Страница 28 из 39
- Могут убрать?
- Без всякого сомнения. Учти, если у меня одно дельце не выгорит, Денис - последняя ниточка.
- По твоему знаку я отлавливаю Дениса, привожу сюда и потрошу, уточнил свое задание Казарян. - Так? Может, еще и Миню потрясти?
- Если понадобится. Он тоже на несколько концов выходит, которые ой как нам нужны. Но его хрен зацепишь, молчать будет до упора. Хотя со временем должен заговорить.
- У меня и сегодня заговорит, - заверил Казарян. - Все? Тогда я минут двадцать придавлю.
Казарян имел свойство в любом положении спать малыми дозами. И после таких кратковременных сеансов был свеж, как роза под дождем. Казарян спал на диване, а Смирнов дремал в кремле, когда вернулся Алик.
- Подъем! - садистски заорал он.
Казарян тотчас, но не открывая глаз, сел на диване, двумя руками пригладил жесткую свою армянскую шевелюру. Смирнов тяжело, как Вий, поднял веки и спросил:
- Там что - уже милиция приехала?
- Ага, - весело подтвердил Алик.
- Значит, сейчас Махов заявится. - Смирнов резко встал.
Алик ахнул:
- Откуда такие портки, Саня?
- О портках после. Не позднее четырех ты поставишь "Ниву" во дворе дома в начале Фрунзенской набережной, где гастроном. Ты его знаешь, что через дом от "Фитиля". Можешь меня ждать, можешь машину оставить, у меня же дубликаты ключей есть. Понятно?
- От милиции оторваться хочешь?
- От всех, - ответил Смирнов и, услышав звонок во входную дверь, заметил: - Вовремя поговорили.
Вошел Махов, сказал:
- Здравствуйте, Александр Иванович, рабочие прибыли и сейчас приступят.
В "Привале странников" было как в шахтерском забое лет шестьдесят тому назад. Отбойные молотки колотили, как крупнокалиберные пулеметы, поднималась тучей снизу непрозрачная пыль, и жарко стало, как в преисподней.
- Вы бы водичкой побрызгали, стахановцы, - не пределе прокричал Смирнов. Чтобы его услышать, трое рабочих выключили молотки. Смирнов повторил: - Вы бы водичкой побрызгали.
- А что - мысль, - обрадовался возможности прерваться старший. Витек, сбегай-ка к дворнику, шланг принеси, а мы перекурим пока.
Рабочий по имени Витек не спеша удалился. Махов спросил у старшего:
- На сколько времени вам эта работа?
- Если скол оттаскивать поможете, то часа на полтора-два.
- Поможем. Только вы уж, пожалуйста, побыстрее.
- А что ищете-то?
- Клад, - встрял в разговор Смирнов, зная, чем поддержать энтузиазм тружеников коммунального хозяйства.
- Гляди ты! - обрадовался старший. - А большой?
- Отроете - посмотрим.
Витек протянул шланг от скверика, от садового крана и включил его. Тонкая струя зашевелилась и выпустила струю. Старший подхватил струю и, поприжав большим пальцем дырку, водяным веером прошелся по помещению. Пыль стала оседать.
- Ну, дедок, ну, молодец! - имея в виду Смирнова, радовался старший.
- Вы бетон почаще смачивайте, - посоветовал на прощанье Смирнов. И Махову: - Выйдем, Леонид.
Вышли. Махов глазами отыскал бьющих баклуши оперативников и приказал:
- Вы там рабочим помогите осколки оттаскивать.
Оперативники послушно, но без радости отправились в здание. Смирнов и Махов устроились в скверике.
- Леонид, ты списки, о которых я просил, принес?
- Вот они. - Махов достал из кармана бумаги. Смирнов взял бумаги и, не заглядывая в них, невинно поинтересовался:
- Списки ты составлял по телефонной справке управления?
- По-прежнему держите меня за лоха. Нет, Александр Иванович, это копии ежегодных официальных актов.
- Я посмотрю? - из вежливости спросил разрешение Смирнов и, не ожидая маховского ответа, стал листать бумаги. Потом изучать. Потом попросил у Махова ручку и отметил важное для себя жирными галочками на полях.
- Что вы отметили, Александр Иванович? - спросил Махов, принимая возвращенные Смирновым бумаги. Принял, сложил вдвое, сунул в карман.
- После скажу, - Смирнов откинулся на скамейке. - Позагораем, Леонид?
