Страница 22 из 31
Не ломала бы голову над тем, почему Тревис мне не позвонил.
На некоторое время Бетти отвлек от раздумий появившийся на море большой пассажирский лайнер. Она наблюдала за кораблем, пока тот не скрылся из виду, по-видимому держа курс на Майами, а оттуда дальше, на Багамы.
Но потом ее мысли вернулись в прежнее русло. Она никак не могла успокоиться после недавнего разочарования. Увидев на пороге вместо Тревиса миссис Рэнсом, Бетти испытала разочарование. Потому что в тот же миг ей стало ясно, что Тревиса сегодня не будет, и в ее сердце вонзилась игла обиды. Еще не зная, что произошло, Бетти уже испытала всю гамму негативных эмоций.
Спрашивается, зачем мне это нужно? – хмуро подумала она, продолжая смотреть вслед лайнеру, хотя того уже не было видно. Называется, приехала развеяться! Из огня да в полымя.
Эх, если бы Майкл дал о себе весточку, ничего бы этого не случилось. Ни поездки на виллу, ни знакомства с Тревисом, ни внезапного увлечения… Ни разочарования.
А знаешь, что теперь будет? – эхом отозвался в мозгу Бетти чей-то смешок. Она вздрогнула, предчувствуя появление новой неприятной мысли. С этого момента ты начнешь ждать Тревиса.
Бетти похолодела.
Снова ждать? Ох нет! Только не это…
Начнешь, начнешь! Я тебя знаю. Прикипев к кому-то сердцем, ты забываешь о себе самой.
О чем-то подобном когда-то говорил Бетти ее психотерапевт. О том, что она тоже личность, такая же, как другие люди, и в том числе ее любимый человек. Что нельзя любить настолько самозабвенно. Что полное растворение в другой личности самоубийственно. Оно приводит к деградации, к духовной зависимости, к монотонности существования.
– В подобных случаях не исключен плачевный итог, – убеждал ее психотерапевт. – Женщина, чья преданность граничит с исступлением и которая в своей любви достигает той черты, где начинается мазохизм, постепенно становится неинтересна своему избраннику.
Потому что в ней исчезает интрига.
– А если женщина не может себя переделать? – спросила Бетти.
– Тогда она должна стать актрисой. Научиться скрывать свои истинные чувства и порой даже изображать безразличие.
– Зачем?
– Чтобы добиться успеха.
Бетти трудно было это понять.
– Странная логика, – заметила она тогда, пожав плечами.
– В этом парадокс интимных отношений между мужчиной и женщиной. Чем откровеннее один из партнеров демонстрирует любовь к другому, тем более высок для него риск потерять предмет своей страсти.
– И поэтому вы советуете мне перестать ждать Майкла и удариться во все тяжкие?
– Разумеется, вы утрируете, но смысл именно таков. Тем более учитывая всю странность вашей ситуации.
– А что, по-вашему, я должна буду ответить Майклу, когда он наконец появится и спросит, почему я не была ему верна?
– Если Майкл появится, – с нажимом произнес психотерапевт, – напомните ему, что он исчез без предупреждений, пропадал неизвестно где, по сути бросил вас и что это вы должны требовать у него отчета, а не он.
Но Бетти лишь покачала головой.
– Нет уж, это не по мне. Предпочитаю жить по собственным правилам.
Психотерапевт ничего на это не ответил.
Лишь посмотрел на нее с сожалением…
Голодное урчание желудка вывело Бетти из задумчивости. Она вспомнила, что не ужинала сегодня. Ведь ей хотелось приготовить что-нибудь вкусненькое для себя и Тревиса, а он не приехал.
Видишь, ты уже сделала следующий шаг, хихикнул неведомый собеседник Бетти. Сначала просто ждала парня, теперь забыла поесть.
Скоро совсем откажешься от пищи, а там недалеко и до плачевного финала. Иссохнешь от голода и тоски – и все, конец. Была на свете Бетти Уинклесс, симпатичная молодая женщина, редактор популярного нью-йоркского журнала, и ее не стало. Вот такие дела.
Ну нет! – решила Бетти. Это уж слишком.
Сейчас нарочно пойду и наемся до отвала.
Молодец, девочка! Так держать. Главное, не вешай носа – и все образуется.
Спустившись на кухню, Бетти обнаружила, что мясо давно оттаяло. Так как весь кусок был ей не нужен, она отрезала себе пару ломтиков, а остальное вернула в морозильник.
