Страница 34 из 42
Хольбрук догадался о том, что случилось, когда увидел, как два человека в масках потащили по палубе неподвижную фигуру, в которой Билл легко узнал дежурного офицера. Вернулся великан и отдал приказ:
- Когда капитан придет в себя, надеть на него кандалы и запереть в каюте! Склад оружия находится на корме. Ключ от него у меня. С прислугой не разговаривать. С пассажирами - тоже.
По лестнице сбежал какой-то человек и, отдав честь, отрапортовал:
- Машинное отделение в наших руках!
- Поставьте стражу на всех палубах! - приказал новый командир. - Потом пройдите к команде и популярно объясните, что произойдет, если она не будет подчиняться нам.
Тем временем Билл, пользуясь общей суматохой, осторожно приблизился к лестнице и, улучив момент, бросился вниз. Здесь еще не было стражи. Вдруг он увидел знакомого стюарда. В нескольких словах рассказав ему о случившемся, Билл попросил:
- Не могли бы вы одолжить мне форменную одежду?
- А капитан знает о том, что произошло?
- Вероятно. Однако сейчас не время задавать вопросы. Если можете помочь мне - действуйте скорее!
Стюард отвел его в одну из свободных кают и дал полный комплект одежды. Билл немедленно переоделся. Затем он взял бритву, сбрил свои густые брови, что резко изменило его внешность, и поспешил в свою каюту. Баллот явно не узнал его в первое мгновение. Билл рассказал о последних событиях.
- Пароход в руках "Сынов Рагузы". Двадцать третья степень действует. Я думаю, что мне удастся перехитрить их, но что будет с вами, Баллот?
- Они не тронут меня. Я вообще думаю, что они никого трогать не станут... Кроме вас...
- Почему - кроме меня? - удивился Хольбрук.
- Так мне кажется... Постарайтесь не выдать себя...
Билл вернулся к стюарду и застал его за разговором с казначеем. Тот тоже не узнал репортера. Пока все шло хорошо...
- Они приказали мне оставаться на месте, - сказал казначей после того, как Хольбрук назвал себя. - А также не посвящать пассажиров в происходящее и вести себя так, будто ничего не случилось.
- Откуда взялись эти люди? - спросил Билл.
- Все они были в составе команды. Но что вы думаете делать, мистер Хольбрук?
- Я останусь стюардом до конца путешествия.
Казначей покачал головой.
- Они узнают вас. Я бы посоветовал сходить к парикмахеру. Он сможет помочь вам...
Парикмахер "Эскуриала" находился в состоянии крайнего возбуждения.
- Боже мой, мистер Хольбрук, что будет с нами, если они пустят пароход ко дну?
- Если они пустят пароход ко дну, то сами утонут. У них, конечно, нет столь идиотских намерений... Теперь послушайте! Мне во что бы то ни стало надо преобразиться так, чтобы меня никто не мог узнать... От этого зависит спасение многих людей... А поэтому давайте сюда все ваши усы и бороды и начинайте действовать!
Парикмахер принялся за дело, и вскоре у Билла выросли густые рыжие брови и усы, а волосы на голове стали того же цвета, что и у Бетти. Парикмахер изменил ему и прическу.
- Лучше не сделали бы и в Лондоне, сэр! - заявил он. - Вам остается только навещать меня каждое утро, и все будет в порядке!
* * *
Случилось так, что стюард Стоунов действительно заболел, так что появление нового стюарда не вызвало никаких подозрений. Стоун, который был все еще слаб, приказал подать завтрак себе и Бетти в каюту. Девушка задала Биллу несколько вопросов о причине отсутствия прежнего стюарда. Было ясно, что она его не узнала. Когда же к концу обеда она передала ему записку для мистера Хольбрука, тот благословил искусство парикмахера.
Однако в полной мере Билл осознал своевременность своего маскарада, когда, очутившись случайно около своей каюты, увидел, как два человека производили в ней тщательный обыск. Постель была сброшена на пол, платяной шкаф открыт.
Один из них сердитым голосом спросил у Билла:
- Куда девался этот Хольбрук?
- Не знаю, сэр. Он не ночевал у себя...
- Не вздумай только проболтаться ему, что его ищут!
- Слушаюсь, сэр...
Билл направился вновь в каюту Стоуна. На ходу он успел набросать записку Бетти. Та прочла ее с большим изумлением.
- Мистер Хольбрук пишет, что мы увидим его не ранее, чем через три дня, - сказала она, передавая записку мистеру Стоуну.
- Что это с ним происходит? - удивился Стоун, прочтя послание. - Надо будет зайти к нему...
- Не делайте этого, сэр, - проговорил Билл высоким фальцетом, - Он сказал, что не хотел бы никого видеть. Он, по-видимому, получил какое-то сообщение...
Стоун и Бетти переглянулись...
Тем временем, Билл вынес на палубу подушку и книгу девушки. По пути ему попался какой-то незнакомый стюард. Он подозрительно посмотрел на молодого человека и спросил:
- Откуда вы взялись?
- Не задавайте глупых вопросов и делайте свое дело!
Билл сознательно говорил резким тоном, чтобы слуга принял его за одного из членов шайки, захватившей "Эскуриал". Так оно и случилось.
Стюард почтительно прикоснулся к своей фуражке.
- Хорошо, сэр. Простите меня, если я был немного резок.
В одиннадцать часов подавали бульон. Клайв Лоубридж с брезгливой гримасой отказался от предложенной ему Биллом чашки, и вездесущий Бенсон принес своему господину стакан сельтерской воды и большой сухарь.
Похолодало. Заметив, что Бетти зябко повела плечами, Билл спустился в каюту за ее меховой накидкой.
Девушка удивленно поблагодарила его и спросила:
- Видели вы мистера Хольбрука?
- Да, мисс, только что встретил его. Полагаю, что он писатель?
Бетти рассмеялась:
- Не требуется особой проницательности, чтобы угадать это! У него всегда пальцы в чернилах!
Билл густо покраснел. К счастью, девушка не заметила его смущения, и он отошел прочь, чтобы рассмотреть свои пальцы.
- Во всяком случае, сейчас на них нет чернил, - сказал он тихо.
Когда Хольбрук вернулся на палубу, знакомый стюард отозвал его и умоляющим голосом произнес:
- Новый капитан требует вторую бутылку виски, и я был бы очень благодарен, если бы вы согласились отнести ее. Я не очень робкий человек, но...
Биллу предстояло последнее испытание, и он решил рискнуть.
Слугам доступ на верхнюю палубу не был запрещен, и молодой человек без труда добрался до капитанского мостика. Сверху на него смотрел человек, которого он хорошо знал. Это был Харвей Хель.