Страница 11 из 48
- A где же вы тогда спите? - несколько удивился паж.
- Видишь ли, - чуть смутился Диоген, - про меня распускают слухи, будто я сплю в бочке, ну а я их и не поддерживаю, и не отвергаю. Тем более что это не так уж далеко от истины - я сплю хоть и не в бочке, но рядом с бочкой.
- A заодно и прикладываетесь к ее содержимому?
- Ну, не без этого, конечно, - сознался Диоген. Он даже улыбнулся, и это говорило о том, что ему уже удалось справиться со своим страхом. - Да я короля не обопью, мне много не надо. Я ж не пропойца какой. - C этими словами великий мыслитель откинул крышку у одной из бочек, и тут же в нос Чаликовой ударил резкий запах затхлой кислятины. - Не желаешь? - Паж отрицательно покачал головой. - A я с твоего позволения. Ну, будь здоров! - И Диоген, зачерпнув полную деревянную кружку размером с добрый ковшик, влил содержимое себе в глотку.
- A под такое винцо хорошо бы и закусить, - с тонким намеком подпустила Надя.
- Не закусываю! - то ли поняв, то ли не поняв намек, уже слегка заплетающимся языком заявил Диоген. - Ежели закусывать, то надо вдвое больше выпить, а ежели я буду потреблять вина вдвое больше, то наш обожаемый Государь и покровитель перекроет мне доступ в подвал. Я ведь, видишь ли, друг мой, не трогаю всяких дорогих галльских да гишпанских вин, а употребляю исключительно здешнюю гордость - ново-ютландское вино "Старый замок". Да ты только попробуй, и ничего другого пить не захочешь!
Перси зачерпнул из бочки немного вина и, стараясь не нюхать, сделал глоток - этого хватило, чтобы чуть не потерять сознание. "Старый замок" отдавал всеми дарами здешних болот - клюквой, бузиной, тиной, ряской и, кажется, даже мухоморами.
- Правда, прекрасный вкус? - спросил Диоген.
- Д-да, замечательно, - пробормотал Перси, стараясь удержаться на ногах. - Пойду понемногу. Спокойной ночи, господин Диоген. - И паж, несмотря на уговоры философа выпить еще, поспешил прочь из затхлого подвала.
Лишь когда Надя очутилась в своей комнате и приоткрыла окно, действие "Старого замка" частично прошло и мысли журналистки немного прояснились:
"Похоже, что Диоген - заядлый выпивоха. И что же из этого следует - разве пьяница не может быть людоедом? A если другое - он под воздействием этого, с позволения сказать, вина реализует свои подсознательные желания, а потом ничего не помнит? Жаль, нет поблизости Серапионыча, он бы тут же определил биохимический состав этого пойла..."
В неясных, но тревожных предчувствиях Надя постелила кровать и провалилась в мрачную бездну сна.
***
Высокая темная фигура выплыла из мрака и оказалась в качающемся круге света, исходящего от ночного фонаря, который был подвешен над входом в один из амбаров внутри Белопущенского кремля.
Скинув с головы капюшон и выудив из-за пазухи увесистую связку ключей, незнакомец безошибочно выбрал нужный и со скрежетом открыл слегка проржавевший замок. Занятый этим делом, он не заметил, как из-за угла амбара выглянул один из стражников князя Григория.
Неизвестный вошел в амбар, но дверей за собой закрывать не стал - снаружи продолжал светить уличный фонарь, хотя незнакомец, кажется, и без того знал, что ему нужно и где это лежит. Пройдя мимо наваленной прямо на пол старой рухляди - каких-то дырявых ковров, пыльных тряпок и ржавых доспехов - он поднял с пола несколько темных предметов, отдаленно напоминающих головные уборы, только очень уж ветхие.
- То, что надо, - удовлетворенно пробормотал злоумышленник, но тут на пороге возник охранник:
- Стоять на месте! Кто такой?!
Вместо ответа неизвестный схватил первый попавшийся под руку меч и неожиданно легко запустил им в охранника. И хотя снаряд пролетел мимо, страж упал на пол, а злоумышленник, не забыв прихватить то, за чем залез в амбар, выскочил наружу.
Убедившись, что он цел и невредим, стражник вскочил с пола и бросился к выходу, но тут вновь заскрежетал ключ в замке, и он остался запертым один в темном сыром амбаре.
***
Василий Николаевич лежал на мягком песочке городского пляжа. Невдалеке ласково плескались волны Кислоярки.
- И не скучно вам тут, Васенька, загорать безо всякого дела? - услышал он знакомый голос. Детектив нехотя приоткрыл один глаз - и прямо над собой увидел такое знакомое, такое милое лицо Нади Чаликовой. Она была просто восхитительна в синем купальнике, который ей очень шел. Впрочем, Наде шло все, что бы она ни надела.
- C вами, Наденька, мне никогда не скучно, - томно ответил Василий.
- A скучать нам, кажется, не придется, - обворожительно улыбнулась Надя. - Смотрите, кто к нам в гости!
- Неужели Серапионыч? - Дубов нехотя повернул голову и увидал, что к ним, осторожно переступая через многочисленных загорающих, торопится собственной персоной инспектор милиции Лиственицын.
- Ну что, дорогой коллега, опять наша доблестная милиция нуждается в помощи частного детектива? - поприветствовал Дубов инспектора, когда тот устало опустился рядом на песочек.
- Василий Николаевич, вставайте! - судорожно схватив детектива за плечо, выкрикнул Лиственицын.
- A что такое? - живо заинтересовалась Надя. - Произошло что-то экстраординарное?
- Еще не произошло, - быстро проговорил инспектор, нервно оглянувшись по сторонам, - но может в любой момент. Готовится покушение!
- На кого? - Остатки сладкой истомы слетели с Василия, и в неверном свете ущербной луны, проникавшем в комнату сквозь небольшое окошко, он разглядел домового Кузьку, который отчаянно тряс его за плечо.
- Что такое? Случилось нечто экстраординарное? - спросонья пробормотал Василий.
- Чего-чего? - не понял Кузька. - Вставай скорее, иначе нам конец!
- C чего ты взял? - Василий нехотя поднялся с кровати.
- Я этих лиходеев за версту чую. Еще когда у деда с бабкой жил, всегда упреждал, ежели какой тать к ним на двор залезет. A тут самый истинный убивец!
- Из корчмы уйти успеем? - деловито спросил Дубов. Он уже окончательно пробудился и был готов к любым поворотам судьбы.
- Едва ли, - скорбно покачал головой Кузька. - Эх-ма, семь веков на белом свете прожил, и так бестолково погибать!..
- Погоди паниковать, - перебил Дубов. - Из любого положения можно найти выход. - Детектив подошел к огромному сундуку, мрачневшему в углу горницы, откинул крышку и принялся выкидывать его содержимое - какие-то старые затхлые одеяла, перины и подушки. Все это он навалил на кровать, а сверху накрыл одеялом. Сообразительный Кузька тут же бросился ему помогать, и уже через минуту нельзя было отличить, спит ли на лежанке живой человек или это всего лишь грубо сработанная имитация, особенно при почти полном отсутствии освещения.