Страница 140 из 232
Кроме того, русским придется расплачиваться и за базирование истребителей на исландских аэродромах.
— Я считаю, что там размещается примерно авиаполк, скажем, от двадцати четырех до двадцати семи истребителей МиГ-29 «фалкрэм», — сказал Тоуленд. — Еще ни разу нам не удалось обнаружить на земле больше двадцати одной машины. На мой взгляд, это означает, что они постоянно патрулируют воздушное пространство над авиабазами, скажем, по четыре «птички» круглосуточно. Кроме того, у них, по-видимому, имеется три наземных радиолокатора, и русские все время перемещают их с места на место. Выходит, они готовы к перехвату при наведении с земли. Насколько сложно заглушить поисковые радиолокаторы?
Командир истребительной эскадрильи покачал головой:
— При соответствующей поддержке — совсем просто.
— Значит, нам требуется выманить в воздух МиГи и несколько сбить. — В помещении вместе с Тоулендом находились командиры обеих эскадрилий истребителей «томкэт». Они внимательно изучали карты. — Правда, придется подальше облетать пусковые установки ракет «земля-воздух». Судя по информации, полученной от наших парней из Германии, эти СА-11 — пренеприятная штука.
Первая попытка ВВС разбомбить авиабазу в Кефлавике, используя Б-52, кончилась катастрофой. Последующие попытки, произведенные маленькими быстрыми FB-111, нанесли русским определенный ущерб, но так и не смогли полностью вывести базу из строя. Стратегическое авиационное командование США не желало выделять для этой цели достаточное количество своих скоростных бомбардировщиков. До сих пор так и не удалось нанести решительный удар по основным емкостям с горючим. Топливные емкости располагались слишком близко к населенным районам, а спутниковые снимки показывали, что там по-прежнему проживает гражданское население.
— Давайте попробуем убедить ВВС совершить еще один налет Б-52, — предложил командир истребительной эскадрильи. — Они совершают заход как раньше, но затем… — И он описал некоторые изменения в тактике налета. — Теперь, когда у нас есть «гомики», все может сработать как надо.
— Если вам нужна наша помощь, капитан, постарайтесь по крайней мере быть вежливым. — Летчик «праулера», присутствовавший в комнате, явно не желал, чтобы его самолет стоимостью в сорок миллионов долларов называли столь уничижительно. — Я могу на некоторое время вывести из строя радиолокационные системы наведения этих зенитных установок, однако не забывайте, что у СА-11 есть запасная инфракрасная система наведения. Стоит вам оказаться на расстоянии меньше десяти миль от пусковых установок, и вероятность того, что русские отправят ваши «томкэты» на тот свет, возрастает до пятидесяти процентов. — Летчики уже знали, что весьма неприятной особенностью ракет «земля-воздух» типа СА-11 является то, что они практически не оставляют за собой дымного следа, так что заметить их очень трудно, а уклониться от зенитной ракеты, которую не видишь, еще труднее.
— Мы постараемся пролететь подальше от пусковых установок СА-11. Впервые, джентльмены, преимущество перешло к нам. — Летчики-истребители принялись излагать свой план операции. Теперь в их распоряжении имелась надежная информация о поведении русских истребителей в бою. У Советов хорошая тактическая подготовка, но их действия легко предсказуемы. Если американским самолетам удастся создать ситуацию, для отражения которой русские подготовлены, американцы будут иметь представление о реакции русских.
