Страница 25 из 59
— Надеюсь, вы тоже простите мне мою излишнюю горячность?
Не понимая смысла русских слов, Тэд интуитивно почувствовал, что надо согласиться с тем, что сейчас произнес этот русский.
— Да, — утвердительно кивнул он, пожав при этом руку Олега.
Мэри, стоявшая рядом, мысленно поблагодарила Бога за то, что все так хорошо заканчивалось в этот рождественский вечер.
Пройдя к столу, Тэд достал из пакета картонную коробку. Аккуратно открыв ее, он извлек оттуда свой подарок. Это была искусно воспроизведенная сценка появления Христа на свет. Маленькие фигурки Иосифа и Марии, стоявших у яслей младенца, и три фигуры волхвов, расположившихся чуть поодаль, были известны каждому христианину.
— Какая прелесть! Давайте ее в центр стола поставим? — предложила Мэри.
Она даже не могла предположить, что в колыбели, где лежала фигурка Иисуса-младенца, был вмонтирован высокочувствительный микрофон, передающий все, что произносили сидящие за столом.
Тэд, немного освоившись, начал согласно специально разработанной для него тактике ненавязчиво выводить собеседников к тому разговору, которой хотели услышать в своих наушниках люди, сидящие в спецмашине ФБР.
— Сэр, связь с домом установлена. Сигнал хороший. Он пока идет с основного жучка, — сообщил своему шефу агент Джонсон.
— Надеюсь, у него получится установить и другие жучки, — произнес Пол Адамс.
— Сэр, отец Мэри говорит мистеру Торнеру, что после свадьбы мистер Умелов и его дочь отправляются в свадебное путешествие на Филиппины.
— Отлично! Фиксируйте все, а я поеду в отель. Надо позвонить своим, Рождество все-таки.
— Хорошо, сэр.
Адамс попрощался с агентами, которые оставались дежурить в спецмашине. Выйдя на улицу, он сразу ощутил холодное дыхание Атлантики.
Утром, когда Мэри и ее отец крепко спали после весело проведенной рождественской ночи, Умелов тихо встал и прошел в столовую.
Подойдя к уже чистому столу, он аккуратно взял в руки подарок Тэда и перевернул его. Снизу картонки шли две тоненькие полоски, замазанные зеленой краской. Определив место, где они кончались, он перевернул картонку и увидел, что это место было прямо под колыбелью Спасителя. Приподняв фигурку младенца, он заметил вороненую сталь ободка мини-микрофона.
«Какое кощунство — использовать Иисуса для таких неблаговидных целей», — подумал Умелов.
Вернув композицию на место, он так же тихо прошел по всем местам, где вчера был Тэд Торнер. Внимательно проверив помещения общего пользования, Олег обнаружил еще два жучка в ванной комнате и холле. Теперь Умелов точно знал, что Тэд Торнер был завербован ФБР.
Что же, сейчас, когда Олег знал о том, что дом прослушивается, можно было использовать это для слива дезинформации. Но спешить в этом деле не стоило. Нужно было хорошенько подготовиться.
Часть шестая. В джунглях Лусона
Глава первая
Январь в Маниле — месяц особенный. Это может сказать каждый, кто хоть раз побывал на Филиппинах в это время года. Яркое, не слишком жаркое солнце, теплое море и белый песок городских пляжей делали этот зимний месяц благодатным раем для многочисленных туристов. К этому моменту сезон дождей уже проходил, а жаркий весенний период, когда от дневного зноя хочется быстрее спрятаться в прохладном номере отеля, еще не наступал. Это было самое лучшее время года для того, чтобы в полной мере насладиться прелестью мягкого климата Филиппин и ласковым дыханием теплых вод Южно-Китайского моря.
Для многих филиппинцев, живущих в столице, январь тоже был благодатным периодом. Наплыв иностранцев вносил существенное оживление в туристический сегмент экономики страны, чем пользовались многие горожане, чтобы получить дополнительные доходы.
