Страница 15 из 36
Сергей вышел из лифта на пятом этаже, здесь располагался кабинет одного из вице-губернаторов Леонида Селантьева, к которому и направлялся Потапов.
Но почти в дверях лифта Сергей столкнулся со знакомым ему чиновником администрации Борисом Борщевым. Он работал первым помощником другого вице-губернатора, Василия Горского.
— Сергей Владимирович, добрый вечер, — заулыбался Борщев, — я вам, батенька, звонил уже сегодня. Так что я вас жду, у нас к вам есть небольшое дело.
Потапов посмотрел на невысокого, хрупкого телом Борщева сверху вниз.
Первый помощник улыбнулся, мелкие и острые черты его лица ещё больше обострились, умные внимательные глазки смотрели выжидательно.
— Конечно, если у вас есть время для этого, — добавил на всякий случай Борщев.
Впрочем, отказать в этой просьбе чиновнику такого ранга, как Горский, было бы со стороны Потапова невежливо и даже глупо.
— Хорошо, — согласился Сергей, — я с удовольствием пообщаюсь с Василием Семёновичем.
— Я уверен, что господин Селантьев не обидится, мы задержим вас ненадолго, — добавил Борщев и сделал пригласительный жест рукой.
Кабинет Горского находился на этом же этаже, чуть дальше по коридору.
Они вошли в просторные апартаменты Горского, хозяин, встав из-за стола, вышел навстречу Потапову и сердечно пожал ему руку.
Вице-губернатору Горскому было чуть больше сорока пяти, но выглядел он старше своих лет. Он был высок ростом и крупного телосложения, пиджак с трудом скрывал большой живот.
Горский носил дымчатого цвета очки, туманные стекла которых отнюдь не скрывали острый пронзительный взгляд их обладателя.
— Здравствуйте, Сергей Владимирович, — поздоровался Горский, — я слышал об этом… трагическом происшествии, которое случилось с вами вчера, когда погиб ваш партнёр по бизнесу.
Надеюсь, что для вас эта трагедия прошла без тяжёлых последствий.
— Это покажут время и дальнейшие события, — ответил Потапов, — ведь я пока не знаю, кто стоял за этим покушением. Но в любом случае спасибо за сочувствие.
Горский, выслушав Потапова, ничего не сказал в ответ, пригласил его присесть за длинный стол, стоящий в центре кабинета.
— Думаю, можно смело утверждать, что многие политики и деловые люди с тревогой услышали о том, что вы были на волоске от смерти, — продолжил Горский, когда они с Потаповым сели напротив друг друга.
Борщев же, не дожидаясь команды своего шефа, покинул кабинет.
— Нашу общественность сложно чем-либо удивить, а тем более растрогать, — усмехнулся Потапов. — Для бизнесменов одним конкурентом было бы меньше, а для политиков…
— Позвольте за политиков высказаться мне, — улыбнулся Горский, — поскольку серьёзные политики области всегда с интересом прислушивались к вашему мнению, как одного из самых уважаемых предпринимателей.
«И, как правило, поступали наоборот, — улыбнулся про себя Потапов, — поскольку все вы, политики, одинаковы, вам я прежде всего нужен как денежный мешок, с помощью которого вы сможете прийти к власти или остаться у властного руля ещё на один срок».
— Вы же знаете, что скоро близится кампания по выборам губернатора, — продолжал вице-губернатор, — и ваше мнение, ваш голос, не сомневаюсь, будет одним из самых заметных в общем распределении голосов.
«Вот поэтому вы и забеспокоились слегка, когда меня чуть не укокошили перед самыми выборами. Кто бы вам оплачивал ваши избирательные кампании? — не без грустной иронии подумал Сергей. — Впрочем, мои деньги можно использовать и без меня».
— Спасибо за столь лестные оценки, — улыбнулся Потапов, — полагаю, что наша сегодняшняя беседа если не о самих выборах, то на тему, близкую к ним.
— Вы правы, — согласился Горский, — мне хотелось бы услышать ваше мнение по нескольким беспокоящим руководство области вопросам.
