Страница 70 из 223
…абсолютно одинаковые крошечные капли, проступившие через равное расстояние друг от друга, и каждая капелюшка соединена с соседней посредством паутинки того же цвета. Эта сеть полностью покрывает тощенькое девичье тельце. Пытаюсь ногтём подцепить одну из нитей, она подтягивает за собой остальные. Капельки твёрдые, словно окаменевшие, представляю, каково это — лежать на тысяче горошин! Бедная наша Принцесса: кожа-то у неё вполовину новая, регенерированная, видимо, чувствительная, понятно, почему Геля так вертелась, всё пыталась стряхнуть с себя эту гадость.
И как мне ей помочь?
Тяну сетку на себя. Та подаётся, растягивается, расширяя отверстия… Если получится, я смогу снять её, как чулок.
Э-э, пожалуй, начать нужно сверху. Где-то в районе Гелиной макушки подцепляю наугад ещё одну нить, раздвигаю руками получившееся отверстие. Паутины нехотя, но растягиваются.
— Давай-ка, немного поднимемся, дорогая, — обращаюсь я к девочке, стараясь подражать заботливой интонации сэра Майкла. Помогаю ей, а сама при этом стаскиваю с неё эту непонятную субстанцию, которая, и действительно, как чулок, заворачивается валиком. Когда, наконец, всё заканчивается, Геля вздыхает с облегчением и прикрывает веки. Начинает дремать.
Машинально скатываю снятую сетку в клубок, отшвыриваю на пол. Надо бы снова надеть рубашку, что-то прохладно к ночи становится, да жаль беспокоить девочку, а потому я просто прикрываю её вторым одеялом. И невольно любуюсь точёным личиком.
Как, каким ветром её сюда занесло и подвязало со мной в один квест? Наверное, я этого так и не узнаю. Но эти три дня, что мне остались, постараюсь отдать ей полностью. Нужно же мне кого-то любить, в конце концов!
Надо попросить у Яна ещё одно одеяло. Направлясь к двери, случайно поддаю носком ярко-красный камешек, и тот, срикошетив от стены, подлетает к моим ногам. Откуда он взялся?
Поднимаю с пола, приглядываюсь… и узнаю. У меня в руке — миниатюрная копия Королевского рубина, разница только в размерах: мой был величиной с крупное яблоко, а этот — со сливу. И это всё, что осталось от камня и от кокона? Некая остаточная эманация, отголосок живительной силы, что до недавнего времени ещё таилась в ожившем теле, а потом по какой-то причине проступила наружу. Должно быть, сочла свою миссию выполненной.
А вдруг это какой-то бонус? Ну, например, за то, что была рядом с ведуньей в последние часы? Или… за недавних степняков, например? Впрочем, они же не квестовые, я забыла. Тогда за что?
Покручиваю рубин в пальцах, он теплеет и словно размягчается. А что делают с бонусными драгоценными камнями? Их вставляют в разные предметы — в оружие, шмотки, обувь, были бы сокеты, и тогда к вещам прибавляются различные полезные свойства. Навешивается магия. Подумав, снимаю Васютин браслет. Нет, гнезда для камня не вижу, но в одном из завитков орнамента какое-то округлое углубление, вроде вмятины, которой раньше не было, к ней я и прикладываю рубин. Он нагревается сильнее, дрожит, слегка уплощается — и прирастает. Теперь это уже не шарик, а полусфера, кои встречаются на старинных украшениях и книгах, дошедших до нас с тех времён, когда драгоценные камни не гранили, а только шлифовали.
А вдруг он выпадет? Пробую отколупнуть рубин, но тот не поддаётся. Значит, случайно не потеряется. Но если мне понадобится его вытащить, продать или сменять на что-то? Камень мигает солнечным зайчиком и отпадает. Сам. Опешив, пристраиваю его на место.
Сделав пару попыток и убедившись, что рубин можно вынуть и вставить исключительно по моему желанию. Н-да, это действительно бонус, потому что подогнан и под меня, и под мою вещь. Что ли — спасибо? Ведь полезная штука, должна давать владельцу постоянные плюсы к здоровью.
— Спасибо, — неуверенно говорю вслух. Слышишь ты меня или нет, но надо признать, правила ты соблюдаешь.
