Страница 39 из 74
- Значит, для начала - в школу? - И, неожиданно вытащив из кармана шахматного короля, протянул его Николаю: - Я очень извиняюсь, но пришлось украсть...
- Дай сюда! - ринулся к нему Борис Нискин. - Это, знаешь, как называется?! Да я из-за этого...
- ...только и кончил, - иронически заключил Таран. - А то бы до утра просидел. Это же надо, а? Психическое заболевание! Мания, так сказать.
Борис сердито и многозначительно ответил:
- У каждого своя. Ты бы уж помалкивал, - и, вдруг улыбнувшись, добавил: - Между прочим, смотрите, что Илья делает.
Все оглянулись на Куклева, который, вытащив записную книжку, погрузился в какие-то вычисления.
Услышав свое имя, он поднял круглую голову и рассеянно спросил:
- А?.. Что сказали?..
Ребята рассмеялись. Даже Николай улыбнулся.
- Нет, это же удивительно! - насмешливо сказал Коля Маленький. - С одной стороны, вроде "мозговой трест" наш, великий техник, а с другой - боксер. Как это у тебя из головы все мысли не выколотят? Удивляюсь!
Илья усмехнулся.
- Наоборот. Крепче вколачивают.
Перебрасываясь шутками, ребята двинулись по улице.
Школа была недалеко. И уже через несколько минут показалось ее светлое четырехэтажное здание с громадными окнами.
Занятия второй смены уже начались, и широкие коридоры были пусты. На площадках лестницы, по которой поднимались ребята, стояли большие аквариумы, висели стенгазеты, таблицы спортивных состязаний, расписания дежурств и уроков.
В учительской находились несколько преподавателей. Двое из них - худощавый, невысокий старик с седенькой бородкой, в очках и пожилая женщина в скромном коричневом костюме, с сухим, жестким лицом и гладко зачесанными назад волосами - сидели у стола и проверяли тетради. На диване сидели две учительницы. Одна, совсем молоденькая, что-то весело рассказывала полной женщине в пестром платье. Еще один человек, как видно, преподаватель физкультуры, в легком тренировочном костюме, с мячом в руках, изучал висевшее на стене расписание.
Ребята вежливо поздоровались, и Николай сказал:
- Мы из народной дружины. Хотелось бы поговорить с классным руководителем шестого класса "Г".
- Это я, - ответила сидевшая у стола учительница. - В чем дело?
- Нас интересуют ваши ученики Виктор Блохин и Гоша Савченко.
- Ах, эта шайка, - вздохнула учительница. - Настоящая бандитская шайка. И главарь у них этот Блохин.
Коля Маленький не выдержал и спросил:
- Что, двое - уже шайка называется?
Учительница неприязненно взглянула на него и ледяным тоном ответила:
- Их четверо. Они уже второй день уроки прогуливают. Мы устали обсуждать их на собраниях.
- Этот Блохин, между прочим, необычайно любознательный паренек, - заметил сидевший у стола учитель с бородкой. - И фантазер! Такие, знаете, истории выдумывает, которые с ним будто бы произошли, - заслушаешься! Но шайка - это ужасно! Я просто не знаю... - разволновавшись, он то снимал, то надевал очки. - Это может превратиться... страшно даже подумать...
- Вечно вы, Игорь Афанасьевич, паникуете, - усмехнулся преподаватель физкультуры. - Ничего страшного. Живые, подвижные ребята, а вот Кузнецов, так тот даже перспективный для спорта. И я слышал, он еще радио увлекается, приемник собрал.
- Значит, в их компании еще двое? - спросил Николай и вынул блокнот. - Кто же? Я заодно адреса запишу.
- Одного вам назвали, это Кузнецов, - ответила классная руководительница, - второй - Вербицкий Олег. Семья вполне приличная. Отец - директор магазина, мать - портниха. А вот у Кузнецова - одна мать, отец погиб, в семье трое детей. Ей, конечно, очень трудно. А старший, вот этот, - отпетый хулиган. И понятно! Никакого контроля. Вот их адреса, - она открыла классный журнал.
Николай записал.
- Так. Семьи Блохина и Савченко мы знаем.
- Ну, а что же все-таки случилось? - с интересом спросила молодая учительница.
- Блохин и Савченко не ночевали дома. Матери прибежали к нам в штаб. Будем искать.
- Это ужасно! - воскликнул старик, которого назвали Игорь Афанасьевич. - Ну, разве их теперь найдешь? Что не случается в большом городе? Все! Абсолютно все!
- Ах, Игорь Афанасьевич, вас всегда страшно слушать, сказала сидевшая на диване полная учительница. - Нельзя же так всего - свете бояться!
- Ну, хорошо, хорошо! Я ничего не говорю, - нервно вертя в руках очки, ответил Игорь Афанасьевич. - Я буду счастлив, если их найдут. Дай бог, как говорится, дай бог! Но я просто-напросто знаю жизнь. Если бы это случилось, скажем, у нас в Кременчуге лет сорок назад... О! Тогда бы...
- Ну, мы их все-таки найдем, - улыбнулся Николай. - А учатся они, значит, плохо?
- Отвратительно, - ответила классная руководительница.
- Нет, почему же! - снова вмешался Игорь Афанасьевич. Вот Блохин, например, у меня по литературе учится совсем неплохо. К сожалению, он увлекается шпионскими книгами. Но вот недавно я им прочел "На смерть поэта". Вы бы видели, как он слушал! У него пылали щеки, а в глазах стояли слезы. Нет, у этого мальчика есть душа! Я знаю, что говорю!
- Это не мешает ему быть вожаком шайки, - ледяным тоном возразила классная руководительница, и лицо ее стало еще жестче. - А я исчерпала все меры педагогического воздействия на него.
Игорь Афанасьевич со скептической улыбкой осведомился у Николая:
- И вы в самом деле рассчитываете их найти?
- Конечно, найдем.
- Ну, знаете! - И, пожимая плечами, он развел руки, выражая крайнее сомнение. - Однако допустим. Но потом они могут опять убежать, если им захочется.
- Сделаем так, чтобы им не захотелось.
Игорь Афанасьевич недоверчиво покачал головой, потом поднял палец и снова спросил:
- Вы пойдете к ним домой?
Николая все больше забавлял этот старик. Как видно, он понравился и другим ребятам, потому что Коля Маленький неожиданно спросил:
- Не хотите с нами пойти?
- Кто, я? - удивился Игорь Афанасьевич. - Но... как же так?.. Вот ведь классный руководитель... Ольга Ивановна...
- Пойдите, пойдите, - охотно откликнулась та. - Я уже сто раз там была. Увидите, кстати, какая душа у этих бандитов. Дома им Лермонтова не читают.
- Ну, хорошо... я пойду, - продолжая, однако, сомневаться, ответил Игорь Афанасьевич. - Хотя, право... Но все-таки любопытно... Вот и молодые люди тоже. Знаете, их самоуверенность мне даже импонирует...