Страница 69 из 73
И тут луч камня ударил по горе, в которой прятались дети. Гора рассыпалась, и на небольшой площадке, сплошь покрытой мелким камнем, встала взъерошенная Кзора, заслоняя собой малышей. Местор кинулся на подмогу, но он не успел. Красно-фиолетовый луч коснулся площадки, и все дети пропали. На этом месте осталась стоять только Кзора с Тоей и его младшим сыном, которые были ближе всего к матери.
Король кальбрутов дико взревел, и в ту же секунду он оказался рядом с оставшимися членами семьи. Он приготовился защищаться. И тут случилось то, чего не ожидали ни колдун, ни Местор. Его маленькая дочь немного выступила вперед, и очередной луч камня наткнулся на какой-то купол, полностью отбросивший его. Неужели спасение? Местор уже хотел позвать оставшихся кальбрутов под защиту этого купола, как неожиданно сверкнула мощная вспышка фиолетового цвета. Она была настолько мощной, что король потерял на несколько мгновений зрение. Когда же оно к нему вернулось, то Местор был просто потрясен увиденным: все, кто был на плато, пропали. Нигде никого не было. Абсолютно. Остались только колдун и король кальбрутов со своей семьей.
Кальбруты приготовились обороняться — биться не на жизнь, а на смерть. Но тут Местор почувствовал, как почва уходит из-под ног, какая-то сила отрывает его от земли и несет вверх. А еще более мощная сила запускает в его сознание туман.
Это последнее, что смог запомнить Местор.
— Судя по всему, колдун сам не знал, что, взяв в плен камня волшебника того мира, который закроет кристалл для него навсегда, он лишит себя силы. Ведь камень вобрал в себя энергию и жизни оставшихся кальбрутов — он не мог ни убить свое детище, ни причинить ему вред. Но, повинуясь воле колдуна, камень остановил время их жизни, — сказал один из членов Совета, продолжая дискуссию, начатую с вечера. Было уже далеко за полночь, все дети давно спали, а мы участвовали в дебатах, которые возникли после рассказа короля кальбрутов. Местор и Кзора тоже с интересом слушали наши рассуждения — им было любопытно все, они ведь долгое время отсутствовали.
— А как попал Черный замок со скалой в межмирье? — заготовила я для Совета новую головоломку.
— Ну, о том, что представители Зубара (кивок в сторону делегации во главе с Кемтесом) могут ходить в слоях миров, когда им что-то угрожает или просто требуется, знают все. Кристалл родом из этого же мира, — последовало выразительное пожатие плеч, — значит, колдуну понадобилось скрыться, или сам камень решил уберечь заключенных в нем кальбрутов и перенес свое новое местопребывание в безопасное место. Это одно из предположений...
— Резонно. С миром Зубар теперь почти все понятно. Зато возникает масса вопросов по Фабсу. Например, куда делся наследник Миледи, помогавший кальбрутам. Не мог же он ничего не оставить!
— Кроун был уверен в победе! Значит, он как-то подстраховался, что-то предпринял, чтобы вернуться самому или вернуть своих предков, — вставил Местор.
— Если бы он что-то оставил... Никаких развалин старого замка, тем более заколдованного и целого, никогда не было! Ни в летописях, ни в сказаниях, НИГДЕ! Куда все могло деться? Ведь не мог же он взять и растаять как снег, в самом деле! — все удивлялась я, рассчитывая, что общими усилиями мы сможем найти ниточку к тайне моих предшественников.
— Вероятно, колдун, узнав, что правитель с семьей могут быть расколдованы и вернуться (из рассказа Местора следовало, что правитель тех лет имел очень серьезную силу против колдуна, особенно, когда еще не было Телоифа), перенес весь дворец со всеми его жителями, находившимися внутри, в мир, который не представлял для него никакой угрозы, скрыв таким образом весь род Миледи от посторонних глаз, — выдал догадку кто-то из Совета.
— Хотите сказать, что он просто забросил весь дворец и правителя в один из неизвестных нам миров?
— Во всяком случае, он мог сотворить подобное.
— Тогда почему появилась я?
— Это, наверное, и была козырная карта Кроуна... — снова вступил в полемику король кальбрутов.
