Страница 40 из 48
- Даже вы?
- Ха, фройляйн, а вот этого я не говорил. Однако херр князь Григорий остался достаточно доволен. Ведь я настоящий чародей, а не какой-нибудь авантюрист и дилетант Каширский с его фройляйн Аннет Сергеевна!
- Вы и с ними знакомы, - покачала головой Надя.
- Ну да, знаком, - пренебрежительно хмыкнул барон, - однако особой приятности от этого знакомства не поимел... то есть не получил. Вот знакомство с вами для меня много-много приятней.
- Благодарю вас, Иоганн Вольфгангович... или как вас там зовут по-настоящему.
- Если хотите, то можете называть Иоганн Вольфганговичем. Но вообще-то меня зовут Эдуард Фридрихович.
- Тоже язык сломаешь, - вздохнула Чаликова.
- A разрешите узнать ваше настоящее имя? - полюбопытствовал Херклафф. Все-таки нехорошо кушать человека и даже не узнать, как его зовут.
- Ну, меня-то величать куда проще - Надя.
- Красивое имя. Если честно говорить, до мне даже как-то жаль кушать такую либе фройляйн, как вы.
- Ну так не кушайте! - подхватила Надя.
- Увы, - притворно вздохнул Херклафф. - Вы, фройляйн Надя, встали на моем пути, и я просто обязательно должен вас кушать. Уж такой орднунг.
И с этими словами колдун по призванию и людоед по душевному влечению демонстративно достал из одного кармана вилку и столовый нож, а из другого - белоснежную салфетку, каковую принялся аккуратно заправлять за столь же белоснежное жабо.
- Что, уже? - опечалилась Надя. - A я так хотела задать вам несколько вопросов...
- A-а, небольшое интервью? - хихикнул господин Херклафф. - Это пожалуйста. Так сказать, последнее пожелание перед ням-ням. Спрашивайте ваши вопросы, цайт еще достаточно.
- И я могу надеяться на откровенные ответы? - пристально глянула журналистка на своего собеседника.
- Ну конечно! - плотоядно осклабился Херклафф. - Все равно из этой комната наш разговор никуда не уйдет.
Надя медленно поднялась с кровати. Херклафф напрягся на стуле:
- И не думайте бежать, фройляйн! Дас ист совершенно бесполезно.
- Да нет, я просто хотела бы закурить. - Вообще-то Надя не была подвержена этой дурной привычке, но пачку сигарет на всякий случай при себе держала. Она подошла к громоздкому шкафу, где хранила немногочисленный багаж, и извлекла из своего узелка пачку "Мальборо", а заодно нажала кнопку диктофона, который всегда держала наготове. "Может быть, откровения людоеда пригодятся моим друзьям, - подумала Надя. - Это единственное, чем я еще смогу им помочь".
Чаликова вынырнула из шкафа, но запирать его не стала, а лишь прикрыла, оставив довольно широкий зазор:
- Не желаете?
- O найн, - решительно отказался господин Херклафф. - И вам не советую. Именно благодаря здоровому образу жизни и вегетарианской диете я при своем изрядно достопочтенном возрасте так хорошо выгляжу.
- A я с вашего позволения. - Чаликова прикурила прямо от свечки и вернулась на прежнее место.
- Ну что же, я к вашим услугам, - небрежно закинув ногу за ногу, сказал людоед.
Надя на миг задумалась - нужно было построить разговор так, чтобы за сорок минут, на которые была рассчитана кассета, узнать как можно больше.
***
Едва долгие осенние сумерки перешли в ночь, на родовом погосте Розенштернов неизвестно откуда появились две темных личности с лопатами.
- Вот здесь, что ли, - вполголоса сказал один злоумышленник, указывая на свежую могилу.
- Да не шепчи ты так, - весело ответил второй, - покойнички спят себе спокойненько, а живые сюда по ночам не ходят.
- Ты думаешь? - с сомнением покачал головой первый. - Ну ладно, начнем.
Они вонзили лопаты в холмик, аккуратно украшенный болотными цветами и скромными венками, и принялись раскапывать могилу. Судя по тому, как быстро дело продвигалось, им это занятие было и знакомо, и привычно.
- И чего им еще надо? - говорил первый, аккуратно откидывая мокрую болотную землю к подножию огромного замшелого камня. - Похоронили ведь честь по чести, какие могут быть сомнения?
- В нашем деле без сомнений никак не обойтись, - возразил второй и отряхнул землю со своего черного плаща. - Да по правде сказать, я бы и сам усумнился. Больно уж эти похороны были какими-то, уж не знаю, как лучше сказать, нарочитыми что ли.
- Ничего такого я не заметил.
- А я заметил. Все как будто нарочно старались убедить нас, что в гробу именно боярин Василий, однако крышку не открывали, даже когда читали прощальные речи. И потом, почему на похоронах не было хозяина?
- Ну, ты же слышал - захворал, мол.
- Не верю! - пристукнул заступом первый. - И еще, ежели покойник действительно царь-городский боярин, то могли бы уж найти возможность отправить его домой, а не хоронить тут, пускай даже на таком родовитом кладбище.
За раскопками и беседой злоумышленники не заметили, что они на погосте уже не одни. А когда спохватились, то было поздно: вокруг полураскопанной могилы стояли несколько весьма странных субъектов, и каждый держал в левой руке свечку.
- Мертвяки! - в ужасе вскрикнул второй гробокопатель и заметался по полуразрытой яме. Первый что-то бормотал и мелко крестился.
- А ну-ка, вылезайте! - выкрикнул маленький человечек, стоявший на самом краю могилы. То был домовой Кузька, а его спутниками были уже знакомые нам водяной, леший и две кикиморы.
Осквернители мелко дрожали и явно не желали вылезать наружу. Вернее, они бы и не смогли этого сделать, охваченные ужасом.
- Закопаем их здесь, и дело с концами, - предложил леший и, зачерпнув прямо в ладони горсть земли, швырнул в могилу. Этого хватило, чтобы оба гробокопателя, побросав свои заступы, выскочили наверх, где их тут же приняла в свои цепкие объятия доблестная нечисть.
- Стало быть, могилками промышляем? - придушенно-сладким голоском вопросил водяной. - Покойничков, стало быть, раздеваем?
- Некрофилы-археологи, - щегольнул домовой Кузька мудреным словечком, слышанным от "покойного боярина Василия".
- Чего? - наконец-то обрел дар речи один из гробокопателей. - Мы просто проверить хотели, на месте ли покойник... - Он осекся, почувствовав, как сообщник изловчившись лягнул его ногой. Но было уже поздно.
- Проверить, значит? - голосом, ничего хорошего не предвещавшим, проговорил леший. - И чего же вы хотели проверить? Покойнички по ночам не гуляют. В отличие от некоторых живых... Нет, все-таки напрасно мы выгнали вас из могилы, надо было вас там закопать.