Страница 77 из 81
В конце прошлого века Е. Евтушенко издал роман «Не умирай прежде смерти». Вот небольшой отрывок из книги, в котором один из героев романа, следователь Пальчиков, встречается с Ельциным:
«– Ну, что случилось? – спросил Президент. – Воруют?
– Берут больше, чем воруют, – сказал Пальчиков. – Но дело не в том, что берут, а в том, кто берет.
– И кто же?
Пальчиков назвал два имени. Тех, за кого голосовал народ... Тех, кто еще недавно, в августе, стоял на балконе российского парламента, как герои победившей демократии...
– Доказательства есть?
– Неопровержимые.
– Процесс коррумпированных демократов... Понимаешь, какой это будет подарок тем, кто хочет опять загнать нас в ГУЛАГ?
– Понимаю, – ответил Пальчиков. – Но если молчать, тогда какая же это будет демократия?..»
Под мрачным взглядом дул
безвинно гибнут детства
за ельцинскую дурь
и Пашки-«Мерседеса».
Е. Евтушенко
«При социалистическом устройстве необходимы распределители. Откуда возьмут таких людей, которые без злоупотреблений устроят посредством насилия справедливый строй?
Если бы случилось то, что предсказывает Маркс, то случилось бы только то, что деспотизм переместился бы, то властвовали капиталисты, а то будут властвовать распорядители рабочих.
Власть... не может как-то перескочить не только к рабочим, но и к неошибающимся, самоотверженным, святым рабочим, которые поведут дело уже без ошибки».
Л. Толстой
«Мы жили и сейчас еще живем лишь для того, чтобы преподать какой-то великий урок отдаленным потомкам, которые поймут его; пока, что бы там ни говорили, мы составляем пробел в порядке разумного существования».
П. Чаадаев
Америка и Россия: дорога в никуда?
(вместо послесловия)
Историкам остается только констатировать, что большевистский курс на мировую революцию привел в конце концов КПСС к самоубийству, а Советский Союз – к распаду. То, что веками подразумевалось под Россией, ополовинили. Что же дальше? Какой теперь выбирать курс? Как ни парадоксально это выглядит, – снова международный. Слепленная из двух половин, Европы и Азии, Россия не может замкнуться в себе, отгородиться ото всех. Для нее это будет так же губительно, как и стремление к мировому господству в недалеком прошлом.
В свое время утверждали, что мир покоится на трех китах. Я бы перефразировал эту мысль так: не на трех, а на двух. Киты эти – Америка и Россия. Да, Россия, даже в своем теперешнем состоянии. Только от них, от их взаимоотношений главным, решающим образом зависит ответ на самый животрепещущий вопрос современности: быть или не быть? Эволюция вплотную подвела человечество к роковой черте, сегодня мы в состоянии сами уничтожить жизнь на нашей планете. Пока американо-российские отношения, по большому счету (при наличии постоянной ядерной угрозы), никуда не годятся, пока мы плохо понимаем друг друга, весь мир продолжает находиться в смертельной опасности, ибо он перестанет существовать при взаимном уничтожении обоих ядерных китов. Нужно искать пути вначале к взаимопониманию, затем – к сосуществованию.
Атака исламских пилотов-самоубийц на Нью-Йорк и Вашингтон лишний раз напомнила нам, что сотрудничество между США и Россией неизбежно. Только сообща мы сможем одолеть исламский террор, принявший международный характер. Сегодня он угрожает миру не меньше, чем коммунистическая экспансия, развернувшаяся после 1917 года и бесславно завершившаяся после распада СССР. Исламские посягательства на мировое господство будут, пожалуй, пострашней. Ведь за ними стоят немыслимые средства – нефтедоллары и массовый фанатизм. Мало этого. Вспомним, что о «руке Москвы» на Западе кричали десятилетиями, никого не боясь и ничего не стесняясь. А вот о «руке» арабских шейхов кричать побаиваются. Слишком сложно переплелись деловые интересы Запада и Востока. Только чудовищный террористический акт 11 сентября 2001 года заставил Запад вздрогнуть и задуматься. И то не сразу. Лишь в августе 2002 года одна из самих влиятельных американских газет, «Вашингтон пост», опубликовала выдержки из адресованного Пентагону доклада, в котором Саудовская Аравия была названа «врагом США» и «спонсором терроризма». Доклад был подготовлен ведущей в США аналитической корпорацией «Рэнд». В нем предлагалось даже «нанести удар» по финансовым и нефтяным ресурсам Саудовской Аравии. Стоит вспомнить, что большинство напавших на Нью-Йорк и Вашингтон террористов были гражданами именно этой страны.
