Страница 143 из 253
— Даже думать не хочу, что могло бы случиться, если бы не ты, Гарри, — сказала она сдавленным голосом. — Артура могли не найти вовремя, и было бы слишком поздно! Но, спасибо тебе, он жив, к тому же Думбльдор успел придумать хорошее объяснение, почему Артур был... там, где он был. А иначе ты даже не представляешь, в какую беду он мог бы попасть! Взять хоть бедного Стуржиса...
Гарри было очень нелегко выслушивать эти тёплые слова, но, к счастью, скоро она его отпустила, повернулась к Сириусу и принялась благодарить за то, что он присмотрел за детьми. Сириус сказал, что был рад оказаться полезен, и выразил надежду, что, пока мистер Уэсли в больнице, все они поживут у него.
— О, Сириус, я так тебе благодарна... Видимо, ему придётся некоторое время там полежать, и будет просто чудесно находиться поближе... Что ж, стало быть, Рождество мы встречаем здесь.
— Вместе веселее! — Сириус воскликнул это так искренне, что миссис Уэсли просияла, надела фартук и принялась помогать с завтраком.
— Сириус, — тихонько сказал Гарри, не в силах больше терпеть. — Можно тебя на пару слов?... Сейчас?
Гарри увёл Сириуса в тёмную кладовую и там, без всяких преамбул, в подробностях поведал крёстному о видении — в частности, о том, что змеёй, напавшей на мистера Уэсли, был он, Гарри.
Стоило Гарри на секунду замолчать, чтобы перевести дыхание, как Сириус спросил:
— А Думбльдору ты рассказал?
— Да, — сердито бросил Гарри, — но он не объяснил, что всё это значит. Впрочем, он теперь со мной вообще не разговаривает.
— Уверен, если бы было что-то серьёзное, он бы сказал, — размеренно проговорил Сириус.
— Но это ещё не всё, — еле слышно, почти шёпотом, продолжил Гарри. — Сириус, я... По-моему, я схожу с ума. Там, в кабинете Думбльдора, прямо перед тем, как мы улетели на портшлюсе, мне... пару секунд казалось, что я — змея. Я чувствовал себя как змея... а когда я посмотрел на Думбльдора, шрам очень-очень сильно заболел... Сириус, я хотел броситься на него!
Гарри была видна лишь небольшая часть лица Сириуса; остальное скрывалось в тени.
— Думаю, это последействие сна, ничего больше, — сказал Сириус. — Ты продолжал о нём думать, вот и...
— Нет, это было что-то другое, — покачал головой Гарри, — во мне поднялось что-то такое страшное, внутри меня будто бы находилась змея!
— Тебе надо поспать, — решительно объявил Сириус. — Сейчас ты поешь, а потом пойдёшь наверх и ляжешь в постель, а после обеда мы вместе со всеми пойдём навестить Артура. У тебя шок, Гарри; ты винишь себя за то, чему был всего лишь свидетелем, — и очень, кстати, хорошо, что был, иначе Артур мог бы погибнуть. Так что перестань нервничать.
Он легонько пожал плечо крестника и вышел из кладовой, оставив Гарри неподвижно стоять в темноте.
***
Первую половину дня все, кроме Гарри, спали. Он вместе с Роном поднялся в ту комнату, где они жили летом, и Рон уснул, едва оказавшись в кровати. Гарри сидел одетый, привалясь к холодным металлическим прутьям изголовья. Чтобы не задремать, он намеренно принял неудобную позу — вдруг он снова обернётся змеёй и нападёт, например, на Рона? Или на кого-то ещё...
Наконец Рон проснулся. Гарри притворился бодрым, будто бы тоже поспал. Пока они обедали, из «Хогварца» доставили их сундуки, а с ними и мугловую одежду, необходимую для визита в больницу св. Лоскута. Все, кроме Гарри, пребывали в радостном возбуждении и, переодеваясь в джинсы и толстовки, безудержно болтали. Скоро в доме появились Бомс и Шизоглаз, которые должны были сопровождать детей и миссис Уэсли в поездке. Их весело приветствовали, откровенно потешаясь над котелком Шизоглаза, надетым набекрень и скрывавшим волшебный глаз. По всеобщему убеждению, в метро котелок должен был привлечь гораздо больше внимания, чем короткие ярко-розовые волосы Бомс.
В поезде, который, громыхая на ходу, вёз всю их компанию в центр Лондона, Бомс, сидевшая рядом с Гарри, проявила чрезвычайный интерес к его видению — хотя ему меньше всего на свете хотелось это обсуждать.
— У тебя в семье провидцев не было? — полюбопытствовала Бомс.
— Нет, — отозвался Гарри. Он сразу вспомнил Трелани и оскорбился.
— Нет, — задумчиво повторила Бомс, — нет. Впрочем, как я понимаю, это же не пророчество? Я хочу сказать, ты же видишь не будущее, а настоящее... странно, да? Зато полезно...
Гарри промолчал. К счастью, на следующей остановке они вышли, и, пользуясь толкотнёй, Гарри пропустил вперёд близнецов, с тем, чтобы те оказались между ним и Бомс, которая шла первой. Следуя за ней, все вошли на эскалатор. Хмури, замыкающий, клацал по полу деревянной ногой. Котелок был низко надвинут на глаза, а узловатая рука просунута между пуговицами плаща — Хмури крепко держался за волшебную палочку. Гарри постоянно чувствовал на себе взгляд волшебного глаза и, в надежде избежать расспросов о видении, поинтересовался у Шизоглаза, где находится больница св. Лоскута.
— Отсюда недалеко, — пророкотал Хмури. Они вышли из метро на широкую улицу, вдохнули морозный воздух. Кругом — сплошные магазины, толпы людей, снующих туда-сюда в поисках рождественских подарков. Шизоглаз чуть подтолкнул Гарри вперёд и зашагал, едва не наступая ему на пятки; Гарри знал, что волшебный глаз под котелком бешено вертится во всех направлениях. — Не так-то легко было найти подходящее место для больницы. На Диагон-аллее нет больших участков под строительство, да и под землю, как министерство, больницу не запихнёшь — запрещено санитарными нормами. В конце концов удалось заполучить здание в этом районе. Вроде как сюда больным колдунам удобно незаметно приходить (да и уходить тоже) — смешался с толпой и порядок.
Он схватил Гарри за плечо, чтобы их не разделила кучка людей, которые шли, не видя перед собой ничего, кроме магазина электротоваров неподалёку.
— Вот мы и на месте, — минуту спустя объявил Хмури.
Они стояли перед большим старым зданием из красного кирпича, где располагался магазин под названием «Отто Драт & Заблес Тид Лтд». Здание имело унылый, заброшенный вид. В витринах были кое-как расставленны несколько щербатых манекенов в перекошенных париках, одетых по моде десятилетней давности. На покрытых вековой пылью дверях висели одинаковые большие вывески: «РЕМОНТ». Гарри вдруг ясно услышал, как какая-то крупная дама, увешанная многочисленными пакетами, сказала подруге: