Страница 21 из 75
— Дай мне взглянуть на больных, сын мой.
Они взобрались на повозку. Хильда испуганно посмотрела на них.
— Случилось что-нибудь?
Малыши лежали на голой соломе. Горячечный бред, пылающие жаром воспаленные лица… Казалось, их худенькие тельца сами источают жар.
— Да, — скорбно подтвердил монах, — плохо дело. Это Багряная Смерть.
— Как? Неужели чума?
Долф задохнулся от волнения. «Только бы не это!» — молил он в душе.
Священник осенил себя крестным знамением и взглянул мальчику в лицо. Его голубые глаза светились добротой и милосердием.
— Нет, не чума, сын мой, а Багряная Смерть. Видишь, как покраснели лица детей?
Долф и сам заметил этот неизменный признак болезни, но поначалу решил, что алые пятна на лице вызваны высокой температурой.
— Они умрут?
— На все воля Божья. Те, что покрепче, могут поправиться — конечно, если за ними хорошо ухаживать.
— Я стараюсь, — тихо произнесла Хильда.
Она не расставалась со своими украшениями, но выглядела измученной. Сколько часов провела она сегодня на ногах возле больных, мучимых горячкой и рвотой!
— Оставайся здесь, Хильда, — попросил он, — и ты, Фрида, тоже. Держитесь подальше от остальных ребят. Я расставлю посты, чтобы никто не подходил к повозке: болезнь заразная.
— А мы как же? — испуганно спросила Фрида.
— С вами ничего не будет, — заговорил священник. — Багряная Смерть страшна только малышам, а ребят постарше она обходит.
— Мне нужно отдать распоряжения! — воскликнул Долф и соскочил на землю.
К повозке уже со всех сторон тянулись ребята с охапками дров.
— Святой отец, скажите им сами, чтобы не приближались к больным, — обратился Долф к монаху.
Голова у него шла кругом.
— Для чего они собирают дрова?
— Дрова нужно отвезти в город, булочнику Гардульфу. Ночью он испечет нам хлеб. Я уговорил стражу пропустить повозку с дровами через Западные ворота.
— Ну что ж, так тому и быть, — молвил незнакомец и зашагал навстречу ребятам.
Долф смотрел ему вслед. Мальчишки с вязанками дров окружили священника, и тот вместе с ними направился к городским воротам. Облегченно вздохнув, Долф снова обратился к Хильде:
— Попробую перегнать повозку подальше отсюда. Жди здесь и никого не подпускай.
Он мигом вернулся в лагерь и отыскал Леонардо. Едва дыша, рассказал другу о случившемся. К ним присоединился Фредо. Сообща ребята выкатили повозку за пределы лагеря и укрыли ее в лесной чаще. На безопасном расстоянии поставили вооруженную охрану, преграждавшую доступ к больным. Леонардо и Петер обошли спящих детей.
Как только замечали у кого-нибудь на лице красные пятна или слышали жалобы на боль в горле (именно так начинался страшный недуг), малыша тут же переводили к отдельному костру, который тоже окружила стража. Собрав вокруг одного костра всех, у кого можно было заподозрить болезнь, Леонардо распорядился напоить их крепким настоем из трав. В течение получаса он привел в импровизированный лазарет еще шестерых детей с явными признаками заболевания.
— Нужно понаблюдать за ними, — сказал он Долфу.
— Предоставляю это тебе, — ответил мальчик. — А я пойду в город: я обещал помочь булочнику.
— У него в доме есть маленькие дети?
Леонардо был, как всегда, практичен. Долф вздрогнул, вспомнив о четверке веснушчатых, рыжеволосых малышей.
— Я смою с себя всю заразу! — крикнул он и сбежал к реке.
Он вытряхнул карманы, сбросил одежду и нырнул в темную, обжигающе ледяную воду. Вода покалывала лицо, плечи, руки тысячами ледяных иголочек, но она же приносила бодрость и возвращала силы. Потом он тщательно прополоскал одежду, долго отжимал ее и, влажную, снова натянул на себя. Бр-р-р! Распихал по карманам всевозможные мелочи и бегом помчался в город. Весь в поту, запыхавшийся, он остановился у Западных ворот. Стражник вначале отказался впустить его.
— А где же обещанная повозка? — недоверчиво проворчал привратник. — Вместо нее тут прошло уж полсотни человек с вязанками дров.
