Страница 81 из 232
«Тико» запустил первую четверку своих зенитных ракет, когда русские АС-6 приблизились на девяносто девять миль. Ракеты сорвались с пусковых установок и взлетели в воздух, оставив позади бледно-серые хвосты дыма. Едва ракеты сорвались с направляющих, как пусковые установки поднялись в вертикальное положение и развернулись для перезарядки, длящейся восемь секунд. Теперь крейсер будет вести огонь со скорострельностью одна ракета в две секунды. Прошло чуть больше трех минут и весь боезапас «Тикондероги» был израсходован. Крейсер мчался вперед, оставив позади огромное облако серого дыма. Отныне его единственным средством противовоздушной обороны стали зенитные орудия.
Зенитные ракеты «земля-воздух» мчались к своим целям со скоростью свыше двух тысяч миль в час, направляемые отраженными волнами боевых радаров запустивших их кораблей. Боеголовки зенитных ракет взорвались на расстоянии ста пятидесяти ярдов от русских АС-6. Зенитная система «Иджис» выполнила свое предназначение весьма успешно — она уничтожила более шестидесяти процентов целей. Теперь на восемь судов были нацелены восемьдесят две ракеты «воздух-земля».
В борьбу с русскими ракетами включились и другие корабли, вооруженные пусковыми установками с ракетными снарядами «земля-воздух». В нескольких случаях к одной цели устремлялись две или три зенитные ракеты и обычно сбивали ее. Число мчащихся к эскадре «вампиров» сократилось до семидесяти, затем до шестидесяти, но все-таки уменьшалось недостаточно быстро. Теперь всем стало известно, какие ракеты атакуют эскадру. Были включены мощные радиолокационные помехи. Корабли принялись резко маневрировать, словно в стилизованном танце, причем почти не обращая внимания на расположение относительно друг друга — сейчас опасность столкновения беспокоила капитанов меньше всего. Когда ракеты АС-6 оказались на расстоянии двадцати миль, каждый корабль группы принялся запускать ракеты, которые наполнили воздух вокруг них миллионами крошечных полосок из майлара, покрытых алюминиевой пленкой. Это создало десятки новых целей для АС-6 и запутало их системы наведения. Некоторые из АС-6 поддались на обман и отклонились от своих целей, начав преследовать майларовые призраки. Две ракеты потеряли ориентацию и выбрали новые цели на дальнем фланге соединения.
Радиолокационное изображение «Нимица» на дисплее внезапно поблекло. То, что раньше дискретными точками обозначало положение кораблей соединения, превратилось в бесформенные белые облака. Одни только ракеты, мчащиеся к целям, четко вырисовывались на экране: перевернутые очертания латинской буквы V, сопровождаемые линейными данными курса и скорости. Последний залп зенитных ракет сбил еще три АС-6, так что число «вампиров» сократилось до сорока одного. Тоуленд насчитал пять из них, которые были нацелены на «Нимиц».
Теперь последней и единственной защитой от летящих ракет остались двадцатимиллиметровые пушки Гатлиига, наводящиеся на цель с помощью радиолокаторов и предназначенные для обстрела на расстоянии, не превышающем две тысячи ярдов. Две кормовые установки, действующие в автоматическом режиме, нацелились в небо и повели первую пару приближающихся АС-6. Первой открыла огонь установка левого борта. Вращающаяся шестиствольная пушка загрохотала со звуком, напоминающим звук гигантской расстегивающейся застежки-молнии. Ее радиолокационная система наведения следила за целью и одновременно за летящими к цели снарядами, сводя их вместе.
Ближайший к «Нимицу» ракетный снаряд взорвался в восьмистах ярдах от левого борта авианосца. Тысяча килограммов взрывчатого вещества подкинула гигантский корабль. Тоуленд почувствовал это сотрясение, и на мгновение у него в голове пронеслась мысль, что ракета попала в авианосец. Вокруг него лихорадочно работали офицеры центра управления боевыми действиями. Одна ракета исчезла с радиолокационного экрана, но остались еще четыре.
Следующая АС-6 приблизилась к носовой части авианосца, и носовая пушка взорвала ее, но уже слишком близко от корабля. Осколки осыпали палубу, убив дюжину находившихся там матросов.
