Страница 68 из 73
— Но у нас нет волшебников! — воскликнул Местор.
Учитывая, что его могучий голос по сравнению с правителем Фабса звучал как водопад рядом с ручейком, то от его восклицания разве что горы устояли. Но волшебник даже не поморщился, а спокойно возразил:
— Уже есть.
— Кто?! — удивился кальбрут.
— Твоя дочь, Местор.
Король кальбрутов был настолько поражен, что даже не нашелся что ответить, он только тяжело повернул голову в сторону своей семьи. Жена с детьми была неподалеку. У Местора было три сына и одна дочь — белоснежная Тоя.
— Как она может быть волшебником? — Кальбрут снова обратил свой взор на Кроуна.
— Очень просто. Твои дети родились через пару дней после того, как камень был открыт.
— Нет, ты что-то путаешь! Когда снесло гору Виладу, моим детям было уже больше недели!
— Гору снесло не в момент открытия камня, а в момент его первого неумелого использования, — так же спокойно пояснил правитель Фабса.
— Но с чего ты взял, что именно мои дети... то есть именно Тоя — волшебница?!
— Очень просто. Во-первых, насколько я знаю, у вас никогда до этого не было белых кальбрутов. Так?
— Да-а, — кивнул Местор, вспоминая, как удивил его и обрадовал тот факт, что именно у него родился такой ребенок — ни у кого до этого подобных не было.
— Во-вторых, — меж тем продолжал Кроун, — ты не обращал внимания на некоторые странности у дочки?
Волшебник замолчал, а король кальбрутов задумался. Замечал ли он странности у дочери? Да, замечал! И не раз. Например, где-то с неделю назад летящий на нее с горы огромный камень неожиданно рассыпался на множество мелких и фонтаном разлетелся в разные стороны. Все так переволновались из-за Тои, что про такую мелочь сразу же благополучно забыли. Дня три назад птица, на которую Местор нечаянно наступил и превратил в гору перьев, после того как дочь постояла над ней некоторое время, неожиданно ожила и быстро улетела. А буквально вчера, играя со своими братьями в прятки, Тоя как-то умудрилась быть не замеченной ими, сидя только в трех метрах от братьев и на открытом пространстве! Над всем этим Местор как-то не задумывался, не до того было. Теперь же все стало очевидно.
— Ты считаешь, что моя дочь — волшебница? — все же уточнил кальбрут.
— Я в этом уверен. Только вот что я скажу: об этом теперь знаем я и ты, если потребуется, скажи жене и больше никому! Чем меньше об этом знают, тем лучше.
— Почему?
— Победить силу камня этого мира может только волшебник из этого же мира, рожденный, так сказать, самим камнем. Это прекрасно знает колдун, и он будет следить за появлением волшебников, чтобы ликвидировать угрозу с их стороны. А волшебник-кальбрут — это очень большая сила, а следовательно, и опасность для колдуна. Поэтому пока Тоя не набрала силы, знать о ее возможностях никому не надо. Больше надежды на то, что колдун не разведает об этом.
Местор замолчал, думая о том, что новые возможности его дочери сулят победу над колдуном, а вместе с тем гарантируют и большую тревогу за ее жизнь. Он сегодня же расскажет все Кзоре и накажет не спускать глаз с дочери!
— Кстати, то, что у вас появился волшебник, дает еще один плюс — мы будем иметь связь. Как только вы увидите колдуна или он на вас нападет, то сразу отправьте мне «послание» через дочь, и я тут же прибуду помочь вам отбить нападение, — улыбнулся волшебник.
— Как мы сможем послать тебе что-то?
— Я установлю с ней мыслесвязь. Когда будет необходимость, то попросите дочь мысленно крикнуть мое имя, и я тут же услышу ее зов. К слову сказать, у вас, то есть у кальбрутов, нанов и драконов, есть возможность общаться мысленно. Только почему-то вы эту возможность не используете.
— Ты уверен? — спросил Местор и, не дожидаясь ответа, повернулся к жене и мысленно попросил ее помахать ему лапой.
