Страница 19 из 62
— До последнего момента мне нравилось, — глухо ответил Фагот.
— А чего ты еще хотел от жизни? Живи настоящим, — Тихон встал из-за стола и заходил по комнате. — Тебе было хорошо с ней, и все было настоящим — женщина и ощущения. Да, она проститутка, очень умелая проститутка, просто классная, таких даже в Москве немного.
— Сколько я тебе должен? — выдавил из себя Фагот.
— Что я слышу? — усмехнулся Тихон. — Ты мне не должен ничего, а вот она должна молиться на тебя. Она проштрафилась, хотела зажать деньги за левого клиента. Я ее вытащил, не то пришлось бы ей, милой, отрабатывать субботник с бригадой пацанов бесплатно, причем по всем позициям. Вместо этого она культурно провела утро с тобой.
— Ты сильный человек, — сказала Роза.
— Сейчас нет, — на лице Никиты читалось отвращение, он торопливо надевал штаны и рубашку. — Тихон, ты страшный человек.
— Знаю. Все сильные люди страшны тем, что умеют более слабых заставить исполнять свою волю.
— Ты хочешь, чтобы я разуверился в жизни? — Никита, уже не стесняясь, называл Тихона на «ты». Тому это льстило: обращение на «ты» — высшая форма доверия. Выросший без отца Фагот мог называть на «ты» только того, за кем признавал права родителя.
— Разве что-нибудь изменилось? — изумился Тихон. — Женщина осталась прежней, ты удовлетворил свои желания. Я преподал тебе урок, жестокий, но он пошел тебе на пользу. Теперь ты и на свою правильную студентку посмотришь другими глазами, она точно такая же, все женщины одинаковы. Но одни притворно играют в любовь, другие в общении прямолинейны.
— Сегодняшний день ничего не изменил, — сказал Фагот.
— Я в этом и не сомневался. Но ты все же понял, что на студентке свет не сошелся клином. Твоя избранница — отличная девчонка, но есть более умелые, более красивые и умные.
— Я могу одеваться? — спросила Роза.
— Ты поработала хорошо.
— Хочешь встретиться с ней вновь? — спросил Тихон у Фагота.
Тот, наконец, сумел найти рукава в рубашке. Лицо его по-прежнему покрывал румянец.
— Посмотри на себя в зеркало, — посоветовал Тихон. — Никто никогда не должен видеть, что делается у тебя в душе, если, конечно, ты сильный человек.
Фагот, пересилив себя, подошел к гардеробу, глянул на себя в огромное зеркало. Еще совсем недавно он краем глаза наблюдал в это зеркало за собой и Розой. «Мир остался прежним, — пытался убедить себя Никита, — ничего не изменилось».
Но у него было такое ощущение, будто вместо яркой стопятидесятиваттной лампочки кто-то вкрутил тусклую двадцатипятиваттную. Цвета поблекли, Роза уже не казалась такой восхитительной.
— Ты не обижаешься на меня? — спросила Роза.
— За что?
— За то, что я не сказала тебе сразу, кто такая.
— Зачем?
— Ты бы знал, на что рассчитывать в дальнейшем.
Тихон достал сигарету, закурил. Дым, подхваченный сквозняком, тонкой струйкой потянулся в форточку.
— Эта квартира досталась мне по случаю, — сказал он. — Мне она ни к чему, если хочешь, встречайся здесь с Розой.
— Я не буду брать с тебя деньги, — глядя на Никиту, сказала девушка.
— Нет, только за деньги.
— Как хочешь.
— Я не живу с ее профессии, — усмехнулся Тихон, — мы проворачиваем другие дела. Так что, если хотите стать друзьями, то подайте друг другу руки.
Уже одетый Фагот и все еще обнаженная Роза подали друг другу ладони, но никто не спешил пожимать первым.
— Ну же, — Тихон положил свою руку на их ладони, — пожмите друг другу руки. Или вы стесняетесь? — засмеялся он. Наконец, Фагот заставил себя посмотреть Розе в глаза.
«Как я раньше этого не заметил, ее глаза, словно две новенькие десятицентовые монеты. Да, она станет что-то делать без денег, но только в том случае, если наперед знает, что впоследствии заработает больше. С Розой нужно держать ухо востро».
— Держи ключ, — Тихон бросил кольцо с прицепленным на него маленьким ключиком. — И тебе, Роза, совет: не теряй тот ключ, который я тебе дал. У этого пацана большое будущее.