Подошли Алик с Казаряном, уселись рядом.
- Ну как там? - задал постоянный свой вопрос Алик.
- Долбают, - дал исчерпывающую информацию Смирнов.
Дожидаясь, уныло сидели, перебрехиваясь ни о чем. Через полчаса Алик ушел. Через час, наверное, из "Привала" выскочил один из оперативников и закричал:
- Товарищ капитан! Рабочие вас зовут!
- Пойдемте, Александр Иванович, - пригласил Махов, и они пошли. Казарян - следом.
- Что у вас? - спросил Махов, с солнца плохо видя в помещении.
- До какого-то покрытия дошли, начальник, - доложил старший. Махов спрыгнул в глубокую, в человеческий рост, яму и там нагнулся.
- Пластик какой-то, в кирпичную кладку разрисованный, - сообщил он наверх.
- Понятно. Облицовку со стены сорвали, - вспомнил старинный кирпич Смирнов. - Пусть отбивают до края, чтобы отогнуть можно было.
Махов выбрался из ямы, а в ней по-новому загрохотали отбойные молотки и грохотали еще минут десять. Умолкли разом, и голос старшего возвестил:
- Край, начальники!
Махов опять прыгнул в яму и оттуда потребовал:
- Нож!
Один из оперативников кинул вниз финку в футляре. Там, внизу, Махов надрезал в двух местах пластик и попросил рабочих:
- Потяните-ка, братцы.
Рванули. Оторвали и стали загибать кусок метра в полтора. Загнули и увидели деформированный мужской труп в лиловом шелковом костюме и руку второго, еще не освобожденного от пластика и бетона трупа.
- Всем наверх, - приказал Махов. Вылезли рабочие. Вылез и сам Махов. Спросил у Смирнова:
- Как решим, Александр Иванович! Продолжать раскалывать или подождать?
Не отвечая ему, Смирнов присел на корточки у края ямы - получше хотел рассмотреть, что там. Рассмотрел. Крикнул:
- Роман!
Подошел Роман, присел рядом, присвистнул и догадался:
- Привал странников.
- Теперь тебе все ясно? - спросил Смирнов и посмотрел в глаза.
- Абсолютно! - заверил Казарян, хлопнул себя по коленям и поднялся с корточек. - Это зрелище не для меня. Я пошел, Саня. А вы уж тут без меня шуруйте.
Махов проводил Казаряна взглядом и повторил вопрос:
- Ну как, Александр Иванович?
- Сделай десятиминутный перерыв, Леонид. Только пусть рабочие и оперативники здесь останутся. Через десять минут продолжите. А сейчас у меня к тебе разговор есть. Выйдем.
А на улице - полный ажур. Солнышко светит, малые дети резвятся, очередь к винному отделу стоит. Да и Смирнов с Маховым имели вполне соответствующий вид - прогуливались.
- Дай-ка мне твои бумаги еще раз, - попросил Смирнов. Махов отдал бумаги. - Смотри, кого я тут из покойников отметил. Одиннадцать подпольных миллионеров-цеховиков. Не скажу, что все одиннадцать, но шесть-семь из них лежит у тебя в подвале.
- Понятно, почему вы опасались переговоров с лагерным управлением, мгновенно сориентировался догадливый Махов. - Глотов, которым вы интересовались, по всей видимости, живой?
- Глотов был живым до прошлой субботы, - сказал Смирнов.
- Не понял, Александр Иванович.
- Потом объясню. А пока продолжай долбать подвал. Отроешь всех и открывай новое дело. Можешь особо не торопиться. - Смирнов глянул на часы. - Ого! Уже шестой. А мне в юридическую консультацию на Третьей Фрунзенской до шести надо быть. Леня, помни, вы еще ничего не нашли.
- Вас отвезут туда и обратно, - заверил Махов и, подойдя к дверям "Привала", крикнул: - Демидов!
Явился Демидов, осмотрел себя, отряхнулся слегка и сказал:
- Слушаю, Леонид.
- Будешь сопровождать Александра Ивановича.
По мановению маховской руки подъехала "Волга". Смирнов с Демидовым уселись в служебную машину и тронулись в путь по набережной. Проехали под Крымским мостом, проехали "Фитиль", и вдруг Смирнов хлопнул себя по лбу:
- Э, черт! Прибейся тут, - сказал он водителю, и тот притормозил. Совсем забыл, что папиросы кончились. Я на минуту в магазин.