В конце 40-х годов прошлого века, вскоре после демобилизации, я начал свой путь журналиста и, разумеется, не мог предполагать, что он в скором времени выведет меня на самый главный международный политический рубеж – на советско-американские отношения. Сам к этому не стремился, даже не думал об этом, но потом ни разу не пожалел о таком повороте судьбы.
Во время Великой Отечественной войны появились разные неведомые у нас раньше организации, так называемые общественные объединения: Женский комитет, Славянский комитет, Молодежный, Еврейский... Все они в своем полном названии имели четкое определение: Антифашистский комитет, ведь война велась с немецким фашизмом. По сути же своей они были, разумеется, не общественными, а государственными организациями, на казенном бюджете. Я начал свою профессиональную карьеру в отделе печати Антифашистского комитета советской молодежи (АКСМ); позднее, уже в 50-е годы, он стал называться иначе: Комитет молодежных организаций СССР. По сути его можно было бы назвать молодежным филиалом широко известного Всесоюзного общества дружбы с зарубежными странами. Я стал в АКСМ редактором в отделе печати, организовывал, редактировал и сам писал статьи и очерки для нашей и зарубежной молодежной прессы. До этого я в течение года был внештатным автором при этом отделе, много писал на разные темы, то есть начинал, как и положено, с того, что был репортером.
Так я проработал год, два, три... Стал так называемым журналистом-международником, но ни в какие заграницы не выезжал, хотя постоянно, как тогда говорили, общался (официально!) с иностранцами в силу специфики своей работы. В то время так называемых «выездных» (то есть допущенных к выездам за границу по роду работы) было гораздо меньше, чем рыжих, и не знаю, как сложилась бы дальше моя жизнь, если бы страну не потрясли два события подряд: смерть Сталина в 1953 году и XX съезд партии в 1956 году, на котором Хрущев начал разоблачение сталинских преступлений, что затем привело к «оттепели» 60-х годов и к событиям 80-х годов, названных «перестройкой».
«Железный занавес», наглухо отгородивший нашу страну от всего мира, начал давать трещины, появились возможности проникать через него. Одной из первых таких возможностей я и воспользовался: поехал в специализированную журналистскую поездку в Италию, причем она считалась туристической, за свой счет (тогда это стоило сравнительно недорого). Это случилось вскоре после XX съезда партии, в 1956 году. Так я стал «выездным».
Впечатлений от той поездки хватило на несколько очерков, потом из них даже сложилась небольшая книжечка. Меня стали посылать в журналистские командировки за границу. Работа в АКСМ, а затем в молодежной прессе позволила мне познакомиться с руководителями тогдашнего комсомола Н. Михайловым, А. Шелепиным, В. Семичастным. Первый был типичнейшим монстром сталинской эпохи, а Шелепин с Семичастным были уже людьми совсем иного склада.
Вскоре после публикации моих итальянских очерков меня пригласил к себе Шелепин, он был тогда первым секретарем ЦК комсомола, сменив на этом, очень заметном в то время, посту Михайлова. Он и сидел в том же кабинете, который раньше занимал Михайлов и в котором мне приходилось не раз бывать по разным журналистским делам. Шелепин предложил мне поехать на месяц в Китай с группой молодых зарубежных журналистов из нескольких стран, мне предстояло быть в этой группе единственным от стран так называемого социалистического лагеря. Признаюсь, что меня это обстоятельство только порадовало.