Дневник

В Благовестье голубокполетит и до Крещеньязатаится в горних днях,в светлых высях золотых.В Благовестье в поле птиц,выбирающих со днапропитанье там и тут,тыща, но не соловьи.В Благовещение звонвысоко от колокольцевулетает и живётс голубицей неземной.В Благовестье Голубь самнадевает девам кольца.То колечко упасёт,если стража не со мной.7 апреля, БлаговещениеУТРАТЫ1. РаспряВенчальный плат, парижское кашне и – между ними.Лён синей надежды, и тонкорунней шерсти облака– заоблачных,для здешних, поколения земного («как ты да я»).Льняное холодит и согревает, щекочет горло шерсть,суля уют.А между ними, платом и кашне, живой огонь,нагая бесприютностьи чьи-то буквы, встроенные в лист.Но это, посуди, не есть ли бремя приданное:страданье-радость вкупе?И поступь лет в походке Командорас непрошеным пожатьем без затей.19, 20 апреля, Вход во Иерусалим2. Под музыкуВзамен души – велик ли океан,два острова, сад роз?… Карман амбиций,нимало ненасытных. Окаян —податель. Инструмент светло обидчив —рояль, виолончель… Не то душабессмертная: немеет – не дыша.Не красна вязь, гармонии взамен,значков начертанных (нот, букв и дальше).Замены правде нет. Бессмертная, заметь,как вещество, обёрнутое фальшью,темнеет без Подателя луча,теряя назначенье – различать.19 маяВ ПОЛНОЧЬ1Черным-черно, а на тебе! – весна.Ан нет, весны и след простыл – се лето.Всего и приключилось, что без нас,раскупорив зародыши вселенной,тепло перевязало пёстрой лентойпобеги изумрудные… Без снаоставив неготовых человеков,носящих по бессоннице за веком…2Черным-черно, а на тебе – в груди.Примстился соловей, невзрачней ночибезлунной – впору лампочку вкрутить…Но станет, верно, зябко с нею очень(бездушной, неповинного стекла)нам, алчущим – и света, и тепла.22 мая, Святителя НиколаяВослед (Своим путём)

Г. Е.

…А в Медон – побегу, в Фонтенбло —пешим ходом, хрустальным полётомстрекозы заводной… На табло —перелёт не отметить, поломанветхий перечень чисел и стран…И к сему – не готовится трап.Отойдя от обыденных травм,по земле похожу без опаски,в чьей утробе движение трав,первородный не ведая страх,возвещает всемирную Пасху.Под звездой в Женевьев-де-Буакаждый крест перечтён и отмечен,и промыт лик души добелаперешедших из времени в вечность.…Что осталось? Кламар и Париж…Целый мир, капля времени, вечер…Где сошлись тьма и свет – не в пари,а – всерьёз. Где в иначе – не верю.25 маяОСТРОВ К. (ОТЦОВО)1. Благословение

о. Александру

Что там, на оливковом Корфу,где тихо лежит Спиридон?Куда в запечатанном кофрепоклажу везёт скопидом —увы, не насельник вселеннойобители – брат-временщик,натужно снующий всё летос мамоной, поднятой на щит…Но шапку в бедняцких прорехахСвятой не сменил на уборс достоинством бренного злата;и только сияньем залатаннездешним (смотрите в упор!)её промежуток и атом.А рядом сестра Феодора —посмертная воля Небес;и всё осязание безднблаженства – в душе Антидора.Добраться до Керкиры, выплытьиз облак в морскую волнуи тотчас попасть на войнусвятую – в пожизненный выбор!8 июня2. Весь день…Что там, на дурманящем Корфу,дарующем запахи с гор?Где мы, как болящие корью,враз мечены: бог и изгой.Двух чаек полёт над водами,писк пигалиц-пташек в сосне…И даже бы если б вам далиувидеть – как вижу – во сне:зелёное, синее, в смеси,в касаньи, в слияньи – за край!Услышала б в ласковом смехеответном – сомнения крап.Корфу, 11 июня3Ни детская болезнь, ни взрослого усталостьнисколько и ничем не надобны воде,волне и рыбам в них, впадающей скалев неверную волну – пришла и не осталась.Когда смотрю на них, стыжусь своей затеиуспеть не быть собой; собою не успеть —не страшно ли, душа? Приходят и за теми,кто долго созревал и вовремя – неспел.Сравняются с тобой, не тонущая Корфу,беременность жены и мужа ремесло,которые дитя и выносят, и вскормят,и воина взрастят без упражненья слов.И будут да и нет, и Слово в тихом ветре —за этим и плыву в Ионической солик поднятой из глубин неповреждённой вере,сбывающейся в срок, как масло из олив.11 июня