«Похоже, он собрался баллотироваться в губернаторы, — подумал про себя Потапов, — и сейчас он мне будет разводить свою политическую лабуду по поводу беспокойства за судьбу области и даже страны и необходимости прихода к власти новых людей, а потом предложит поддержать политическое движение с ним во главе. Как оно у него там называется? Народный реформатор или реформы из народа, впрочем, это не важно, главное, что он во главе. Хотя он прав, во власти он скорее новый человек. Год отработал министром, потом стал вице-губернатором, первым вице-губернатором… Интересно, что он скажет в пользу необходимости поддерживать его».
— Что же именно беспокоит руководство области в предстоящей избирательной кампании? — вслух спросил Потапов.
— Как всегда главное, чтобы к власти не пришли разные проходимцы, безответственные люди, — ответил Горский, — в этом смысле расклад нынешней избирательной кампании вызывает большую тревогу и опасение.
— По-моему, — пожал плечами Потапов, — нет ещё никакого расклада, борьба ещё только начинается.
— Боюсь, что вы ошибаетесь, — возразил Горский, — избирательная кампания уже идёт, пока на стадии консультаций и формирования избирательных блоков. Сейчас складываются коалиции, которые беспокоят губернатора. Ему не безразлично, кому он передаст своё политическое наследство — здравомыслящему политику или оголтелому бандиту.
В этой связи мне хотелось бы знать, на чьей вы стороне: на стороне власти или на стороне мафиозников.
Потапов недоуменно пожал плечами и, усмехнувшись, ответил:
— Вопрос поставлен так, что другого ответа и не предполагает, я, конечно же, на стороне власти, разумной и прогрессивной, как вы только что сказали.
Внутренне, выслушав Горского, Потапов напрягся — каждый раз, когда речь шла о борьбе с бандитами, о том, чтобы не допустить их во власть, имелось в виду притеснение соперников.
Зачастую при этом страдали люди, не имеющие никакого отношения к преступному миру, но так или иначе перебежавшие дорожку какому-нибудь политическому лидеру или чиновнику.
— Скажите, Василий Семёнович, а вы сами готовы баллотироваться на пост губернатора? — неожиданно спросил Потапов.
Вопрос несколько смутил Горского, он отвёл взгляд, видимо, размышляя, стоит ли раскрывать карты, и неопределённо передёрнул плечами.
— Я спрашиваю так потому, — добавил Потапов, — что слухи об этом уже активно циркулируют в коридорах власти.
— Честно говоря, я ещё не принял решения, хотя, не скрою, подобные предложения поступали от разных людей. Не буду также скрывать, что самым ценным было для меня мнение губернатора о поддержке моей кандидатуры в случае, если я соглашусь баллотироваться.
Горский бросил на Потапова пронзительный взгляд и продолжил:
— Поддержка власти — это немало, но для меня немало значила поддержка продвинутой части бизнеса, к коей я отношу и вас. Если такие люди, как вы, выскажут мне доверие, я уже без сомнений приму это решение.
Горский снова замолчал, затем спросил Потапова:
— Каковы ваши планы, Сергей Владимирович, на этих выборах? Ваше движение за экономические свободы пользуется популярностью в области. Вы сами-то кого собираетесь поддерживать?
— Я лишь второй человек в этом движении, — скромно заявил Потапов, — формально лидером является ваш коллега — господин Селантьев.
— Да бросьте вы, мы же здесь не дети, все прекрасно понимаем, — на багровом лице Горского отразилось подобие ухмылки, — Селантьев — ваш выдвиженец, основную же роль в выдвижении играете вы — человек, у которого есть деньги. Что же касается Селантьева, то, надеюсь, вы прекрасно понимаете, что его шансы на этих выборах очень незначительны. Скорее вам нужно договариваться, чтобы Селантьев сохранил своё место в областном правительстве. Думаю, что это реально.
Потапов молча обдумывал слова своего собеседника. Горский выжидающе смотрел на Сергея, не торопя его с ответом. Наконец Потапов произнёс:
— — Что же, я приму к сведению все, что вы мне сказали сегодня, но мне нужно все это обдумать.
— Для долгих размышлений нет времени. — Полные губы Горского расплылись в тяжёлой натужной улыбке. — Судья уже сделал отмашку, старт дан, и лошади помчались по кругу, а вы ещё не сделали ни одной ставки. Вы можете опоздать — финиш наступит очень скоро.