Страница 1 из 4
Максим Мейстер
Образ из Океана
Изгой жил в общежитии. Поэтому никто не знал, что Изгоя зовут Изгой. Все называли его другими именами. Соседи справа называли его Неудачник, а соседи слева – Счастливчик. И то и другое было правдой, ведь Изгой и вправду был Неудачником для соседей справа и Счастливчиком для соседей слева…
Внизу жили шумные студенты, мечтавшие побыстрее закончить обучение и покинуть общежитие. Они еще не знали, что от смены общежитий ничего не изменится.
Сверху как раз жили такие бывшие студенты, которые после обучения переехали из своего общежития в это. Они считали, что чего-то добились в жизни просто благодаря тому, что переехали. А еще выше жили какие-то Начальники. Изгой не знал о них ничего, кроме того, что они – Начальники…
В общежитии было много людей… Таких разных и таких одинаковых одновременно.
Изгой занимал маленькую комнатку на втором этаже общежития. По утрам он ходил на работу. Днем обедал, а вечером возвращался в свою комнатку. В ней, кроме Изгоя, жил телевизор, который каждый вечер о чем-то говорил, но Изгой не слушал, потому что в телевизоре были те же соседи справа, соседи слева, студенты и начальники…
Изгой мечтал об Океане. Он всегда хотел увидеть Океан. Конечно, в городе было много рек и озер, а однажды, в детстве, Изгой даже ездил отдыхать на море, но… Изгой хотел увидеть Океан, услышать его шум, почувствовать вкус соленых брызг на губах… Но до Океана было так далеко! А на работе платили так мало, что все деньги уходили на еду и оплату маленькой комнатки в общежитии.
Изгой почти смирился с тем, что его мечта увидеть Океан так и останется мечтою…
Но однажды он пришел с работы в свою маленькую комнатку, лег на кровать, посмотрел на белый потолок и вдруг понял, что его жизнь – пуста. И тогда он включил телевизор, чтобы заглушить это жуткое чувство. Но когда он включил телевизор и увидел соседей справа, соседей слева, студентов и начальников, то вдруг с ужасом понял, что его жизнь, жизнь Изгоя – не просто пуста. Его жизнь – это жизнь человечка из телевизора. А он, Изгой, словно не знает этого и кривляется, играет, как звезда экрана, не понимая, что телевизор, в котором его показывают, даже не включен в розетку…
И когда Изгой понял это, то вышел из общежития и пошел к Океану. Пешком, оставив все, оставив пустую комнату, которая была пустой, даже когда в ней жил Изгой, оставил телевизор с его несуществующими образами, оставил соседей справа и соседей слева, оставил шумных студентов и гордых начальников…
Он отправился к Океану…
По пути ему встречалось множество общежитий. Таких разных и одинаковых одновременно… Иногда Изгой голодал, а иногда его кормили. Кто из жалости, а кто из уважения. Ведь многие из жителей общежитий хоть раз в жизни, но хотели идти к Океану, но мало кто решился сделать даже шаг, оставшись в своих маленьких комнатах с привычными соседями и привычным телевизором с его привычными образами. Эти люди понимали Изгоя и, как могли, помогали ему. Быть может, они надеялись, что Изгой дойдет и вспомнит о них перед лицом Океана…
Иногда Изгой замерзал в пути, а иногда его сжигала невыносимая жара, иногда он пробирался сквозь болота, рискуя на каждом шагу, а иногда брел по ровной асфальтовой дорожке, словно специально проложенной для него…
Вот и море, на котором Изгой отдыхал в детстве. Изгой искупался и улыбнулся. Сейчас даже море казалось мелким. Настолько, что Изгой пошел по нему вброд.
И когда Изгой вышел на другой берег моря, то вдруг отчетливо понял, что цель близка. Он почувствовал соленый запах, ощутил дыхание Океана. Такое огромное и легкое одновременно…
А потом Изгой вышел на берег Океана…
У Океана не было ни начала, ни конца… Огромные волны ходили вдалеке, но они казались лишь незначительной рябью. Шум прибоя оглушил Изгоя, и он сел на берегу, привыкая к мысли, что его мечта сбылась, что он увидел Океан…
Изгой долго сидел на берегу. Иногда брызги прибоя попадали в лицо… Брызги собирались в капли и падали, словно слезы, не задерживаясь на гладкой коже…
Он сидел долго. А может – один миг. Ведь на берегу Океана нет времени. Время есть только в общежитиях. Там оно необходимо, чтобы жители вовремя ходили на работу, вовремя принимали обед и вовремя ложились спать…
Изгой сидел долго, а может – всего лишь миг, но вдруг раздался голос:
– Зачем ты пришел?