— Столько еще загадок!
— Хочешь сказать, ты их не любишь? — тихо спросил меня Фар.
Мы разошлись уже утром. Местор с Кзорой устроились здесь же, в саду, собираясь дождаться своих малышей и потом вернуться домой на плато. Мы пожелали им хорошо отдохнуть и разошлись по своим комнатам во дворце.
— Фар, как ты думаешь, почему колдун разделил кальбрутов? Часть «вакуумно упаковал» в каменный монолит, который сейчас стоит в зале Совета, а часть просто превратил в статуи? Ведь было бы намного спокойнее упаковать их всех!
— «Упаковал» он, как ты выразилась, только беззащитных малышей, а те несколько взрослых, которых сумела рассмотреть Тоя, оказались там случайно. А вот Местор, Кзора и один из братьев попали под защиту новой белоснежной волшебницы мира Зубар, поэтому колдун не смог ничего с ними сделать, а только остановил время их жизней.
— Может, это и не колдун вовсе сделал...
— А кто? — удивился нан.
— Камень!
— Телоиф бы их тоже «заморозил». Если только он не сделал это с поправкой колдуна.
— А я о чем? Может, предложим Тое подумать, как вынуть из того булыжника своих братьев и сородичей?
— Думаешь, она сможет?
— Думаю, да. Только она и сможет это сделать. — Я зевнула. — Давай, завтра проводим короля с королевой до самого их дома, а заодно захватим монолит с собой. Может, там, на месте, на ИХ МЕСТЕ, мы вернем кальбрутов из камня в мир?!
— Надо еще и кристалл вернуть к нам в мир! — весомо заключил нан.
— Само собой. Буквально на днях и провернем это дельце. — Я уже взялась за ручку двери, когда услышала задумчивый голос Фара:
— Если хорошо подумать, то многие населяющие наш мир существа имеют какую-то защиту от волшебства, — я ХОРОШО подумала и кивнула, — а вот волшебников почти нет! Только белые наны. Это значит, — продолжал размышлять вслух Фар, — что они должны быть. Если же верить тем книгам, которые мы смогли найти, и тому, что мы услышали от Местора, то сейчас, когда камень наконец-то снова открыт, у нас начнут появляться волшебники! А белых нанов станет рождаться гораздо больше.
— Само собой, — сонно повторила я, — спокойной ночи... В смысле приятных сно-о-ов.
Сразу после обеда мы все переместились на плато горы Гратх. Местор с женой пошли осматривать свои владения, оставив малышей на нас. Тою мы подготовили еще в Серебряном дворце, и теперь она задумчиво стояла перед камнем, в котором были заключены ее родные и знакомые. Мы с Фаром ожидали прибытия группы поддержки — вызванных в срочном порядке из разных городов белых нанов.
Прибыли они быстро и, осмотрев камень, сразу дали несколько советов Тое, как нужно его «расколдовывать». Король с королевой уже показались на краю плато, возвращаясь назад, когда их белоснежная дочь, поставив свою лапку вместе с белыми нанами на камень, стала быстро что-то шептать. Их манипуляции еще были не закончены, когда коронованные супруги подошли и с удивлением посмотрели на эту композицию. Я дождалась, когда взгляд Местора обратился ко мне, и многозначительно приложила палец к губам.
Через несколько минут наны с кальбруткой закончили и отошли в сторонку.
— Что все это значит? — тут же спросил Местор, внимательно рассматривая камень, над которым только что стояла его дочь.
— Если все получилось, то сейчас увидишь, — улыбнулась ему Тоя и, подойдя поближе, прижалась к его могучей лапе.
Все, кто находился на плато, уставились на камень и застыли в ожидании. Между тем по его поверхности словно пробежала какая-то волна, и он стал искрить, раскидывая брызги света во все стороны. Искры не были одного цвета, а постоянно менялись, словно салют в честь праздника. Потом камень как бы вздохнул и замер на несколько минут. Мы не двигались, он тоже.
— Наверное, механизм заело, — привычно проговорила я, а Тоя, услышав мой комментарий и игнорируя окрик отца, быстро подошла к камню и, поставив снова на него лапку, что-то сказала.