Генерал Алексеев никогда не полагал, что война с НАТО будет простым делом, но в то же время он не ожидал, что военно-воздушные силы НАТО будут иметь господство в ночном небе. Через четыре минуты после полуночи американский самолет, даже не появившийся на экранах радиолокаторов, уничтожил радиопередатчик, который обслуживал штаб-квартиру командования Западного фронта. Перед началом боевых действий запасных станций было всего три и каждая из них находилась на расстоянии более десяти километров от подземного комплекса штаба фронта. Теперь осталась одна, если не считать подвижный передатчик, уже подвергавшийся налетам. Подземные телефонные кабели сохранились, разумеется, однако по мере продвижения в глубь вражеской территории телефонная связь становилась ненадежной. Слишком часто провода, протянутые связистами, уничтожались во время атак с воздуха или их случайно рвали свои же машины. Для управления войсками требовалась радиосвязь, а самолеты НАТО систематически выводили радиостанции из строя. Вражеские самолеты даже попытались уничтожить сам подземный комплекс — на ложную площадку, расположенную точно посредине между двумя радиопередатчиками, совершили налет восемь истребителей-бомбардировщиков. Они осыпали «штаб» кассетными бомба-, ми, полили напалмом и сбросили бомбы с взрывателями замедленного действия. По мнению специалистов, если бы налету подвергся настоящий бункер, не удалось бы обойтись без серьезных потерь. Да, вот и полагайся после этого на мастерство наших инженерных войск — при строительстве рассчитывали, что бункеры должны выдержать почти прямое попадание ядерной боеголовки.
Теперь у Алексеева была переброшена на другой берег Лайне целая боевая дивизия — вернее, то что осталось от дивизии, поправил он себя. Сейчас пытаются форсировать реку две усиленные бронетанковые дивизии, однако понтонные мосты ночью подверглись бомбардировке вместе с подошедшими танками. На передовую начали прибывать подкрепления НАТО — пути подхода у них в тылу тоже пострадали от воздушных налетов, правда, за счет колоссальных потерь, понесенных советскими истребителями-бомбардировщиками. Тактика…, нет, только дилетанты занимаются тактикой, мрачно подумал Алексеев. Профессиональные военные занимаются вопросами материально-технического обеспечения. Ключ к успеху зависит от его способности сохранить наведенные через Лайне мосты и успешно организовать движение по дорогам, ведущим к Альфельду. Система организации движения уже дважды давала серьезные сбои, и Алексееву пришлось направить группу полковников решать все проблемы.
— Надо было выбрать место получше, — пробормотал Алексеев.
— Извините, товарищ генерал? — не понял Сергетов.
— В Альфельд ведет только одно хорошее шоссе, — иронически улыбнулся генерал. — Нам следовало выбрать для прорыва участок фронта, где проходят по крайней мере три.
Присутствующие следили за тем, как продвигаются — скорее ползут — по карте флажки. Каждый флажок олицетворял собой батальон. Ракетные установки «земля-воздух» и зенитные батареи выстроились вдоль коридора, ведущего вдоль этого шоссе, с севера на юг, и шоссе постоянно проверяли саперы, чтобы удалить с него мины, устанавливаемые на расстоянии, — войска НАТО впервые применяли их в таком большом количестве.
— Двадцатая танковая понесла серьезные потери, — выдохнул Алексеев. «Его» дивизия. Прорыв можно было осуществить намного быстрее — если бы не авиация НАТО.
— Две усиленные дивизии завершат прорыв, — уверенно произнес Сергетов.
Алексеев был согласен с ним. Свежие части несомненно завершат прорыв вражеской обороны — если не случится чего-то непредвиденного.
Моррис сидел напротив командующего надводными силами Атлантического флота США. Вице-адмирал с тремя золотыми звездами на погонах, он провел всю свою службу на фрегатах, эсминцах и крейсерах — на кораблях, которые любил называть «настоящим» военно-морским флотом. У небольших серых кораблей не было ни привлекательного блеска авиации, ни таинственности подводных лодок, но сейчас именно они играли ключевую роль в сопровождении конвоев через Атлантику.
— Иван изменил свою тактику, причем сделал это намного быстрее, чем мы ожидали от него. Теперь он нападает на корабли охранения. Атака на ваш фрегат была заранее рассчитанной. Он намеренно охотился за вами, а не просто натолкнулся на вас. Скорее всего, вам устроила засаду русская подводная лодка.