Вито Гомес был из их числа. В свои двадцать пять лет он вполне прилично владел нескольким языками и прекрасно справлялся с функциями гида для многочисленных туристических групп, а если особенно повезет, то мог поработать и индивидуально на какого-нибудь богатого европейского клиента.
В этот сухой сезон Вито явно везло. Сначала он поработал гидом для пожилой английской супружеской четы, а когда те уехали, он по рекомендации своего родственника устроился переводчиком к русскому миллионеру, прилетевшему на короткий недельный отдых в Манилу вместе со своей секретаршей. А пару дней назад он (опять же по рекомендации другого своего родственника — водителя в местном туристическом агентстве) устроился переводчиком к японскому журналисту, прибывшему из Саппоро.
Этот японец, как оказалось, был не намного старше самого Вито. К счастью, кроме своего родного языка представитель Страны восходящего солнца свободно владел английским. Вито сразу же предложил тому общаться только на нем. Звали этого японца Татцуо Нагаи.
В первый же день работы журналист попросил Вито помочь ему связаться с редакциями ведущих филиппинских газет. Хотя Вито Гомес не имел никаких родственников в сфере средств массовой информации, он, как и большинство филиппинцев, решил не отказывать своему гостю. Для того чтобы выполнить просьбу японца, Гомесу пришлось обращаться к своему компадре Филиппе Родригесу, у которого был влиятельный родственник, имеющий связи в политических кругах Манилы. Выслушав своего крестника, Родригес помог организовать ему необходимые контакты и протекции в ведущих филиппинских СМИ. Получив от своего компадре список редакций газет с телефонами и именами главных редакторов, Вито принялся обзванивать их, чтобы согласовать время встречи с японским журналистом. Договорившись обо всех деталях, Вито передал список газет и график назначенных аудиенций японцу.
Татцуо Нагаи был очень доволен работой своего филиппинского переводчика, а по совместительству еще и помощника. Всего в списке фигурировало пять наиболее крупных филиппинских газет. Это были «Манила таймс», «Филиппин дейли инкуайрер», «Манила буллетин», «Малайа» и «Филиппин стар».
— Мистер Нагаи, вы возьмете меня на переговоры? — поинтересовался Вито, увидев довольное лицо японца.
— Конечно.
— А о чем вы будете беседовать на этих встречах? Если это не секрет.
Японец, улыбнувшись, ответил:
— Я хочу получить в этих газетах информацию о фактах, имеющих отношение к поиску золота на Филиппинах.
— Вы имеете в виду то золото, которое японцы спрятали здесь во время войны? — не сдержался Вито и тут же осекся, поняв, что этот вопрос может быть неприятен или неудобен для японского журналиста.
— Да, именно это я и имел в виду, — спокойно ответил тот.
— О! Это популярная тема в наших газетах. Я сам много раз читал различные статьи.
Японец, улыбнувшись, кивнул в такт словам Вито.
— А вы сами что-нибудь знаете об этой теме? — поинтересовался он у своего помощника.
— Я? Что вы! Я всего лишь скромный переводчик.
— А может, вы знаете кого-то в Маниле, кто мог бы мне помочь получить эту информацию?
Вито задумался, перебирая в памяти свою многочисленную родню.
— Я не уверен, — через несколько секунд продолжил он, — но мой компадре имеет очень влиятельных родственников, в том числе и в государственных органах Манилы. Я спрошу его об этом.
— Спасибо. Я буду вам обязан, если вы мне поможете.
В душе Вито поднялась волна гордости, ведь на Филиппинах было очень престижным оказать услугу кому-то, кто о ней просил. Считалось, что потом этот человек должен был чувствовать себя обязанным.
— Я хочу попросить вас еще об одном одолжении, — обратился к помощнику японец, заметив по мимике Вито, что тому нравилось выполнять просьбы.
Гомес снова сделал внимательное выражение лица.
— О чем?
— Послезавтра в Манилу из Америки прилетают мои друзья. Это молодая супружеская пара. У них медовый месяц, и они хотят провести свой отдых на Филиппинах. Мне нужно для них найти переводчика.