Страница 24 из 87
Скользнув взглядом по моей несчастной зачарованной сестре, я перевела взгляд на лицо Тана. Сказать честно, такой взгляд ранее не приходилось мне выдерживать. Он как будто проникал в меня, ощупывая все закоулки моей души. Хоть мне очень хотелось, глаза я не отвела. Я видела, что моя личность его мало интересовала, но ему было интересно, почему именно я была делегатом. Я не стала удовлетворять его любопытство – мне хотелось побыстрее с этим покончить. Я почувствовала позади себя теплое дыхание Влада и приободрилась, когда моя ладонь скользнула в его теплую и знакомую ладонь.
- Ты саки, - улыбнулся Тан, но его улыбка была зловещей. Во всяком случае, мне так казалось.
Я кивнула.
- Я пришла поприветствовать тебя как нашего нового брата, - сказала я, но мой голос предательски дрогнул.
- Да, сестра, настали великие времена.
Тан посмотрел на Влада и улыбнулся.
- Мой вождь, я готов преклониться перед тобой! Пусть свершится то, что должно свершиться.
- Да, Тан, так и будет... – услышала я голос Влада справа от себя. Сама-то я смотрела в глаза Черного человека.
- Мы принимаем тебя, - ровным голосом сказала я. – Дай мне руку.
В ту ночь я спала как убитая, сны мне не снились.
Гораздо позже я изредка видела кошмары: человек с черными глазами падал к моим ногам без чувств, а его ужас передавался мне и бежал по венам – к самому сердцу. В такие ночи я просыпалась вся липкая от пота и не могла больше заснуть. Я понимала, что больше никогда не стану прежней.
Теперь я понимаю, что именно в тот день наши с Артемом отношения дали первую, едва заметную трещину. И я как пророчица не могла не осознавать этого...
В тот день я потеряла часть его любви..
Глава 11
«Не то кровать, не то скамья,
Угрюмо-желтые обои.
Два стула. Зеркало кривое.
Мы входим – я и тень моя»
В. Набоков
Однажды воскресным вечером в наш дом позвонили. К домофону подошла Марго, она уже успела оправиться от происшествия с Чернокнижником, мне иногда казалось, что он зачаровал ее настолько, что она ничего не помнила. Ну, или она запрятала это так глубоко, что достать было просто невозможно.
В тот день она была очень веселой.
– Да-да, кто там? – спросила она, нажимая кнопку домофона.
Приятный женский голос ответил ей:
– Меня зовут Каролина, мне нужно поговорить с Владиславом Вермундом. Я пришла по адресу?
– Да, он здесь живет. Проходите, – приветливо произнесла Рита, открывая ворота.
Девушка, позвонившая в звонок в тот вечер, возникла на пороге. Она была высокой миловидной блондинкой с волосами до плеч и большими голубыми глазами. Мы с Марго сидели в гостиной, когда она вошла. Влад встретил ее с вопросом:
– Чем я могу вам помочь?
Она сказала ему что-то очень тихо, так, что мы с Ритой не могли услышать. Влад вдруг изменился в лице и велел ей следовать за ним в кабинет.
Мы с Ритой обменялись вопросительными взглядами.
Ситуация не прояснилась, даже когда они вышли из кабинета. Влад попросил нас всех собраться в кабинете через полчаса, обернулся ко мне и сказал:
– Проводи, пожалуйста, Каролину в одну из комнат для гостей и помоги ей там расположиться.
«Она что, будет жить с нами?» – подумала я, но вопрос свой не озвучила.
– Пойдем, я тебя провожу, – сказала я, обратившись к девушке. – Меня Полиной зовут.
– Очень приятно, – улыбнулась в ответ она, но любопытство мое удовлетворять не стала.
Я помогла ей расположиться в комнате, показала ей, где ближайшая ванная, объяснила, где кухня, бассейн и сауна. Она при этом улыбалась и пытливо меня разглядывала, изредка благодаря, но больше не говорила ни слова. Мне было интересно, кто она и зачем приехала, но я не привыкла любопытствовать и поэтому молчала.
Через полчаса мы все собрались в кабинете, чтобы выслушать историю Каролины Поляковой.