— Ты пропустил их? — робко спросил Долф.
— Ну да, но с условием, что они покинут город, как только доставят свой груз. Все наши уже ушли. Правда, с ними был еще святой отец, а иначе я бы ни за что не позволил им пройти.
— Ты добрый человек, — сказал Долф. — Я хочу вознаградить тебя. Подожди-ка…
Он нащупал в кармане замечательную вещь. Чем набиты карманы пятнадцатилетнего мальчишки? Всякой всячиной. Долф нашел у себя моток веревки, слипшуюся карамельку, грязный носовой платок, мятую пачку жевательной резинки, коробку спичек и еще, к своему удивлению, маленького пластмассового человечка. Он и не помнил, как попала к нему эта безделушка. Величественным жестом достал он фигурку и вложил ее в руку изумленного стража.
— Храни этот талисман, добрый человек, — сказал он. — Это… святой Ян, он убережет тебя от дурного глаза.
Путь в город был открыт..
Отыскать улицу булочников в затихшем темном городе оказалось делом непростым. После долгих поисков он заметил дом Гардульфа совершенно неожиданно для себя.
Сквозь ставни пробивалась полоска света. Облегченно вздохнув, он постучался в дверь.
— Наконец-то, долго ходишь, — проворчал булочник.
— Прости, что вышло так. У нас большое несчастье, — объяснил Долф, к этому времени окончательно позабывший о своей роли молодого аристократа.
— Что с твоей одеждой?
— Упал в воду.
Покачивая головой, Гардульф повел мальчика в пекарню. Там, к своей неописуемой радости, Долф увидел Франка, рьяно месившего тесто. Ученики, которых тоже подняли, старались вовсю.
— Я тут решил помочь немного, — просто сказал Франк, и Долфу захотелось обнять мальчишку.
Он сбросил мокрый свитер, который хозяин тут же повесил сушить, и принялся за дело.
Для того чтобы замешивать тесто, требовалась недюжинная сила. Своими мускулистыми ручищами Гардульф за один час успевал сделать больше, чем оба мальчика вместе, но булочник не пенял им. Он видел, что ребята, и без того непривычные к такому труду, едва держатся на ногах. На исходе ночи из печи показались первые поддоны с темным, золотисто-коричневым хлебом. Вскоре они уже не помещались в тесной пекарне, и слуги составляли их за дверью. Долф наблюдал, как растет гора свежего хлеба, думая лишь об одном: «Детей надо накормить, я не позволю им заболеть, а значит, их надо как следует кормить».
Франк побледнел от напряжения. Долф чувствовал себя немногим лучше. Когда подмастерья вынимали из печи последние булки, Гардульф спросил:
— Деньги у тебя с собой?
Долф молча протянул свой мешочек и увидел, как загорелись глаза булочника. Может, сумма все-таки непомерно велика? Впрочем, какая разница! Главное, сытный завтрак для изголодавшихся детей готов.
— Будешь грузить их на телегу? — продолжал булочник.
В пекарню заглянула жена Гардульфа. Она принесла ребятам теплого молока с булочками. Мальчишки выложились так, что им кусок в горло не лез, и мечтали скорее добраться до постели, но, пересилив себя, попробовали угощение. Оказалось очень вкусно…
— Телега… — пробормотал Долф, когда до него наконец дошел смысл вопроса, — нет, с повозкой все. Франк!..
— Понятно, — зевая, отозвался тот, — иду в лагерь за ребятами, пусть помогут донести.
Спустя час целая сотня ребят явилась в город за свежеиспеченными хлебами. Донельзя гордые тем, что они сумели обойтись без подачек скаредных горожан, ребята шествовали со своей ношей по улицам Ротвайля. Редкие в этот утренний час прохожие останавливались, разинув рот.
Город полнился слухами. Утверждали, что ночью с небес спустился ангел и даровал детскому воинству сотни хлебов…
Долф не спешил возвращаться с ребятами. У него еще были дела в городе. Почти не чувствуя под собой ног, он добрался до монастырского приюта и сообщил послушнику, ходившему за больными, что на детей обрушилась Багряная Смерть. Страх отразился на лице монаха. Один из больных скончался той же ночью, двоим полегчало, и еще один навряд ли протянет до вечера.