Страница 26 из 29
Люсинда охнула от удивления и неуверенно проговорила:
— Ты не спишь? — И недовольно подумала: тонкое наблюдение.
— Угадала, — сказал Томас, убирая руку и отворачиваясь от жены.
— Здесь прохладно, — проговорила она, недоумевая, зачем затеяла беседу среди ночи.
— Давай выключу кондиционер, — вежливо предложил муж.
— Нет, — возразила Люсинда, — тогда будет слишком жарко, а если открыть окна, налетят комары.
— Как скажешь… Почему ты ведешь какой-то странный разговор спозаранку?
Она и сама не знала. Ей просто хотелось снова тесно прижаться к мужу и почувствовать его сильное тело.
— Давай-ка лучше спать, — предложил он. — Если я придвинусь слишком близко, оттолкни меня.
— Том…
— Что?
Мысли Люсинды путались. Как сказать мужу, что она хочет его, думала она в смятении. Безразлично, что произойдет завтра. Какое искушение — лежать рядом и не коснуться его притягательного тела!
Синди протянула руку и дотронулась до мужа, чувствуя, как он сразу напрягся. Томас поймал ее руку и произнес:
— Сейчас не время для таких игр.
— Я не играю, — прошептала Люсинда.
— Ты сама себя не понимаешь, — возразил муж. — То сражаешься со мной не на жизнь, а на смерть, а в следующую минуту готова заниматься любовью. Так дело не пойдет, Люси. Я не послушный мальчик для твоих прихотей.
— Нет, ты не мальчик, — тихо сказала она и придвинулась к Тому. Нашла его губы и, проведя по ним языком, смело вторглась в его рот. Но муж не ответил на ее порыв, только сильнее сжал Синди.
— А как же ненависть к самой себе? Ведь она, по твоим словам, обязательно возникнет, если ты прикоснешься ко мне? — спросил Томас ледяным тоном. Жена промолчала, и он отпустил ее. — Или в теплой постели да еще в темноте ты решила, что сумеешь с собой договориться? — В голосе мужа слышалось столько презрения, что у Люсинды на глазах выступили слезы.
— Я даже не думала об этом.
— Вот в том-то и заключается твоя проблема..
Синди в ярости отвернулась от мужа и выскользнула из постели. Его слова больно ударили по самолюбию. Что ж, она заслужила пощечину.
— Куда ты, черт побери? — Томас сел, полагая, что Люсинда направляется в ванную.
А она совсем растерялась. Ей следовало разобраться в своих чувствах. Синди уже сомневалась, что поступает правильно, отказываясь от его любви, от счастья, пусть даже призрачного и временного.
— Мне нужно подумать, — произнесла Люсинда напряженно. Томас не сразу сообразил, что она выходит из комнаты.
Синди побежала. Вдруг она представила, как он рывком вскакивает с постели и начинает лихорадочно одеваться, и побежала еще быстрее, через пустой холл на первом этаже в парк, а затем вниз, к пляжу.
Было тепло и тихо, лишь негромко стрекотали кузнечики. Длинная ночная рубашка очень мешала, и Люсинде пришлось на бегу подхватить подол. В абсолютной темноте виднелась полоска воды. Синди направилась к морю, чувствуя, что здесь станет легче. Она оглянулась и заметила быстро приближающегося мужа. Он, конечно, увидел ее, но не окликал.
Люсинда повернулась, сделала шаг вперед и упала на каменные ступеньки, скатившись с них.
Сжавшись в комок, она лежала у лестницы, закрыв глаза, и ожидала, когда появится Томас. Мгновение спустя oн оказался рядом. Наклонившись, спросил:
— С тобой все в порядке? — Голос звучал очень встревоженно. Когда муж попытался подмять ее, Синди застонала.
— Я не могу двигаться, — прошептала она.
— Дурочка, зачем бежала как сумасшедшая? — продолжал Райс. — Может, ты вывихнула лодыжку? — И не дожидаясь ответа, он очень бережно, как ребенка, поднял жену и медленно понес к отелю. Люсинда прильнула к мужу.
В отеле Томас с кем-то переговаривался, но голоса доносились смутно, как будто через стекло.
— Мы пойдем к врачу, — услышала она, — не волнуйся.
— Я не видела ступенек, — тихо пожаловалась Синди, — помнила, что они есть, но поскользнулась.