– Как вы уже поняли, Каролина будет еще одним членом племени, – сказал Влад и окинул нас взглядом.
– Кто она и кто ее родители? – спроси Фредди. – Кто из них был членом племени в прошлом?
– Никто, – сказала девушка.
– Тогда… я не понимаю. – Фред казался озадаченным.
– Она деторожденная, Фред, – сказал Влад. Потом он повернулся ко мне. – Деторожденная для тебя.
Я не понимала смысл этого слова, поэтому спросила:
– Что такое дето… деторожденная?
– Если ты умрешь или отречешься, она займет твое место, – сухо прокомментировал Роланд, хотя девушка его видно заинтересовала.
– Что значит, если я умру?
Я почувствовала холодок между лопаток.
– Быть хищником очень опасно, Полина, – сказал Влад, обращаясь ко мне. – А ты… твой дар очень важен для племени.
– То есть, если со мной что-то случится, мой дар перейдет к ней? – я указала пальцем на новенькую.
– Да. Именно так.
Странно, но ничего особенного я в тот момент не почувствовала. Наверное, от нее действительно не исходило угрозы. Хотя не съязвить я не могла:
– Поздравляю! – улыбнулась я ей одной из своих козырных улыбок. – Если я умру, ты станешь пророчицей, у тебя будут видения, после которых будет раскалываться голова, и ты будешь чувствовать себя так, словно тебя поезд переехал.
Она пропустила колкость мимо ушей и улыбнулась мне в ответ.
– Спасибо, – ответила она. «Да, девочка не промах!» – подумала я. – А теперь если можно, я пойду к себе, я очень устала с дороги.
– Конечно же, иди, – сказал Влад. – Чувствуй себя, как дома.
И Каролина удалилась.
– Обалдеть! – усмехнулся Рол. – У нас у всех есть такой… запасной вариант?
– Похоже, пока только у меня, – ответила я ему. И продолжила, обращаясь уже к Владу. – Откуда она взялась?
– Она приехала из Владивостока. Ее мама была деторожденной для твоей мамы.
– Тогда почему она не стала…
– …пророчицей? – подхватил он мою мысль. – Твоя мама умерла, когда ты уже родилась, она оставила наследницу. Поэтому мать Каролины передала ей свою… так сказать, возможность.
– А у тебя есть деторожденный? – поинтересовалась я. – Твой дар тоже ценен для племени, не так ли?
– Возможно. Я не исключаю эту возможность.
С тех пор нас стало восемь: я, Влад, Маргарита, Роланд, Фредди, Кирилл, Лаура и моя деторожденная – Каролина.
Глава 12
«Однажды мы под вечер оба
стояли на старом мосту.
Скажи мне, спросил я, до гроба
запомнишь вон ласточку ту?
И ты отвечала: еще бы!
И как мы заплакали оба,
как вскрикнула жизнь на лету…
До завтра, навеки, до гроба –
Однажды, на старом мосту…»
В. Набоков
Шло время, и постепенно я привыкала. Я привыкала к своим видениям, своей роли в племени, к присутствию Влада в моей жизни. Жизнь, казалось, начинала налаживаться. Хотя я и старалась держаться от него подальше, смотреть на него беспристрастно, но с каждым днем то зло, что он причинил мне, становилось все более размытым, несущественным.
Он был ко мне добрым и милым, но особо не приближался. Похоже, у них с Лаурой было все серьезно. Я расслабилась.
Но вот кто не собирался расслабляться, так это Роланд. Сказать, что Роланд был злопамятным, – это ничего не сказать. И с каждым днем его злость все множилась. Но так как ничего сделать он не мог, он топил эту злость в выпивке.
Зачастую я слышала, что он приходил поздно ночью, еле передвигаясь, натыкаясь на мебель, и громко матерился.
Как-то вечером я не смогла заснуть, спустилась на кухню, чтобы сделать себе липового чаю. Дверь в кабинет была приоткрыта, и я заглянула внутрь. Влад сидел, как обычно, допоздна, копаясь в деловых бумагах. Он поднял на меня усталый взгляд и улыбнулся:
– Ты чего не спишь? – спросил он. – Поздно уже.