Страница 18 из 47
9
Дафна возмутилась:
– Я не убивала Бена! Полиция...
– Полиция, – усмехнулась Гертруда, – уже не верит в то, что здесь вообще был вор. Сама я ни на миг не заблуждалась на сей счет. Ни на миг, потому что вспомнила, как слышала в комнате Бена чьи-то шаги, причем гораздо позже, чем его не стало. Полагаю, это сделал Деннис. Или ты, но, скорее всего, все же Деннис.
– Все это неправда, – услышала Дафна собственный голос, лихорадочно при этом размышляя, не пришел ли Бен в домик садовника, чтобы помешать ее побегу?
– В самом деле? – язвительно переспросила Гертруда. – Что бы ты не утверждала, это гроша ломаного не стоит. Я знаю, что я знаю. Вопрос: "Почему?" становится неинтересен.
– Роули про это уже знает?
– Роули будет делать то, что я скажу. И это все, Дафна. Ты умная девушка и должна понять: дело есть дело. Полиция ищет убийцу Бена Брюера. Убийцу, – медленно повторила Гертруда. – Но, разумеется, я не стану рассказывать им все, что знаю.
Тут в комнату вошла Амелия.
– Ах, Дафна, я тебя искала. Дом просто кишит полицейскими... Она нагнулась к Дафне и легко, словно слабый ветерок, коснулась губами ее щеки. Однако это должно было считаться поцелуем.
– Мне очень жаль, что все так вышло. Крайне досадно. А что тебе известно, Гертруда? И о чем вы тут беседовали?
Вопрос был задан очень спокойно, но при этих словах Амелия повернулась и взглянула Гертруде в глаза.
Гертруда покраснела и быстро заморгала.
– Насчет убийства.
– Про смерть Бена, – поправила ее Амелия, причем так мягко, что слово "убийство" сразу же утратило свой отвратительный и страшный смысл.
Но Гертруда продолжала упорствовать.
– Мы говорили про убийство Бена, и еще про будущий брак Роули с Дафной, – упрямо повторила она и так же упрямо в упор уставилась на Амелию.
После короткой паузы вмешалась Дафна:
– Нет, нет, тетя Амелия, все не так – но тут она запнулась и умолкла.
Амелия с Гертрудой смотрели друг друга, не говоря ни слова: Амелия – нежно, ласково и понимающе, Гертруда – с вызывающей миной на раскрасневшемся лице. Затем Амелия маленькой прелестной ручкой коснулась мясистой руки Гертруды. От этого прикосновения Гертруда вздрогнула, лицо ее залила странная истома, и, затаив дыхание, она прошептала:
– Амелия...
Амелия остановила ее так мягко, что это не было похоже на укор.
– Пожалуй, о замужестве Дафны нам лучше побеседовать позднее. Ты не находишь, что сейчас обсуждать эту тему не слишком пристойно?
Амелия ласково улыбнулась и взяла Дафну за руку.
– Все мы сейчас оказались в сложном положении. Я совершенно уверена, что полиция не верит в попытку кражи. Уж слишком много задают они вопросов.
Затем она добавила:
– Давайте поднимемся наверх.
Слишком много вопросов?
Телефон трезвонил непрерывно. Люди шли и шли. Автомобили молниеносно прибывали и исчезали вновь.
Гертруда без тени смущения возразила:
– Никто даже не знает, о чем они говорят. Я поинтересовалась было, но они только улыбались, и все. Однако, как я слышала, их интересовали самолеты.
– Самолеты? – переспросил Джонни, бренча ключами в кармане.
– Кто-то говорил про одиннадцатичасовой рейс...
– И все?
– Ну да, – согласилась Гертруда. – И что, мы ничего не можем сделать, Джонни? Они заполнили весь дом, копаются везде, где только можно.
Джонни выглянул в окно.
– Боюсь, что ничего, Гертруда.
В половине второго Лейн с Мэгги сервировали стол в старом зале для игр на первом этаже, где семейство имело обыкновение собираться вместе.
– Хотела бы я знать, почему так долго держат Денниса, – заметила Гертруда. – Он там уже больше часа.
– Вероятно, всех нас выстроят в очередь, – вслух прикинул Роули. – Если ты знаешь какие-то тайны, обдумывай заранее, как их скрыть.
Амелия немедленно отреагировала:
– Роули!
Подождав, пока он оглянется, она сдержанно заметила:
– Полагаю, эта тема – не предмет для шуток!
Лицо Роули пошло пятнами. Неожиданно Гертруда вспыхнула и громко заявила:
– Джонни, если ты не прекратишь звякать побрякушками в карманах, я закричу.
Дафна не видела Денниса с тех пор, как покинула библиотеку. Почему его так долго держат?
Она спрашивала себя, знал ли Роули о планах матери. О невероятном, но в деталях точном плане.
В дверях показалась Мэгги и взволнованно произнесла:
– Эти люди... эти люди... из полиции, мисс Амелия... слушайте, они роются в вашем письменном столе. Открыли все ящики и бумаги вывалили на пол!
– Я ничего не могу поделать, Мэгги, – сдержанно вздохнула Амелия. – Это наш долг.
– Ладно, мисс, – потупилась Мэгги и исчезла за дверью.
Неожиданно Джонни спросил:
– Похоже, у Бена не было близких родственников? Он никогда о них не говорил.
– Кроме двоюродных братьев из Хартфорда, – заметила Амелия. – Я уже отправила им телеграмму.
Дафна подняла голову и встретилась взглядом с Гертрудой. Глаза у той светились таинственным блеском уверенности в своей силе.
Дафна поднялась со стула. Кто-то окликнул ее, когда она покидала комнату, – видимо, Амелия, – но она не остановилась.
Оказавшись снова у себя, она заперла дверь и осела, уставившись в никуда. Мысли в голове ворочались устало и бесцельно.
Тут она вспоминала про платье. С ним нужно было что-то делать. И еще сообщить Деннису, что Гертруда все знает и угрожает им. Он должен знать это немедленно... Хотя непонятно, что бы он мог сделать.
В маленькой комнате было холодно. Холодно и мрачно. Дафна потянула на себя зеленое шерстяное одеяло, лежавшее в ногах на кушетке, укрылась и заснула.
Когда она проснулась, было еще темно, но кто-то стучал в дверь. Запыхавшаяся Мэгги сообщила, что детектив Уэйт спрашивает ее, Дафну.
Дафна заскочила в маленькую ванную и ополоснула лицо холодной водой, потом причесалась; в волосах ее при этом вспыхивало золото. Еще она напудрилась и подкрасила губы, хотя руки слегка дрожали.
В этот момент в дверях показался Деннис. Он быстро огляделся вокруг и вошел.
– Дафна, дорогая, – он отвел девушку от двери, так что она не успела оглянуться. И потом страстно ее обнял.