— Я почувствовала это.
— Вас оставить до вечера одних?
— Нет, — тут же ответил Фагот.
— Тогда продолжим учебу. Эта девушка еще пригодится тебе в жизни. Случается, Никита, поганое настроение, когда ты не можешь совладать с собой, вот тогда и приходит время женщин, подобных ей, — Тихон говорил, не стесняясь присутствия Розы, та все сказанное воспринимала как комплимент. Карманник остановился в дверях:
— Вы идете со мной, Никита?
— Идите, мы задержимся на пять минут. Вор подмигнул Фаготу:
— Ты уверен, что справишься за такое короткое время? — и, не дожидаясь ответа, захлопнул дверь.
— Ты наперед знала, что я не уступлю тебе дорогу? — спросил Фагот.
— Конечно. Мне сказал об этом Тихон. На этом строилась вся игра.
— Спасибо за откровенность.
— Ты хотел бы встретиться со мной вновь?
— Не знаю. Сейчас я не могу ответить на этот вопрос. Извини.
— Никогда не извиняйся. Роза привстала на цыпочки и поцеловала Никиту в губы.
— Запомни, — сказала она, прикасаясь пальцем к кончику носа парня, — это я сделала сверх программы. Об этом поцелуе Тихон меня не просил. Тихон сидел за рулем «Волги» и благостно улыбался:
— Ты не в претензии ко мне, Никита?
— Даже не знаю, — пожал плечами Фагот.
— Кем ты меня считаешь? — спросил вор.
— Вы мне сейчас как отец, но не знаю, будь он жив, устроил бы он мне такое испытание?
— Я тебе больше, чем отец, в том-то и дело. Я могу быть к тебе более жестоким, и в этом мое преимущество. Мечта каждого родителя — чтобы его сын превзошел отца. Более высокого положения, чем имею сегодня я, мне уже не достичь. Я не стал короноваться на вора в законе. А это не то предложение, от которого легко отказаться. Именно поэтому я выше других блатных. Я одиночка, живущий по понятиям криминального мира, — Никита кивнул. — Именно поэтому вор не должен иметь ни жены, ни детей. Как я.
Машина плавно тронулась с места. И вновь Никита не поинтересовался, куда они едут, понимая, что находится в полной зависимости от Тихона — сам, добровольно отдался в его руки, доверил ему свою жизнь.
«Если бы кто-нибудь, — думал Никита, — сказал мне сегодня утром, что я, забыв о своей любимой, брошусь в объятия проститутки, я бы посмеялся над ним. Но, оказывается, опыт имеет преимущество над молодостью. Тихон все пережил раньше меня, он знает все наперед. Он устроил мне что-то вроде вакцинации, когда прививают болезнь в слабой форме. Немного поднялась температура, затем пара бессонных ночей — и зараза уже никогда не возьмет человека. Мне для разочарования хватило полчаса, куда хуже, если бы это длилось полгода или год».
— Тебе есть о чем подумать, — засмеялся Тихон.
— Да. Подбросил ты мне пищу для размышлений. «Волга» миновала кольцевую дорогу и неслась прочь от города.
— День сегодня выдался отличный, — произнес Тихон, сворачивая на проселочную дорогу, ведущую в лес. — Последние хорошие деньки в этом году.
Машина въехала в лес. Долго петляла по разбитой грунтовой дороге, пока, наконец, не остановилась на большой поляне. Трава здесь росла высокая, выше колена.
— К сожалению, я не видел, как тебя били, — сказал Тихон. — Но, думаю, тебе не хочется, чтобы это повторилось?
— Еще бы!
— Я никогда не отличался физической силой, — говорил Тихон, прохаживаясь по поляне. В чисто городском прикиде он выглядел здесь абсолютно чужеродным элементом. Казалось, карманник недавно вышел из оперного театра. — Вопрос всегда упирается в силу воли, — продолжал Тихон. — У кого она есть, тот побеждает. Держи, — он выхватил из кармана складной нож-бабочку и, высоко подкинув, бросил его Никите. Тот изловчился, поймал нож, неумело взял его в руку. — Ты держишь его, как палку, а он должен стать твоим продолжением. Ощути его. Нож всегда живой, если он в умелых руках. В пальцах Тихона появился отточенный советский пятак.
— Как ты думаешь, кто сейчас победит, схватись мы по-серьезному?