Держа ее на коленях, Томас сидел в холле на диване.
— Не надо вызывать врача, — говорила ему Синди слабым голосом. — Давай подождем до утра. — Тело у нее ныло, беспокоила дергающая боль в животе. Она старалась о ней не думать, с ужасом отгоняя возможное объяснение.
— Люси, послушай меня, — ласково, но твердо произнес Томас. — У тебя небольшое кровотечение, очень маленькое, требуется немедленная помощь. Я отправил за врачом администратора отеля, он скоро вернется.
— Кровотечение? — На глазах Люсинды мгновенно выступили слезы. Она попыталась сесть, но муж удержал ее, нежно прижав к груди.
— Прости меня, — хрипло проговорил он. — Черт, это я во всем виноват.
— Мне не следовало торопиться, — пробормотала Синди. Однако Томас приложил палец к ее губам. Хотя его лицо казалось спокойным, Люсинда заметила, что палец слегка дрожит.
Прибыл доктор и, взглянув на нее, велел супругам следовать за собой. Они молча вошли в маленький, но хорошо оборудованный кабинет.
— Итак, что случилось, милая леди? — спросил врач.
Люсинда посмотрела на невысокого худощавого человека с приятным смуглым лицом и сказала:
— Извините, что пришлось побеспокоить вас в такой ранний час.
— Я бы не выбрал такую специальность, если бы не был к этому готов, — проговорил он, внимательно исследуя ушибы. — Вижу, вы беременны. — Синди кивнула. — Мне нужно осмотреть вас, убедиться, что нет осложнений. — Доктор посмотрел на Томаса. — Вы останетесь? — Тот спокойно кивнул. Отведя волосы со лба жены, взял ее за руку.
Она буквально вцепилась в мужа. Как внезапно все произошло. Совсем недавно она находилась в комнате, пытаясь разобраться в своих чувствах, а в следующую минуту — упала с предательски неровных ступенек.
Доктор задавал вопросы, Люсинда отвечала равнодушно, измученная, исчерпавшая запас сил. Наконец он выпрямился, его лицо выражало серьезную озабоченность.
— К счастью, милая леди, переломов нет, но кровотечение не останавливается. Вы, к сожалению, можете потерять ребенка.
Такого исхода Синди боялась больше всего. Услышав, что ее опасения подтвердились, она крепко зажмурилась и застонала. Сквозь прикрытые глаза услышала резкий вопрос Томаса:
— Я бы хотел знать определенный диагноз.
Люсинда желала заткнуть уши, зарыться в песок, как страус, чтобы до нее не доносился разговор. А доктор между тем продолжал с явным сочувствием:
— Обычно падение во время беременности не ведет к тяжелым последствиям, потому что плод надежно защищен, но бывают и неудачные случаи. Вашей жене необходимо обследование.
— Так начинайте, — быстро сказал Томас.
— Невозможно, — мягко ответил доктор. — Я договорюсь с коллегами из местной больницы. — Он начал укладывать маленький саквояж. Почему врачи обязательно ходят с черными саквояжами, неожиданно пришло в голову Люсинде, а не с красными или зелеными?
Взглянув на Синди, доктор ободряюще сжал ее руку.
— Больше никаких прогулок по пляжу, милая леди, — посоветовал он. — Поднимайтесь к себе и ложитесь. Я оставил свой номер телефона, ваш муж может позвонить в любое время, если вы себя неважно почувствуете.
Когда супруги вернулись к себе, часы показывали пять утра. На горизонте медленно занимался рассвет. Через три часа в отеле вовсю закипит жизнь.
Томас уложил жену на кровать. Люсинда молча смотрела на мужа. Он стянул с себя рубашку, бросил на стул, потом сел рядом.
— Постарайся уснуть, — промолвил он.
— Да разве можно спать? Я идиотка, — проговорила она бесцветным голосом. — Ты прав. Прежде, чем что-то делать, следует подумать. Ре джина наверняка бы так не поступила. Никогда бы не бросилась бежать на пляж и, конечно бы, не упала.
— Перестань казнить себя. Подождем результатов, — мягко утешил ее Томас.
— Если я потеряю ребенка, то никогда не прощу себе. — Люсинда непрерывно сжимала и разжимала пальцы. Томас осторожно положил на ее руки ладонь.
— Не думай о плохом, — угрюмо проговорил муж. По его подавленному тону она догадалась, что он думает о том же.