Страница 21 из 87
Влад расположился в большом кресле в кабинете. Казалось, он был увлечен изучением каких-то важных документов и не заметил, как я вошла.
– Можно? – спросила я, просунув голову в дверной проем.
– Да, конечно, входи, – ответил он и отложил бумаги.
Когда я рассказала Владу, он казался удивленным, но не более чем на минуту. Его бровь вздернулась, и он осмотрел меня с головы до ног так, как будто видит в первый раз.
– Пророчица, – прошептал он и откинулся спинку кресла. – Пророчица... ну, конечно!
И к моему удивлению добавил:
– Мне нужно подумать... Поговорим позже.
Я была разочарована, а еще у меня осталась масса вопросов без ответов.
Примерно в то время я узнала, что у меня есть старшая сестра. Девушка приехала из Подмосковья, чтобы отыскать меня.
Мое видение обрело четкие формы моей сестры Маргариты.
Она рассказала мне, что мама родила ее еще, когда была очень молодой, и отдала своей матери – моей бабушке – на воспитание. Она была на восемь лет старше меня, и я никак не могла понять, почему мама скрывала ее от нас, ведь я всегда хотела иметь брата или сестру.
Мама никогда не упоминала, что у нее были еще дети, и мне стало обидно. Но еще более важные вопросы мучили меня в то время, и я поклялась, что не отстану от Влада, пока он не объяснит мне, что значат эти мои видения, и почему я их вижу.
К моему глубокому огорчению, всякий раз, как я заводила эту тему, он переводил разговор, и я ничего не могла от него добиться.
Но к счастью, был еще один человек, который мог мне все объяснить – наш жрец, Фред Гантер.
Фред был непростым человеком. Он был жрецом племени и чистокровным саки – его оба родителя принадлежали племени. Чистокровными в нашем племени были он и Лаура. Быть жрецом было очень почетно, он знал все тайные ритуалы, о которых мы могли только догадываться, и в нем были силы, чтобы их осуществить. Но в то же время было видно, что он не очень рад своей роли в жизни племени, хотя исполнял ее добросовестно.
Я слышала, много лет назад он любил Лауру, они даже хотели пожениться, но она внезапно отменила свадьбу. Потом Фред узнал, что у нее уже определенное время был роман с Владом. С тех пор Фред не входил в его группу поддержки.
Я подумала, что он с большим удовольствием просветит меня о моем странном даре.
– Пророчица? – удивленно переспросил он, когда я упомянула произнесенное Владом слово. – В самом деле? Вот уж не ожидал!
– Расскажи мне об этом. Что это значит? – не унималась я.
– Ну, это очень длинная легенда, Полина. Если коротко: испокон веков в нашем племени были пророчицы, чтобы видеть «судьбу племени» и предостерегать от беды. У некоторых были видения, некоторым снились вещие сны, но одно их объединяло – они могли видеть будущее и… – Фредди замялся. Видно было, что он не знал, стоило ли ему продолжать.
– Что «и»? – от меня не так легко было избавиться.
– Ну, я думаю, об остальных нюансах ты должна спросить вождя.
Он явно чего-то не договаривал.
– Фред, – сказала я раздраженно. Меня это начало бесить. – Это во мне и я должна знать!
Все эти тайны мне порядком надоели, и я не собиралась униматься, пока не узнаю все, что от меня скрывали.
– Есть поверье о первой пророчице, – неохотно продолжил Фред. – Когда-то давным-давно племенем правил очень жестокий правитель. О его деяниях слагали легенды, его боялись, и у него была очень дурная слава. В то время численность племени была намного больше, в десятки раз больше, чем сейчас. Вождь имел... – Фред замялся, но увидев мой вопросительный взгляд, все же продолжил. – Вождь мог позволить себе иметь любую женщину племени, будь то по ее воле или против.
– Ты хочешь сказать, – перебила я его, – он насиловал женщин племени, когда ему вздумается?
– Именно так.
– И что пророчицу он тоже изнасиловал? Ну, или девушку, которая потом ею стала? Так проявился ее дар?