Похоже, я настолько обвыкла в этом мире, что уже перестаю удивляться. В другое время я бы долго приходила в себя от последних событий, но сейчас я вспоминаю лишь: я же собиралась за одеялом…
Нахожу Яна в зале. Уже темно и на стойке горят две масляных лампы. Да тут у хозяев настоящие касса с бухгалтерией! И журнальчик какой-то раскрыт, вроде приходно-расходной книги, и монеты в столбики рассортированы. Серьёзный подход, однако. Хочу ретироваться, но Янек приветственно машет рукой: заходи, мол, не помешаешь.
— Да у тебя своя казна, — говорю с уважением.
— А как же? Деньги счёт любят. Тут и твоя доля, между прочим, — отодвигает в мою сторону несколько жёлтых столбиков. — Тридцать монет. Бери.
— Э, э, — говорю строго, — лишнего не возьму! Мы с Васютой сговаривались на пятнадцати!
— Ну так, — он неспешно отвечает, — премиальные полагаются. Заслужила. Бери-бери, счёт дружбы не теряет!
Пересыпает монеты в небольшой кожаный мешочек и затягивает его шнурком. Получается что-то вроде маленького ридикюльчика. Я почтительно взвешиваю его на руке: ого! Неужели и в самом деле золото? Это на сколько же колец и серёжек потянет?
— Ну, спасибо. А где же мне его хранить?
Он пожимает плечами.
— В укладку сунь, в угол, чтоб потом долго не искать. Подожди, я сейчас закончу.
Некоторое время сижу смирно за ближайшим столом. Есть какая-то деталь в нашем последнем разговоре, которая меня беспокоит. Наконец, вспоминаю.
— Ян, — влезаю, — извини, не помешала? А что это ты говорил про то, что тебе можно со мной в дорогу, потому что ты не Наставник? А им, значит, нельзя? Это ещё какие-то правила, которых я не знаю?
Он ссыпает монеты в ящик под стойкой.
— Нельзя наставникам в квест, бои получаются нечестные. Трудно удержаться, чтобы своему не помочь. Вот и держат их на местах. У каждого — поводок, чтоб не ушёл с Учеником.
— Какой поводок?
— У Васюты, например, я. Ты думаешь, он не хотел сам с тобой пойти? Только на другой же день меня хоронить пришлось бы… — Ян говорит буднично, как о какой-то житейской мелочи. — У каждого есть близкий, родственник, друг. Одиночек в Наставники не берут.
Поэтому у Лоры нет детей. Зато у неё есть Аркадий. Тоже поводок.
— А сэр Майкл?
— У него мать с сёстрами, где-то далеко, в замке. У Маги — родители.
— Погоди, так Мага тоже Наставник?
— Конечно. Некроманты редко встречаются, для них Наставничество обязательно…
Некроманты? Словно за шиворот мне засовывают охапку снега. Мага — некромант?
Так вот что имела в виду Гала, говоря, что ему после смерти лучше не попадаться!
Мне просто не до того было, чтобы в тот момент думать над услышанным.
— …Хоть и не шибко их любят, — завершает Ян фразу. — Ну, вот что мы имеем. — Он подбивает итог. — У нас с тобой на двоих сто тридцать монет. На броньку тебе хватит да на лук боевой, вместо нашего учебного, на коня нормального, не такого, как твой недорослик, да на запас в дорогу. Себе кое-что подновлю. Доспех у меня полный, а вот копьё нужно, Васютино я пока не потяну.
— А меч? Меч будешь покупать?
Это я вспомнила тот, трофейный, что остался у Лоры. Может, подойдёт?
— Есть свой.
Кидает тетрадь в ящик.
— Всё. Запас проверен. Пошли спать, утро вечера мудренее.
Не удержавшись, фыркаю. Он обижено смотрит.
— Да это я так, — говорю. — Нравится мне, что ты такой хозяйственный. Спокойной ночи, Ян. Спасибо.
Луна заглядывает в окна. Надо бы ложиться, но не могу. Выхожу посидеть на крылечке и пытаюсь понять, отчего так тревожно?
Мага.
Он меня беспокоит. Почему он так себя ведёт? Ведь с другими-то он иной, я же не слепая. И Галу поцеловал на прощанье, и на ухо шептал что-то утешительное, а уж как она-то на него смотрела напоследок… И Гелю разговорил, и с сэром, и с Яном вёл себя вполне корректно, а со мной — почти по-хамски.
Может, я себя накручиваю, и не надо придумывать лишнего? Может, ему просто не по душе такой тип женщин? И теперь думает: вот навязали на мою голову не пойми кого… А ему, например, нравятся исключительно такие молоденькие Гелечки, утончённые, как он сам… Невольно его вспоминаю.