Третья ракета сбилась с курса из-за облака майларовых полосок и врезалась прямо в море в полумиле позади авианосца. От взрыва боеголовки корпус «Нимица» завибрировал и вверх взвился тысячефутовый водяной столб.
Четвертая и пятая ракеты приблизились к кораблю со стороны кормы, на расстоянии меньше сотни ярдов одна от другой. Кормовая пушка вела обе, но не могла решить, по какой из них стрелять в первую очередь. В результате она замерла в нейтральном положении и не открыла огонь совсем. Ракеты попали в авианосец практически одновременно — одна в левый угол кормовой части летной палубы, вторая — во второй трос аэрофинишера.
Тоуленда отбросило на пятнадцать футов, и он сильно ударился о консоль радиолокатора. Затем его лизнула волна розового пламени. И тут послышались звуки. Сначала это был грохот взрыва. Потом крики. Кормовая переборка центра управления боевыми действиями исчезла — вместо нее бушевал огонь. Люди, находившиеся поблизости, на глазах Тоуленда превратились в живые факелы. Он судорожно думал только об одном — как спастись из этого пылающего ада, и бросился к водонепроницаемой двери. И — о чудо! — она открылась под его нажимом. Тоуленд побежал к правому борту. Система пожаротушения уже включилась, обрушив на все занавес соленой воды. Когда он выскочил из-под этого ледяного душа, его кожа, волосы и мундир были обожжены. Тоуленд взбежал на узкий мостик, протянувшийся вдоль летной палубы. Матрос с пожарным шлангом в руках направил на него струю воды и едва не сбил за борт.
— В центре управления боевыми действиями пожар! — с трудом выдохнул Тоуленд.
— А где его нет?! — отозвался матрос.
Тоуленд опустился на колени и посмотрел на остальные корабли соединения. Он вспомнил, что «Фош» находился где-то к северу от них. Теперь в этом месте поднимался огненный столб. Прямо у него на глазах последняя ракета АС-6 взорвалась в сотне футов над летной палубой «Саратоги». Авианосец казался неповрежденным. Ракетный крейсер «Тикондерога» в трех милях от «Нимица» пылал от ракеты, которая взорвалась в нескольких ярдах над его кормовой надстройкой, изрешетив ее. Огненный шар на горизонте возвещал уничтожение еще одного корабля. Мой Бог, подумал Тоуленд, неужели это «Сайпан»? На борту этого большого десантного корабля находилось две тысячи морских пехотинцев…
— Беги на нос, кретин! — завопил матрос, что со шлангом в руках тушил пожар. На узком мостике появилась еще одна фигура.
— Тоуленд, вы живы? — Это был капитан первого ранга Свенсон. Его рубашка была разорвана, и грудь кровоточила от полудюжины ран.
— Так точно, сэр, — ответил Боб.
— Отправляйтесь на рулевой мостик. Передайте им, чтобы они развернули корабль под ветер правым бортом. Быстро! — Свенсон спрыгнул на летную палубу.
Тоуленд последовал за ним. Палуба была залита пеной, применяемой при тушении пожаров, скользкой, как масло. Он бежал изо всех сил, падая и поднимаясь, пока не добрался до «острова» авианосца Через минуту он поднялся в рулевую рубку.
— Капитан приказал развернуть корабль под ветер правым бортом! — выпалил Тоуленд.
— Мы так и плывем — проклятый ветер дует нам в правый борт! — рявкнул в ответ помощник командира. Палуба мостика была усыпана битым стеклом. — Как шкипер?
— Жив. Он на корме, руководит тушением пожара.
— А вы кто такой, черт побери? — потребовал ответа помощник.
— Тоуленд, из разведгруппы. Я находился в центре управления боевыми действиями.
— Тогда вам чертовски повезло. Вторая ракета угодила в пятидесяти ярдах от вас. Значит, командир уцелел? А кто еще?
— Не знаю. Там все горит.
— Похоже, и вам изрядно досталось, капитан. Тоуленду казалось, что он выбрил лицо куском острого стекла. Когда он прикоснулся к бровям, они осыпались под пальцами.
— Наверно, ожоги от вспышки. Ничего страшного. Могу чем-то помочь?
Помощник командира ткнул пальцем в «водные крылья» на груди Тоуленда.