– Не совсем. В племени, кроме членов, были еще люди, которые прислуживали: стирали, готовили, помогали воспитывать детей. Хранители очага – так их называли. Они не являлись саки, у них не было особых способностей и умения отбирать силу у ясновидцев тоже не было. Одна из таких женщин полюбила вождя. Уж не знаю, за какие заслуги, – Фред фыркнул, как будто он ассоциировал Влада с тем вождем, поэтому его чувства к рассказу становились немного личными.
– Несмотря на всю жестокость, которую он проявлял, она любила его? – уточнила я.
– Да. И она зачала с ним ребенка. Через девять месяцев у них родился сын.
– Сын должен был сменить его на престоле после его смерти?
– Да, по правилам племени старший отпрыск вождя становится следующим вождем, если не возникнет споров... – Фред замялся, словно задумался о чем-то своем, но быстро вышел из ступора. – Но их обычно не возникает.
Я вспомнила нашу неумелую попытку свергнуть вождя и улыбнулась. Но тут же одернула себя.
– А тогда? – спросила я. – Тогда возник спор?
Фред не ответил, он был погружен в свой рассказ:
– Вождь питал нездоровую страсть к одной девушке в племени. Она была молода, грациозна, красива. Однажды ночью он пробрался к ней в шатер и силой сделал своей. На следующее утро он провозгласил ее своей женой, жрец венчал их, а в скором времени у них родился ребенок.
– Мальчик, – у меня начали появляться догадки.
– Да.
– И вождь сказал, что отдаст ему престол? Так ведь? Он отказался от сына той, которая его любила?
– Ну, он не мог так просто нарушить закон племени. Но жрец был его другом, и они провели ритуал, чтобы вырвать из младенца его силу и передать ее другом сыну. Тогда мать мальчика прокляла вождя и его возлюбленную, она молилась богам, и они дали ей сил. Вождь со временем передал свою жену другому воину племени, но это не отменило проклятия. У женщины в скорости родилась дочь. После своего посвящения девочку начали посещать странные сны, которые стали сбываться. Так появилась первая пророчица.
– Так в этом и заключалось проклятие той женщины?
– Не совсем, – ответил Фред. – Вскоре она и ее брат-вождь... полюбили друг друга.
– Но они же были братом и сестрой! – возмутилась я. – Они... они не... они ведь не сделали ЭТОГО?
– О да! – воскликнул Фредди, и в его голосе звучало торжество. – И не раз.
Потом добавил почти шепотом:
– Они не могли этому сопротивляться. В этом и было проклятие.
Я не могла стоять – ноги подкосились, и я села. Перед моими глазами была пелена.
– Ты хочешь сказать, что наша с Владом... наши чувства – всего лишь проклятие? – я не могла дышать.
Моя любовь, мое безумие были вызваны проклятием, которое наложила прислужница с силой. Я уже не видела ничего правдивого, да и как видеть, если мое собственное сердце подвело меня?
Фредди подошел и обнял меня за плечи.
– Посмотри на меня, Полина, – он приподнял мой подбородок, заставляя взглянуть на него. – Ты знаешь, что я... чувствую к тебе что-то большее, чем просто симпатию...
«Слава Богу, не сказал «люблю», – подумала я.
– Я говорю тебе это, потому что хорошо к тебе отношусь. Эти союзы никогда не приносили счастья. За всю историю племени.
Потом он отстранился и посмотрел куда-то вдаль.
– Пока кто-нибудь из них не убьет другого... И не разрушит проклятие... – сказал он приглушенно и вышел. Я осталась сидеть на месте.
Получается, чтобы избавиться от наваждения, мне нужно убить Влада?
Все сказанное Фредди казалось мне бредом, но при этом все, что я чувствовала, обретало некий смысл. Смысл, в который мне никак не хотелось верить.
А потом я нашла письмо.
Я перебирала вещи в старом доме своей бабки и наткнулась на конверт. На нем не было никакой подписи, так что я без зазрения совести вскрыла его. Подчерк я узнала сразу – это был подчерк моей мамы.
«Мой дорогой и любящий муж!», – гласила надпись. Секунду я колебалась, читать мне дальше или нет, но любопытство победило во мне порядочность, и я продолжила.