Страница 79 из 309
— Я согласен, — наконец подал голос один из ронинов.
И вскоре голоса участников совета слились в дружный хор. Они понимали, что, вступая в союз с Одой, рискуют жизнью, но глаза их горели решимостью.
Удары топора… и дерево шумно рушится в воду реки Кисо. Поваленные деревья связывают в плоты и пускают вниз по течению, туда, где Кисо сливается с реками Иби и Ябу, текущими с севера и запада, потом бревна выносит на широкую песчаную полосу в Суномате. Суномата — ключевой пункт на границе провинций Мино и Овари. Здесь не впервые пытались возвести крепость, но усилия Сакумы Нобумори, Сибаты Кацуиэ и Оды Кагэю оказались тщетными.
— Пустая трата времени. С таким же успехом можно построить каменный корабль и пуститься на нем по морю!
Воины Сайто с противоположного берега смотрели на начало работ, подшучивая над Одой.
— Четвертая попытка!
— Повторение собственных ошибок — признак безнадежной глупости.
— Кто же начальствует над живыми мертвецами? Жаль его, хотя он и враг. Как его зовут?
— Вроде бы Киносита Токитиро. Не слышал этого имени прежде.
— Киносита… Это тот, кого кличут Обезьяной. Мелкий чиновник, младший командир. Ему, верно, платят не больше пятидесяти канов, от силы — шестьдесят!
— Такое ничтожество на должности полководца? Они, похоже, от нечего делать дурачатся.
— А уж не военная ли это хитрость?
— Кто их знает? Отвлекают наше внимание, а сами затевают переправу через реку в другом месте.
Воины Мино веселились, следя за строительством крепости на другом берегу реки. Незаметно прошел месяц с того дня, как Токитиро привел на стройку две тысячи ронинов из Хатидзуки. Раза три проносились сильные ливни, помогая сплавлять лес. Однажды ночью река затопила прибрежную песчаную полосу, но люди спокойно вышли на работу. Успеют ли построить внешний вал до наступления сезона дождей? Кто победит — природа или человек?
Ронины трудились, забыв об отдыхе и сне. Постепенно количество строителей увеличилось до пяти тысяч.
Токитиро не понукал людей. Они честно старались, и работа продвигалось быстро. Крепость росла на глазах.
Ронины оказались людьми бывалыми. Они привыкли странствовать по горам и равнинам, прекрасно разбирались в течениях рек и в земляных работах.
Они старались, потому что возводили крепость для себя. Они прощались с прежней буйной жизнью, радуясь тому, что наконец занялись настоящим делом.
— Эта дамба выдержит, даже если все три реки разольются сразу, — гордо заявил один из ронинов.
Меньше чем за месяц строители выровняли участок земли, который оказался даже больше, чем нужно, и насыпали вал, соединяющий находящуюся на отмели крепость с берегом.
Люди из Мино с любопытством следили за строительством.
— Похоже, у них получается, правда?
— Каменных стен они пока не возвели, так что о крепости говорить рано, но с земляными работами они действительно справились.
— Не видно ни плотников, ни штукатуров.
— Готов побиться об заклад, что они понадобятся месяца через три.
Воины Мино глазели на другой берег от скуки. Река в этом месте была широкой. В солнечные дни над водой клубился легкий туман. Не просто было рассмотреть все подробности строительства на другом берегу. Порой ветер дул со стороны Овари, и воины Мино слышали грохот камней и голоса работников.
— Не напасть ли на них прямо в разгар работ?
— Нельзя, таков строжайший приказ военачальника Фувы.
— Какой еще приказ?
— Ни единого выстрела. Пусть работают.
— Выходит, нам велено дожидаться, пока они построят крепость?
— Сначала намеревались атаковать их, как только начнутся работы. Потом решили дождаться, пока крепость возведут наполовину, чтобы разрушить ее до основания. Теперь вот приказано сидеть сложа руки, пока не достроят.
— А потом?
— Понятное дело, захватить крепость!
— Пусть враг поработает, а мы отнимем готовую крепость.
— Точно!
— Хитро придумано! Прежде на строительстве командовали опытные и искусные военачальники, а этот новый, как его там, Киносита — жалкий пеший воин.
