Страница 7 из 117
руля. Искусно маневрируя, он вывел "Колумб" под одним кливером из бухты в
море. Потом матрос поднял парус, и шхуна легко поплыла на восток,
покачиваясь на волнах. Ветер дул легкий; казалось, что он вот-вот утихнет.
Левко возился с мотором, обещая не позднее чем через полтора часа
закончить ремонт.
Вызвездило, и Стах повел "Колумб", руководствуясь звездами и маяком,
огонек которого то загорался, то гас, давая две длинные и три короткие
вспышки с равными промежутками.
Профессор, осторожно обойдя рубку, остановился около дочери и юнги.
Он спросил Марка, давно ли тот плавает на "Колумбе", где еще плавал, кто
он и откуда. Узнав, что юнга - сын смотрителя маяка с Лебединого острова,
Ананьев очень обрадовался. Он знал отца Марка и даже когда-то дружил с
ним. Правда, это было очень давно - в последний раз они встречались лет
двадцать назад, - но все же вспоминать эту встречу профессору было
приятно.
Марко полюбопытствовал, что за бочки везет профессор и почему он так
спешит доставить песок в город. Ананьев с увлечением рассказал:
- Бродя по Лебединому острову, я заинтересовался песчаным холмом и
вскоре обнаружил, что песок с этого холма содержит ценнейшее вещество
торианит. Это меня взволновало. Дело в том, что песок может содержать
различные количества торианита. Чтобы проверить качество этого
торианитового песка, надо произвести специальное лабораторное
исследование. Почему я так спешу вывезти этот песок? В городе, где я живу,
сейчас проездом находится известный ученый - профессор Китаев. Я хочу
показать ему песок и вместе с ним произвести анализ. Завтра Китаев
собирается уехать, а я должен обязательно застать его. Как только приедем
в Лузаны, я сейчас же пошлю ему телеграмму, а сам выеду с первым
пароходом.
Левко тем временем закончил ремонт, и через полчаса мотор затарахтел,
прибавляя ходу шхуне.
Глава V
Р Е Й С В Л У З А Н Ы
Утренняя прохлада давала себя знать, и Люда свернулась калачиком,
закутавшись с головой в одеяло. Она спала на куске старой парусины,
расстеленной на палубе, у стены рубки моториста. Девушке снился неприятный
сон; она проснулась и услышала голоса. "Наверно, уже никто не спит",
подумала Люда и выглянула из-под одеяла. Над нею было ясное, голубое,
прозрачное небо. Она поднялась. На востоке, прямо из моря, высунулась
половина солнца и освещала волны золотисто-багряными лучами.
Солнечные лучи наполняли все окружающее радостью, искрились в глазах.
Команда "Колумба" и профессор Ананьев стояли у левого борта и не
обращали внимания на солнце. Их взгляды привлекало синевато-голубое судно,
плывшее в полумиле от шхуны. Небольшой, с низким бортом, с коротким
полубаком, двумя трубами и маленькими надстройками, корабль смутно
вырисовывался на фоне неба и моря. Казалось, отойди он на милю - полторы
дальше - и его очертания расплывутся в красках морских далей. "Военный
корабль", - догадалась Люда.
- Доброе утро! - приветствовал девушку юнга. - Хочешь посмотреть?
сказал он, протягивая бинокль.
- Доброе утро. Спасибо. Это военный корабль?
- Эсминец "Неутомимый буревестник". Наш знакомый и приятель.
- Приятель?
- В прошлом году он выручил нас в открытом море, когда "Колумб" во
время шторма потерял паруса и остался без горючего.
Эсминец проходил совсем близко. Люда видела на его палубе нескольких
моряков. С капитанского мостика два командира следили в бинокль за шхуной.
Марко поднял над кормой "Колумба" красный флаг, салютуя "Буревестнику".
Оба командира поднесли руки к фуражкам, а потом один из них приветливо
помахал. Рыбаки закричали "ура". Эсминец в ответ на салют вежливо поднял
флаг до половины мачты.
Маленький корабль промчался мимо, оставляя за собою пенный след.
Люда хотела сосчитать, сколько на нем пушек, но, так и не успев этого
сделать, тряхнула головой и, обернувшись к шкиперу, сказала:
- Он немного быстрее идет, чем "Колумб".
- Эге, - усмехнулся Стах, - раз в шесть наверное. Здорово идет!
Теперь маневры. С каким-то поручением спешит.
Шкипер рассказал Люде несколько эпизодов из боевой истории
"Буревестника". Его спустили на воду на второй год первой мировой войны и
сразу же направили на задание. Эсминец ходил в разведку, расставлял мины,
встречался с вражескими кораблями. Однажды он удачно торпедировал крейсер,
выдержал бой сразу против трех миноносцев и вернулся неповрежденным.
Дважды подводные лодки выпускали по "Неутомимому" торпеды, и оба раза он,
искусно маневрируя, уклонялся от удара. Полтора года счастливо плавал
"Неутомимый". Но как-то он наскочил на мину. Сильным взрывом у эсминца
оторвало корму. Часть команды погибла, главные машины остановились,
электричество погасло. В корабль хлынула вода. Действовали только помпы, и
все, кто остался в живых, взялись за дело. Началась напряженная борьба с
водой. Если бы помпы вышли из строя хоть на двадцать минут, "Неутомимый"
пошел бы на дно. По радио просили помощи. Наутро пришли два миноносца и
взяли изувеченный корабль на буксир.
К вечеру их заметили с вражеских самолетов. Вокруг падали бомбы. Оба
миноносца отцепили буксирные тросы, оставили утопающий корабль на произвол
судьбы и бросились врассыпную.
Одна бомба упала на палубу "Неутомимого" около капитанского мостика.
Осколками были убиты командир, его помощник и несколько матросов.
Командование миноносцем принял молодой машинист.
Всю следующую ночь команда ни на минуту не прекращала борьбы с водою.
И все же вода прибывала. К утру корабль почти по палубу сидел в воде.
Берега виднелись совсем близко. Днем подошел мощный буксир и отвел
"Неутомимого" в порт. Миноносец поставили на капитальный ремонт, команду
разослали по другим кораблям. Из ремонта "Неутомимый" вышел только после
гражданской войны. Корму ему приклепали от другого эсминца
"Буревестника". ("Буревестник" тоже погиб на минах, и от него осталась