Авось, еще пригодится, подумала Бетти, захлопывая дверцу.
Она сняла с крючка кухонный молоток, положила первый ломтик мяса на доску и принялась отбивать с некоторым даже остервенением. То же проделала и со вторым куском.
Обе отбивные Бетти обмакнула в яйцо, в муку – так как панировочных сухарей не нашлось, – снова в яйцо и уложила на разогретую сковороду.
Пока мясо поджаривалось, она крупно нарезала помидоры, огурцы и лук и заправила все это майонезом.
Когда Бетти возвращала майонезную баночку в холодильник, ее взгляд упал на выстроившийся на узкой полочке дверцы ряд винных бутылок. Одна из них оказалась початой. Вероятно, она стояла здесь еще с прошлого лета, когда на вилле отдыхали Мэт и Дженнифер.
Вино было красным, калифорнийским. Вынув пробку, Бетти поднесла горлышко бутылки к носу, вдохнула аромат и улыбнулась.
Когда все было готово, она поставила на поднос тарелку с отбивными, источавшими такой аппетитный запах, что слюнки текли, салат, тонко нарезанный хлеб, бокал и бутылку вина. Присовокупив к этому нож, вилку и солонку, Бетти понесла поднос наверх, в свою комнату.
Она расположилась на террасе. Переставив тарелки с подноса на белый пластиковый стол и наполнив бокал вином, Бетти села спиной к двери.
Затем подняла бокал и посмотрела на океан.
– За нас, – негромко произнесла она, перед тем как отпить первый глоток.
Океан ответил ей тихим плеском волн.
Бетти ужинала медленно, не спеша. Вино изменило ее настроение. Сначала оно наполнило теплом желудок, а затем согрело и сердце, вытеснив из него последние отголоски незваной тоски. Щеки Бетти порозовели, в глазах возник блеск.
Что за странная у меня манера все драматизировать, уже совершенно успокоившись, подумала она, отрезая и кладя в рот кусочек отбивной. Ну не смог человек приехать, подумаешь! Это я здесь на отдыхе, а он работает. Могли у него возникнуть срочные дела? – спросила себя Бетти. И сама же ответила: могли. Так из-за чего же я расстроилась?
Она выудила вилкой из салатницы кусочек помидора и, жуя, прислушалась к себе. Чем больше проходило времени, тем яснее ей становилось, что ее досада вызвана не Тревисом, а тем обстоятельством, что вместо него явилась миссис Рэнсом. Это она испортила Бетти настроение. Окажись на месте экономки другой человек, Бетти наверняка реагировала бы иначе.
Тревис вообще сделал все от него зависящее, размышляла она. Зная, что сам перегнать «форд» на виллу не сможет, позаботился о том, чтобы кто-то сделал это вместо него. И что с того, что этим кем-то стала миссис Рэнсом?
Откуда Тревису было знать, что сия дамочка испортит мне вечер? Вернее, часть его, потому что сейчас я уже в полном порядке. Жаль, конечно, что Тревис не предупредил меня по телефону о том, кого пришлет вместо себя, но тут уж ничего не поделаешь…
Покончив с отбивными, Бетти взяла бокал и откинулась на спинку стула. Сытная еда оказала на нее умиротворяющее воздействие и помогла наконец направить мысли в философское русло.
Какими смешными показались бы мои тревоги, скажем, этому океану, обладай он интеллектом! – думала она, неспешно допивая оставшееся в бокале вино. Сколько ему лет? Миллионы?
Миллиарды? И что по сравнению с этим вся моя жизнь? Мгновение. Бетти перевела взгляд с воды на небо, где уже не было солнца, но еще оставалось над горизонтом розоватое сияние. А что уж говорить обо всем мироздании! Как задумаешься, оторопь берет. Но, вместо того чтобы наслаждаться отпущенным мне сроком, я беспокоюсь неизвестно о чем. Она отпила очередной глоток вина. И главное, знаю же, что позже все прояснится. Тревис вернется и наверняка расскажет мне о причинах своего внезапного отъезда. Знать бы только, на какой срок он уехал. Можно ведь и не дождаться его возвращения. Вдруг он укатил на месяц или того больше? И приедет обратно, когда меня уже здесь не будет. Бетти вздохнула. Что толку гадать? Как будет, так и будет. Захочет Тревис меня отыскать – найдет. Хотя бы через того же Мэта. То-то мой братец удивится, что про меня мужчина спрашивает!