Один из воинов оборвал болтуна строгим взглядом.
В шатер, запыхавшись, вбежал еще один стражник. Только что к берегу Мино причалила лодка, приплывшая из верховьев. Военачальник с пышными бакенбардами сошел на берег в сопровождении нескольких оруженосцев, следом свели на берег его коня.
— Тигр! — сказал один из воинов.
— Тигр Унумы прибыл к нам! — зашептались стражники, опасливо переглядываясь. Это был князь из крепости Унума, расположенной в верховьях реки. Он был один из самых яростных и честолюбивых полководцев во всем Мино, а звали его Осава Дзиродзаэмон. Он был так крут нравом, что матери в Инабаяме пугали им детей, говоря: «Вот придет за тобой Тигр!» И вот сам Осава шагнул в шатер.
— Здесь ли военачальник Фува? — спросил Осава.
— Да, господин. Он в лагере.
— Не стал бы тащить его оттуда, но разговаривать здесь удобнее. Немедленно позовите его сюда.
— Слушаюсь, господин! — Воин бросился исполнять поручение.
Вскоре Фува Хэйсиро в сопровождении нескольких командиров явился на берег.
— Тигр! Интересно, что ему нужно? — бормотал на ходу Фува, и его торопливая поступь показывала, что он ожидает напряженного разговора.
— Благодарю вас за то, что вы пришли на берег.
— Не стоит благодарности! Чем я могу быть вам полезен? — спросил Фува.
— Не чем, а где. — Осава указал рукой в сторону противоположного берега.
— Во вражеской Суномате?
— Вот именно. Не сомневаюсь, что вы наблюдаете за нею денно и нощно.
— Разумеется! Вам не стоит волноваться, мы постоянно начеку.
— Хорошо! Вверенная мне крепость расположена в верховьях реки, но я решил не ограничиваться обороной одной Унумы.
— Прекрасно!
— Время от времени я спускаюсь по реке на лодке или еду верхом по берегу, чтобы посмотреть, как у вас обстоят дела, а сегодня я поражен. Мне кажется, я уже опоздал, а у вас в лагере тишина и покой. Что вы намерены теперь предпринять?
— Что вы имеете в виду, говоря, что опоздали?
— Я имею в виду то, что возведение вражеской крепости зашло непозволительно далеко. Насколько я вижу с такого расстояния, уже готов второй ряд береговых укреплений, крепостное пространство огорожено и почти наполовину обнесено каменной стеной.
Фува обиженно хмыкнул.
— И может, — продолжил Осава, — плотники уже тешут бревна для построек где-нибудь в горах за Суноматой? Откуда нам знать, не завершают ли в крепости внутреннюю планировку, начиная с подъемного моста и кончая тайными ходами? Вот что я имею в виду!
— Г-м-м… понятно.
— По ночам противник отдыхает и едва ли выставляет дозор. Мастеровые будут только мешать в бою, поэтому мы предпримем сейчас мощную атаку, переправившись через реку под покровом тьмы, и обрушимся на них сразу с трех сторон. Мы вырвем это древо зла вместе с корнем. Иначе однажды утром проснемся и обнаружим, что на том берегу стоит неприступная крепость. Нельзя терять бдительность!
— Вот именно.
— Значит, вы согласны?
Фува расхохотался:
— Воистину, господин Осава! Неужели вы действительно проделали весь путь к нам лишь потому, что недостроенная крепость внушает вам такое беспокойство?
— Я засомневался в вашей проницательности, поэтому и решил растолковать вам истинное положение дел непосредственно на берегу реки.
— Вы, по-моему, позволяете себе лишнего! Для мудрого военачальника вы чересчур близоруки. На этот раз я позволяю нашему врагу возвести такую крепость, какую ему хочется. Разве вы не видите?
— Это-то я вижу! Предполагаю, что ваш замысел заключается в том, чтобы позволить клану Ода завершить строительство крепости, затем штурмом выбить из нее врага и превратить Суномату в опорный пункт нашей провинции.
— Совершенно верно.
— Допускаю, что именно такие указания вы получили, но подобная стратегия весьма опасна, когда не знаешь мощи соперника. Я не могу равнодушно смотреть на разложение и гибель нашего войска.