Страница 30 из 103
– Ты имеешь преимущество передо мной, брат, - крикнул Акар, напрасно стараясь заглянуть под низко надвинутый капюшон Рейстлина. - Я не узнаю тебя, а ты, кажется, знаешь меня. Я был бы счастлив восстановить старое знакомство, но, как видишь, сейчас немного занят. Позволь мне закончить с рыцарем, а потом я с удовольствием выслушаю все претензии ко мне!
– Так ты не узнал меня, Акар? - прошелестел мягкий голос. - Ты уверен?
– Ну, если ты снимешь капюшон и дашь мне посмотреть на твое лицо… - протянул Акар, - Только быстрее, у меня мало времени.
– Мое лицо ты не узнаешь, а вот этот предмет - наверняка. - Странный маг поднял руку так, чтобы на нее падал свет Нуитари, и Акар похолодел: в тонкой руке, обтянутой золотистой кожей, висел серебряный кулон с кровавым камнем. Акару был известен этот артефакт, он очень часто видел его на шее своего учителя Фистандантилуса - величайшего из магов Зла. Ходили слухи, что с помощью кулона старик высасывал жизни учеников, вселяясь в их тела, но Акар никогда не верил в эти россказни… до сегодняшнего дня.
– Фистандантилус! - завизжал Акар. Пальцы, шарящие в мешочке, не слушались, парализованный страхом мозг утратил нить заклинания.
Зубчатая белая молния пронзила левую руку Акара, выбив кинжал и отбросив пораженного мага назад. Николас вновь попробовал уползти прочь, на дрожащих руках подтягивая измученное тело и стремясь убраться подальше от призрачного света. Он достиг края лестницы и, не удержавшись, кубарем скатился вниз, его затянутые дымкой смерти глаза отчаянно искали сестру. Николь заметила брата и простерла к нему руки, но магический барьер продолжал разделять их.
Из тьмы долетел приказ:
– Подбери кинжал!
Майкл услышал крик Рейстлина и вспомнил его наставления: «Когда кинжал упадет, подбери его!»
- Как? - возопил он. - Как преодолеть барьер?!
Жрец безуспешно пытался помешать Николь, когда она отчаянно бросалась на магическую преграду. Ее руки уже обгорели и покрылись волдырями, но девушка продолжала атаковать препятствие, вызывая все новые и новые вспышки пламени.
Майкл измученно посмотрел вокруг и вдруг заметил кинжал, блестевший в призрачных лучах около моста. Маг в черных одеждах, который стремился освободить темных жрецов, уже немного пришел в себя от удара молнии и теперь оторопело оглядывался по сторонам. Он был намного ближе к оружию, чем целитель.
– Да ты можешь войти, глупец! - рявкнул Рейстлин и зашелся в сильном кашле - заклинание сильно ослабило его. Он рухнул на колени недалеко от Николь.
У Акара, увидевшего падение врага, загорелись глаза.
Майкл зажал в кулаке темный и безжизненный символ Мишакаль и решительно зашагал вперед, сжав зубы в ожидании страшного удара, который, скорее всего, убьет его. К изумлению целителя, ничего не случилось - барьер расступился. Он рванулся вперед по ступеням и выхватил кинжал из-под самого носа шатающегося Акара. Ледяные пальцы мага лишь скользнули по коже жреца, но Майкл уже отступил, с ужасом глядя в яростные глаза Акара. Но маг еще не мог двигаться быстро - слишком сильным был недавний удар Рейстлина. Целитель пятился вниз по лестнице, не понимая, что делать теперь, но стремясь оказаться как можно дальше от Акара.
У подножия лестницы лежал Николас, и Майкл поразился мужеству израненного молодого человека. Он остановился, опустился на колено и сжал руку рыцаря. Умирающий воин ответил слабой улыбкой:
– Паладайн помог мне!
Внезапный синий свет залил обоих, смыв выражение боли с лица юноши, словно его погрузили в чистый водный поток.
Время остановилось.
Каждый замер в момент своего последнего движения: Николь, бегущая к барьеру, черный маг, тянущийся к потерянному оружию…
Преисполненный благодарности, Майкл поднял глаза к звездному мосту, где, окутанная сиянием, стояла, улыбаясь, его Богиня.
– Мишакаль! - отчаянно взмолился жрец.- Дай мне силы излечить этого человека, преданного слугу Паладайна!
Сияние замерцало, лицо Богини стало печальным.
– Я не имею такой силы здесь. Жизнь рыцаря связана магическим проклятием с кинжалом, что ты, держишь в руке. Только его владелец может решить судьбу, рыцаря и принести ему облегчение…
Майкл, охваченный внезапным отвращением, с ужасом воззрился на клинок.
– Ты не можешь намекать на это, Великая! Я целитель, а не убийца!
– Я ни на что не намекаю. Я говорю, что боль рыцаря может завершиться навсегда. Выбор за тобой. Ты можешь видеть этот мост?
– Да, - с тоской произнес Майкл, глядя на вереницу людей, что поднимались к другим мирам, - я вижу его четко и ясно.
– Это значит, что ты тоже можешь пройти по нему. Отбрось кинжал - беспокойства этого мира больше тебя не касаются…
Майкл посмотрел на Николаса, лежащего неподвижно, с закрытыми глазами, - будто спящего… пока свет Богини омывает его. Как только он исчезнет, ужасное заклинание вновь обретет силу.
Глаза Николь, стремившейся подобраться ближе к брату, словно говорили: «Ты не можешь его исцелить». Чуть дальше стоял Рейстлин, странный маг Ложи Черных Мантий, только что бившийся с собратом, и пристально следам за Майклом блестящими глазами, в которых отражался свет Мишакаль. Он словно все знал и все видел. Кто этот Рейстлин? Какова его цель? Майкл ничего не понимал.
В нем снова зародился гнев. Какова ценность одной человеческой жизни для всех бессмертных Богов? Как они могут ожидать от него правильного поступка, если всю жизнь он брел как слепой, словно в недавнем черном лесу?
– Раз я нахожусь в этом мире, меня касается все! - крикнул Майкл. - Когда, Великая, я приносил тебе клятву, я принял ответственность за мир и людей! И никто не избавит меня от них, пока я жив, даже Бог!
– Но, убив этого человека, Майкл, ты все равно нарушишь клятву!
– Пусть будет так, - резко ответил целитель, берясь за кинжал двумя руками. - Должен ли… должен ли я ударить его?
– Нет, - мягко произнесла Богиня, - просто окуни его в кровь - это разрушит чары.
– И мою клятву? - спросил жрец снова, но не отчаянно, а в глубокой печали. - Я потеряю твое покровительство?