Страница 7 из 7
— Ничего не сорвались! — возмутился Святославский. — Наконец-то дан ответ на вопрос, занимавший человечество два века, и теперь потомки Сальери могут не подавать в суд на Пушкина — ничего не выйдет!
— Слава богу, с Грымзиным все обошлось, — приземлился доктор за столик рядом с Дубовым и баронессой. — А вот со Щербиной, чувствую, придется повозиться…
— Владлен Серапионыч, так что это все-таки было — отравление или что-то другое? — окликнул доктора инспектор Столбовой.
— Самое что ни на есть отравление, — подтвердил доктор. — Комплексным обедом. Его же здесь готовят из таких отходов, которые и свиньи не едят! Ну ничего, промывание желудка дало положительный результат.
— Не гонялся б ты, банкир, за дешевизной, — негромко проговорил один из милиционеров.
— Ну, коли так, то арест отменяется, — распорядился инспектор. — А вот руководством ресторана займемся всерьез…
— А лично я всерьез займусь историко-драматургическим экспериментированием, — вдруг заявил Святославский. — Завтра же реконструирую ситуацию с Борисом Годуновым. Надо бы заранее наметить, кто будет Борисом, а кто — царевичем Димитрием…
— Да-да, это же очень интересно! — с жаром подхватила баронесса. — Тем более что эпоху Бориса я знаю гораздо лучше, чем времена Моцарта и Сальери.
— С точки зрения криминалистики это весьма занимательно, — поддержал Дубов. — Как зарезать царевича таким образом, чтобы все подумали, что он закололся сам, по неосторожности? И как потом выяснить, что же в действительности было — несчастный случай или замаскированное убийство?
— Вот вы и будете царевичем Димитрием, — неожиданно предложил Святославский. — Да не беспокойтесь, Василий Николаевич, здесь все ножи тупые, так что до смертоубийства дело не дойдет. — И, подумав, режиссер глубокомысленно добавил: — Я так надеюсь.
— А, делайте что хотите, — пробурчал инспектор Столбовой. — Только без меня.