– Увидеть Тебя… – ответил Изгой.
– Почему же ты сидишь на берегу? – спросил Океан.
– Я смотрю на Тебя… – ответил Изгой.
– Хорошо, – сказал Океан и замолчал.
Изгой сидел долго, а может всего лишь миг, ведь на берегу Океана нет времени, а только приливы и отливы. И шум прибоя.
– Океан! – вдруг сказал Изгой.
– Да? – откликнулся Океан.
– Я очень одинок… – сказал Изгой. – Я словно изображение в выключенном телевизоре, который стоит в пустой комнате пустого дома…
– Это не правда, – сказал Океан. – Ты не изображение, ты – живой…
– Но почему я так одинок! – закричал Изгой, заглушая шум прибоя. – Помоги мне, Океан!
– Конечно, чего ты хочешь?
– Я не могу больше жить в общежитиях и выслушивать сочувствие справа и зависть слева, слушать наивные мечты студентов и терпеть глупую спесь начальников… Я хочу отдельный дом, огромный и каменный, и чтобы в нем было все необходимое для жизни…
– Отдельный дом? – спросил Океан. – Хорошо… Весь этот мир на берегу – лишь мой образ. Я намыл песок и камень, создав материки, я даю воду облакам, которые орошают землю и дают жизнь растениям… Все живое на суше вышло из меня. Я могу создать все, что ты хочешь. У тебя уже есть отдельный дом…
– Спасибо, Океан! – сказал Изгой и пошел назад.
Путь обратно был гораздо проще, чем путь к Океану. Вскоре Изгой стоял рядом со своим общежитием. И вдруг совсем неподалеку он увидел огромный дворец! Он был больше, чем несколько общежитий вместе взятых!
В изумлении подошел Изгой к воротам дворца и прочитал на двери свое имя. Он вошел и стал жить в собственном огромном доме. Здесь было все необходимое для жизни. Каждый день Изгой обходил несколько комнат, а тех, где он еще не бывал, казалось, становилось только больше.
Каждый день он бродил по своему необъятному дворцу. Но однажды он вдруг понял, что комнаты, несмотря на все свое разнообразие, – одинаковы. И бродя по своим разным, но одновременно одинаковым комнатам, Изгой вдруг с ужасом осознал, что они пусты точно так же, как и его жалкая комнатка в общежитии!
Да, теперь в каждой комнате вместо маленького телевизора – огромный плазменный экран, но Изгой вдруг с ужасом осознал, что ничего не изменилось, и он по-прежнему изображение на выключенном телевизоре в пустых комнатах пустого дома. И лишь диагональ экрана стала больше…
И тогда Изгой выскочил из своего персонального дворца и побежал на берег Океана. Он бежал не переводя дыхания, и даже моря теперь казались лужами, едва замочившими ноги…
– Зачем ты пришел? – спросил Океан, когда Изгой вновь сидел на берегу и вдыхал соленый воздух. И капли прибоя все также стекали по щекам, не удерживаясь на гладкой коже.
– Я по-прежнему одинок, – сказал Изгой. – Я словно изображение на огромных выключенных экранах, которые висят в пустых комнатах пустого дворца…
– Это не правда, – сказал Океан. – Ты не изображение, ты – живой…
– Помоги мне, Океан! – взмолился Изгой.
– Конечно, чего ты хочешь?
– Мне одиноко. Я хочу друга, который никогда не предаст, который поймет меня, который всегда выслушает и поможет…
– Хорошо… – сказал Океан.
И вдруг из прибоя вышел юноша.
– Привет, – сказал он и улыбнулся. – Меня зовут Друг. Я создан Океаном для тебя…
Изгой смотрел на Друга, и внутри стала подниматься радость.
– Пойдем со мной! – воскликнул Изгой.
– Куда? – удивился Друг.
– Как куда?! – Изгой уже спешил в путь. – В мой дом! Мы будем вместе ходить по комнатам дворца, и мне уже не будет так одиноко!