Кзора удивленно обернулась и посмотрела на него, потом неожиданно улыбнулась и помахала лапой. Король кальбрутов был просто поражен этим. А он никогда даже не подозревал о подобных возможностях! Невероятно! Как много можно было сделать и скольких уберечь, знай он об этом раньше. Поэтому он решил непременно передать ценную информацию нанам и драконам, — пусть они распоряжаются этим знанием по своему усмотрению.
Король и волшебник разговаривали еще очень долго. Когда стало темнеть, Кроун тепло попрощался с кальбрутами и исчез так же неожиданно, как и появился. И надежда Местора на положительный исход борьбы с колдуном вспыхнула сильнее.
А потом начались «военные действия» с переменным успехом. Победы наш колдуном были тогда, когда успевал прибыть волшебник — его магия плюс мощь кальбрутов давали превосходные результаты. Колдун стал появляться реже.
Король кальбрутов уже начал разрабатывать план, который поможет им вместе с Кроуном напасть на замок колдуна и завладеть Телоифом. Сам же колдун не появлялся уже больше месяца. Все шло с каждым днем лучше и лучше. Тоя подрастала, а вместе с ней и ее способности. У Местора на душе стало спокойно...
Но в один день всему этому пришел конец.
Все началось с того, что неожиданно появился правитель Фабса. Он не выглядел энергичным, как всегда, — скорее уставшим и взволнованным.
— Что-то случилось? — забеспокоился Местор.
— Да. Колдун как-то сумел протащить энергию камня в наш мир. Сам камень ни за что не покинет своего мира, а вот его энергия...
— И чем это чревато?
— Только тем, что теперь мне придется не только помогать вам, но и защищаться самому. И что самое страшное, я пока не знаю, как бороться с этой силой! Это ведь энергия не нашего мира. — Голос волшебника был тусклым и печальным.
— Я могу чем-то помочь? — предложил кальбрут.
— Нет. Увы, нет. Береги дочь, Местор!
И волшебник ушел. Но появился вновь уже через пару часов. Точнее, появился не он, а его изображение, которое трепетало на ветру. Он говорил быстро и сбивчиво.
— Местор, на нас напал колдун... — Изображение пропало на несколько секунд и потом появилось вновь, постоянно трясясь. — Это невероятно — мощь кристалла стала такой огромной! Мы с трудом ее сдерживаем. Боюсь, дружище, что больше не смогу вам помочь. Я не уверен, что мы останемся живы. Но я не падаю духом. Мой совет — прячь Тою и, если это возможно, спрячьтесь сами. — Кроун опять пропал и появился уже словно отражение в поверхности неспокойного моря. — Мы все равно победим! — были его последние слова, и он исчез насовсем.
Король кальбрутов не знал, на что решиться. Покинуть плато? Но их везде можно будет найти, а тут уже все знакомо. Остаться здесь? Но сможет ли он защитить свою семью, всех кальбрутов? Впервые в жизни Местор был в растерянности — он не знал, как поступить, чтобы это было правильно.
Времени, как понял король, у него было мало. Поэтому он созвал всех кальбрутов на плато и предоставил им свободу выбора — остаться или уйти. Все, абсолютно все решили остаться. Никто не хотел уходить из родных мест. Решили драться. Всех детей спрятали в пещере, с ними осталась Кзора. Собрали оставшиеся от волшебника шары со вспышками, которые очень не нравились колдуну, и стали ждать.
Ждать пришлось недолго. Уже через час над плато очень быстро начали сгущаться иссиня-черные тучи, по которым то и дело пробегали фиолетовые всполохи. Когда же от туч на небе ничего не стало видно и на плато наступила ночь, появился колдун.
— Местор, — закричал он, — отдай мне свою дочь, и я больше никого не трону!
Полетевшие в этот момент в него волшебные шары исчезли в одно мгновение. Просто растворились в воздухе, как будто их и не было.
— Меня нельзя победить, — захохотал колдун, — я уничтожу вас всех и твою маленькую магичку, король!
Что тут началось! Кальбруты кидались на колдуна и, несмотря на их шкуру, которая, как сказал волшебник, может выдержать несколько напоров магии, после второго или третьего фиолетового луча просто исчезали, превращаясь в пыль. Огненное дыхание кальбрутов даже не долетало до колдуна. Местор смотрел на это как в страшном сне. Он сам летел к колдуну, падал под фиолетовыми лучами, снова подымался, и все повторялось.