Страница 102 из 253
Старик полез куда-то вниз, вытащил три запылённых, невероятно грязных бутылки и шваркнул ими о прилавок.
— Шесть сиклей, — объявил он.
— Я заплачу, — сказал Гарри и торопливо передал деньги. Бармен смерил Гарри взглядом, и его глаза на долю секунды задержались на шраме. Затем, отвернувшись, он убрал деньги в старинную деревянную кассу, ящичек которой при приближении монет открылся автоматически. Гарри, Рон и Гермиона прошли к самому дальнему столику, сели и стали осматриваться. Человек в грязных серых бинтах постучал костяшками пальцев по прилавку и немедленно получил от бармена ещё один дымящийся кубок.
— Знаете что? — Рон вдохновенно поглядел в сторону бара. — Здесь мы можем заказать всё что хотим. Этот тип продаст нам что угодно, ему явно всё до лампочки. Я всегда хотел попробовать огневиски...
— Ты — же — староста! — грозно отчеканила Гермиона.
— А, — радостная улыбка сошла с лица Рона, — да... Конечно.
— Так кто, вы сказали, придёт на занятие? — спросил Гарри, с усилием открыв пробку и сделав глоток.
— Так, пара людей, — небрежно сказала Гермиона, проверяя часы и беспокойно поглядывая на дверь. — Я сказала, чтобы они приходили примерно в это время... Уверена, они все знают, где находится «Башка борова»... А, смотрите, вот, кажется, и они.
Дверь паба отворилась. На мгновение широкая, пыльная полоса солнечного света разделила помещение надвое — и сразу же исчезла, поскольку дверной проём перегородила толпа входящего народа.
Первыми вошли Невилль, Дин и Лаванда. Следом — Парватти и Падма Патил, а вместе с ними (у Гарри ёкнуло сердце) Чу в сопровождении одной из её вечно хохочущих подружек. Следом (отдельно от остальных и с таким мечтательным видом, будто она пришла сюда по ошибке) — Луна Лавгуд. Затем — Кэтти Белл, Алисия Спиннет, Ангелина Джонсон, Колин и Деннис Криви, Эрни Макмиллан, Джастин Финч-Флетчи, Ханна Эббот и девочка из «Хуффльпуффа» с длинной толстой косой, имени которой Гарри не знал, три мальчика из «Равенкло» (их, вроде бы, звали Энтони Голдштейн, Майкл Корнер и Терри Бут), Джинни и, по пятам за ней, высокий тощий светловолосый парнишка со вздёрнутым носом, кажется, член квидишной команды «Хуффльпуфф». Замыкали шествие близнецы Уэсли и их друг Ли Джордан. Они несли в руках большие бумажные пакеты, доверху набитые хохмазинными товарами.
— Пара людей? — повернулся к Гермионе Гарри. От волнения он охрип. — Пара людей?
— Я и сама не ожидала, что моя идея получит такую поддержку, — счастливо воскликнула Гермиона. — Рон, ты не принесёшь ещё стульев?
Бармен, протиравший стакан тряпкой, — такой грязной, словно её никогда-никогда не стирали, — замер; возможно, в его заведении никогда ещё не было столько посетителей.
— Салют, — сказал Фред, первым подходя к стойке и быстро пересчитывая своих товарищей, — будьте добры... двадцать пять усладэлей, пожалуйста.
Бармен смерил Фреда негодующим взглядом, а затем, раздражённо бросив тряпку, словно его оторвали от очень важного дела, начал доставать из-под прилавка пыльные бутылки.
— Пейте на здоровье, — говорил Фред, передавая бутылки вошедшей вместе с ним толпе. — Ну-ка, детишки, скинулись, я не такой богач, чтобы за всё это заплатить...
Гарри оторопело смотрел, как вся эта весело переговаривающаяся братия берёт у Фреда напитки и роется в карманах в поисках мелкой монеты. Он и помыслить не мог, что сюда придёт столько народу! Тут вдруг его посетила кошмарная мысль, что от него, наверное, ждут какой-то речи. Он в ужасе повернулся к Гермионе.
— Что ты им сказала? — уголком рта спросил он. — Чего они от меня ждут?
— Я же говорила, они просто хотят тебя послушать, — успокоительно проговорила Гермиона, но Гарри смотрел на неё с такой яростью, что она тут же добавила: — можешь пока ничего не говорить, я сама скажу вступительное слово.
— Привет, Гарри, — поздоровался излучающий радость Невилль и уселся напротив.
Гарри слабо улыбнулся в ответ, но сказать ничего не смог — рот пересох от волнения. Чу молча улыбнулась ему и села справа от Рона, а её подруга, девочка с рыжевато-золотистыми волосами, посмотрела на Гарри хмуро и в высшей степени недоверчиво. Было ясно, что по своей воле она ни за что сюда бы не пришла.
Явившиеся в паб ребята подходили по двое или по трое и рассаживались вокруг Гарри, Рона и Гермионы. Некоторые были сильно взволнованы, на лицах других выражалось любопытство. Луна Лавгуд мечтательно глядела в пространство. Наконец, все подтащили к столу стулья, уселись, и гомон стих. Все глаза уставились на Гарри.
— Кх-м, — начала Гермиона. Она нервничала, и голос её был выше обычного. — Э-э... м-м... здравствуйте.
Ребята переключили внимание на неё, но продолжали то и дело метать на Гарри быстрые взгляды.
— Вы все... э-э... знаете, зачем мы здесь собрались. Э-э... В общем, у Гарри родилась мысль, — Гарри пронзительно на неё посмотрел, — точнее, у меня родилась мысль... что было бы неплохо, если бы те, кто хочет изучать защиту от сил зла... Я имею в виду, настоящую защиту, а не то, чем мы занимаемся с Кхембридж, — голос Гермионы неожиданно окреп и стал значительно увереннее, — потому что это не защита от сил зла, а полная ерунда («Слышали, слышали?» — обратился к собравшимся Энтони Гольдштейн. У Гермионы сделался чрезвычайно довольный вид.) — Короче говоря, я подумала, что мы должны взять дело в свои руки.
Она сделала паузу, искоса поглядела на Гарри и продолжила:
— Под этим я подразумеваю самостоятельное обучение методам самозащиты, не в теории, а на практике...
— Думаю, ты, помимо всего прочего, хочешь ещё и получить С.О.В.У. по защите от сил зла? — перебил Майкл Корнер, сверля Гермиону взглядом.
— Конечно, — сразу ответила Гермиона. — Но я, кроме того, действительно хочу научиться защищаться от сил зла, теперь... теперь... — она сделала глубокий вдох и решительно закончила: — когда Вольдеморт возродился.
Реакция собрания была незамедлительной и вполне предсказуемой. Подруга Чу вскрикнула и пролила на себя усладэль, Терри Бут непроизвольно скривился, Падма Патил содрогнулась, а Невилль как-то странно икнул, сумев, впрочем, сделать вид, что поперхнулся. При этом все, не отрывая глаз и с большим энтузиазмом, смотрели на Гарри.