Страница 8 из 26
7
Генерал вызвал Корнилова в тот же день, когда он подал на его имя докладную записку. - Вы верите в этого индивидуалиста? - спросил он прямо. - Федор Пятницкий доказал, что его неплохо научили убивать и выживать в самых экстремальных условиях. Поэтому я И подумал, что такой человек может нам пригодиться. - Вы правы во всем, кроме одного, - поправил подчиненного генерал, мы обязаны верить тем людям, с кем идем на трудное, подчас смертельное задание, и не верить предателям и изменникам. - Федор Пятницкий - не предатель и не изменник! - твердо сказал Корнилов. - Судя по материалам дела. Обстоятельства сложились против него. Подставили его классически, профессионально. Ему ничего другого не оставалось, как стать самому судьей и палачом. - Насколько я знаю, он допустил две серьезные ошибки, которые чуть не стоили ему жизни. Но тогда он рисковал лишь собственной жизнью. Не получится ли так, что он завалит дело из-за своей бесшабашности? - Конечно, в одиночку ему не справиться, - согласился с генералом Корнилов, - но если рядом с ним будет верный и опытный человек, то много времени не понадобится, чтобы из супермена сделать опытного разведчика. - Вы уже продумали, кого можно к нему подключить? - спросил генерал. Чтобы не вызвать подозрений у швейцарских властей. Наверняка такой человек, как Пятницкий, привлечет их внимание, а может, и внимание западных спецслужб. - У Федора Пятницкого сильно развито чувство патриотизма! - заметил Корнилов. - Я специально звонил в часть, где он проходил воинскую службу, и узнавал у заместителя командира по воспитательной работе. Он горячо выступал против развала Союза. - Слушая рассказ о достоинствах Пятницкого, - усмехнулся генерал, поневоле забываешь о том, что этот безукоризненный во всех отношениях человек отправил к праотцам дюжину врагов, и по закону он - убийца! - В смутное время точки отсчета сдвигаются! - осторожно заметил Корнилов. - Меня, например, больше смущают депутаты-воры, депутаты-мошенники, депутаты-преступники. - Так кого вы наметили для работы с Пятницким? - Волкова! - ответил Корнилов. - Он у нас "одинокий волк", ему нужен партнер. И характер его работы позволяет ему познакомиться с Пятницким совершенно открыто. Есть еще один фактор: Волков хорошо знаком с Ольгой - любовницей Пятницкого. Я нашел в его отчетах сообщение об этом. После разговора с мужем Свётлицкой - это девичья фамилия Ольги - стало ясно, что отношения были настолько теплыми, что муж даже как-то приревновал ее к нашему агенту. - И было из-за чего? - намекнул генерал. - Нет, - уточнил Корнилов, - теплые и дружеские отношения, но не больше. Волков, надо честно признаться в этом, приложил немалые усилия для того, чтобы превратить теплые и дружеские отношения в нечто большее, но не преуспел в этом ни на йоту. И еще тогда он высказал предположение, что Ольга влюблена в некоего Федю, однажды она при Волкове назвала так стоящего рядом мужа. И очень смутилась при этом. - Муж не устроил скандала? - Он сделал вид, что не расслышал, - пояснил Корнилов, - хотя Волков клянется, что каменное лицо мужа свидетельствовало об обратном. - Они действительно похожи? - поинтересовался с улыбкой генерал. - Муж - слабая копия Пятницкого, - улыбнулся в ответ Корнилов. - А вы выяснили, почему Пятницкий выбрал Женеву, а не Париж! - спросил генерал. - Если не ошибаюсь, несчастный рогоносец нз МИДа должен был лететь к месту новой службы именно в Париж? - Как я предполагаю, Ольга, очевидно, заметила отсутствие фотографии, которую выкрал Потапов, чтобы предъявить ее для опознания соседке по дому Пятницкого. А кто уж сориентировался в аэропорту, трудно пока установить. - Это не связано с банками Швейцарии? - намекнул генерал. - Там, говорят, мафия предпочитает держать свои деньги. И не только мафия, все разведки мира ведут свои денежные дела через швейцарские банки. Я слышал, что именно вам поручено подготовить доклад о своеобразии денежного рынка и рынка капиталов Швейцарии? - Да! - согласился Корнилов. - Банковский бизнес там достиг таких размеров, что стал довлеть над экономикой Швейцарии. Все остальное по сравнению с банками кажется карликовым. - Есть какая-нибудь зависимость швейцарских банков от других? - Рынок краткосрочных операций не развит в стране. В отличие от стран Западной Европы государственная краткосрочная задолженность в Швейцарии никогда не играла серьезной роли. Банки получают достаточно денег из-за рубежа и не нуждаются в краткосрочной поддержке их операций центральным банком Швейцарии. Они все равно опасаются вкладывать краткосрочные средства, полученные из-за рубежа, в долгосрочные проекты. Клиенты могут неожиданно отозвать деньги. Поэтому швейцарские банки вынуждены немедленно проводить "транзитные" операции, отправлять средства в финансовые центры Лондона и Нью-Йорка, где они могут быть освоены. Это и делает Швейцарию зависимой от других финансовых центров. Напротив, рынок капиталов очень хорошо развит в стране. Это позволяет заниматься крупными инвестициями внутри и вывозить капиталы за границу. Плотность банковской системы Швейцарии зависит от аккумуляции капиталов. Банковская тайна и номерная система способствуют такой аккумуляции, а уж банки знают нужное направление, куда вложить доверенные им капиталы, чтобы получить колоссальную прибыль. - Есть сведения, что Семен Пятницкий держал свои незаконно нажитые миллионы в швейцарском банке, - сообщил генерал. - Я думал над этим! - ответил Корнилов. - Но все же основополагающим мотивом отлета в Женеву послужила фотография. Любовники сделали правильный вывод, что у них не остается времени ждать самолета до Парижа, и они воспользовались тем, что въездная виза в Женеву еще действовала. - Влюбленная женщина проявляет чудеса храбрости и предприимчивости! вздохнул генерал, очевидно, от отсутствия влюбленной в него женщины. Выясните в уголовном розыске: не положил ли Семен Пятницкий на имя Федора какие-либо деньги или другие ценности? - Будет исполнено! - пообещал Корнилов и удалился. Договорившись с Толстухой о встрече, Корнилов отправился в уголовный розыск. В поисках нужного кабинета он шел по коридору, читая таблички на дверях, и едва не столкнулся с моложавой рыжеволосой женщиной. От неожиданности она выронила из рук папку с бумагами, и он, по-спешно подняв ее, вручил женщине и из-винился. "Какое порочное лицо! - подумал Корнилов. - Я бы ей никаких дел не доверил!" Алла, а это была она, смерила взглядом наткнувшегося на нее Корнилова и прошла в комнату, где стоял копировальный аппарат "Ксерокс". Она обратила внимание на Корнилова с чисто женской точки зрения, автоматически, каждая женщина ищет в глазах мужчины поклонения своей красоте, ищет очередную жертву, подготавливает почву для очередной любовной победы. Алла даже и не подумала, откуда может быть этот статный, интересный мужчина. Много их ходило по разным делам по коридорам уголовного розыска, и ни один из них не оставался равнодушным к ее яркой красоте. "И этот такой же кобель!" - подумала она равнодушно. Ей быстро удалось выполнить поручение Юсуфа. И хотя ей казалось, что ее тело все еще находится в объятиях этого страстного дикаря, она думала о том, что он должен заплатить ей за добытые сведения гораздо больше обещанного. "Эти сведения для Юсуфа на вес золота! - решила она. - Вот пусть и платит столько, сколько я скажу". И, довольная собой, она сделала копию докладной Толстухи, в которой он подробно описывал события последних дней, закончившихся бегством Федора Пятницкого с Ольгой в Швейцарию, в Женеву. А Корнилов смотрел ей вслед и думал: "Надо же, какой магнит! Такая может свести с ума, оставшись холодной и равнодушной. Небось вьет веревки из своего мужа!" Встретившись с Толстухой, он прежде всего спросил о ней. - Скажи-ка мне, друг, кто такая здесь работает, рыжеволосая с лицом стервы? - Верно сказал, Корнилов!.. - сразу понял Толстуха, о ком спрашивает его новый приятель. - Чья-то любовница из министерства. Поговаривают, что "засланный казачок-то". Стараются ее ублажать и не трогать. А главное, не загружать работой. Но ты вроде по телефону просил меня узнать о другом? - Встретил ее в коридоре, - пояснил Корнилов. - Шла в машбюро с делом Пятницкого. Вот и заинтересовался. Толстуха насторожился. - И что это, интересно, она делала в машбюро с моим делом? - спросил он озабоченно, как будто сам себя. - Ладно, выясним!