыкал. Надя посторонилась, и Петрович, окинув диким взором короля и его кота, поплелся прочь по коридору. Чаликова заметила, что его штаны сзади разодраны и кое-где сочится кровь, заметная даже на малиновой материи.
- Ну и помощничек у князя Длиннорукого, - покачал головой Александр, входя в свои покои. Дубов, Чумичка и Кузька, все еще занятые обсуждением насущных вопросов, поспешно вскочили.
- Садитесь, господа, - махнул рукой король. - Впрочем, особо долго засиживаться вам не придется. Конечно, я хотел бы, чтобы вы погостили у меня еще хотя бы несколько дней, но князь Длиннорукий привез мне послание от барона Альберта из Белой Пущи... - Александр развернул свиток и зачитал: - "...Просим также Ваше Величество, буде появятся в пределах Вашего королевства оные злодеи боярин Василий и колдун Чумичка, виновные в погибели князя Григория, выдать их для законного суда и примерного наказания". Ну и то же самое насчет Беовульфа и Гренделя. Так что сами понимаете... Я, конечно, отпишу барону Альберту, что никаких боярина Василия и Чумичку не ведаю, но ясно, что оставаться тут вам опасно. И для вас, и для меня.
- Как, разве князь Григорий погиб? - запоздало изумился Дубов. - Я должен немедля сообщить об этом царю Дормидонту! Но поверьте, Ваше Величество, я не имею к его смерти никакого...
- Верю, верю, - с хитроватой усмешкой перебил Александр. - Ну конечно же, все это злобные наветы, однако в лапы барона Альберта и его подручных я вам все же попадаться не советовал бы.
- Мы поедем теперь же! - решительно заявила Надя.
- Сядем на ковер - и только нас и видели, - добавил Чумичка.
- Лучше вечером, - предложил Александр, - когда стемнеет. A до того вернее бы вам побыть в моих покоях, чтобы Длиннорукий ненароком вас не увидел.
- Так вы что же, на ковре-самолете лететь собрались? - вдруг вскочил Кузька. - Я ни на каком ковре не полечу! Да я ж там задохнусь...
- A я вас и не отпущу, - заявил Александр. - Вы же, помнится, грозились мне дымоходы почистить.
- Ну, было дело, - нехотя согласился Кузька.
- Ну вот. Доселе вы были домовым, а отныне я назначаю вас, как это... A, замковым! - засмеялся Александр. - Так что соглашайтесь, Кузьма Иваныч, не прогадаете.
- Эх, да чего уж там, - почесал в голове Кузька. Он был весьма польщен, что сам король величает его по имени-отчеству, однако виду не подавал. Хоть лучше бы у бабки на печке... - Привычно вздохнув, домовой надолго умолк.
- Ваше Величество, вы сказали, что послание пришло от барона Альберта, прервал затянувшееся молчание Василий. - Он что же, теперь заступил на место князя Григория?
- Да нет, подписался он как глава тайного приказа, - еще раз глянул король в послание, - но не сомневаюсь, что теперь у них идет настоящая грызня. Дорого бы я дал, чтобы узнать, что там творится и чем это чревато для моего королевства!
- Это очень просто, Ваше Величество, - рассмеялся Василий и небрежно вытащил из кармана золотое яблоко - то самое, которое накануне обронили при бегстве осквернители его свежей могилы.
Чумичка взял одну из тарелок, оставшихся от завтрака, вытер ее рукавом и положил яблоко:
- A ну-ка, яблочко золотое, покажи нам барона Альберта!
Яблочко само собой покатилось по тарелочке, и на ней показалось сначала смутное, а потом все более проясняющееся изображение апартаментов князя Григория. Во главе стола с умным видом восседал барон Альберт и что-то говорил, а остальные - воевода Селифан, два почтенного вида упыря, господин Каширский и Анна Сергеевна Глухарева - внимательно его слушали.
- Узнать бы, о чем они говорят, - заинтересовалась Надя.
- Насколько мне известно, такое устройство способно передавать только изображение, но не звук, - с сожалением заметил Василий.
- Я догадался! - прервал молчание Кузька. - Недаром эти проклятые гробокопатели во время похорон что-то себе на листки черкали. Должно быть, потом они прикладывали написанное к тарелке и таким способом передавали свои донесения в Пущу.
Чумичка снисходительно слушал эту беседу, а сам поглядывал на причудливую морскую раковину, лежащую на отдельной полочке над столом. Перехватив взгляд Чумички, Александр пояснил:
- Ее привез с собой королевич Георг - будто бы, если приложить к уху, то можно услышать шум его родного Варяжского моря.
- A мы ее попробуем приспособить к тарелочке, - предложил Чумичка. - Вы дозволите, Ваше Величество?