Страница 58 из 65
— Как жаль, — заметил тогда Гордон, — что нам приходится иметь дело с такими негодяями, а не с честными людьми, которым мы были бы так счастливы прийти на помощь! Наша колония стала бы сильнее! Теперь же нас ждет борьба, нам придется защищать свою жизнь, а знаем ли мы, каков будет исход этой борьбы?
— Бог хранил вас до сих пор, и теперь Он вам послал смелого Ивенса, а с ним и…
— Ивенс!.. Ура, Ивенс! — закричали в один голос все мальчики.
— Рассчитывайте на меня, — ответил штурман, — а так как я также рассчитываю на вас, то обещаю, что мы будем хорошо защищаться!
— Однако, — заметил Гордон, — если бы можно было избежать этой борьбы, если бы Уэльстон согласился покинуть остров?..
— Что ты хочешь сказать, Гордон? — спросил Бриан, не понимавший, в чем дело.
— Я хочу сказать, что разбойники уехали бы уже, если бы они могли пользоваться шлюпкой! Не правда ли, Ивенс?
— Верно.
— Хорошо! Если бы пойти с ними на переговоры, если бы их снабдить нужными инструментами, может быть, они бы приняли их? Я прекрасно знаю, как это должно быть противно! Но мы это сделаем, чтобы избавиться от них и помешать нападению, которое может привести к кровопролитию. Что вы скажете на это, Ивенс?
Ивенс внимательно слушал Гордона. Его предложение указывало на практический ум, не допускавший опрометчивых увлечений, и характер, позволявший ему со спокойствием рассматривать всякое положение. Он думал, и вполне справедливо, что это самый серьезный из всех мальчиков и его замечание достойно внимания.
— Действительно, господин Гордон, — ответил он. — Всякое средство будет хорошо, только бы избавиться от присутствия этих злодеев. Возможно, что, починив шлюпку, они согласятся уехать, и это лучше, чем вести борьбу, результат которой может быть сомнительным. Но разве мыслимо положиться на Уэльстона? Если вы пойдете с ним на переговоры, он захочет завладеть гротом и всем, что принадлежит вам. Разве он не может вообразить, что вы взяли деньги потерпевшего кораблекрушение? Верьте мне, что эти негодяи постараются отплатить вам злом за все оказанные услуги! В этих душах нет места благодарности! Вступить с ними в соглашение — это значит выдать себя.
— Нет!., нет!.. — закричали Бакстер и Донифан, к которым присоединились другие, к удовольствию штурмана.
— Нет, — прибавил Бриан. — Не стоит иметь ничего общего с Уэльстоном и его шайкой!
— И потом, — сказал Ивенс, — им нужны не только инструменты, но и заряды. У них еще хватит зарядов для нападения на нас, но для далекого путешествия зарядов не хватит. Они попросят у вас… даже потребуют. Разве вы им дадите?..
— Конечно нет, — ответил Гордон.
— Прекрасно, они попытаются достать силой! Вы только отдалите борьбу, и она произойдет при условиях для вас менее выгодных.
— Вы правы, Ивенс! — ответил Гордон. — Подождем и будем защищаться.
— Да, это лучшее решение. Подождем… есть еще повод, чтобы ждать.
— Какой же?
— Слушайте, вы прекрасно знаете, что Уэльстон может уехать с острова только на шлюпке с «Северна».
— Очевидно! — ответил Бриан.
— Так как эту шлюпку можно исправить, в чем я уверен, и если этого Уэльстон не сделал, то только за неимением инструментов.
— Конечно, он бы тогда уехал, — сказал Бакстер.
— Совершенно верно, следовательно, если вы дадите Уэльстону средства починить лодку, я уверен, что он откажется от мысли ограбить Френ-ден и поспешит уехать, нисколько не заботясь о вас.
— Черт возьми, если он это сделает, на чем тогда мы уедем отсюда?
— Как, Ивенс, — спросил Гордон, — вы рассчитываете на эту лодку, чтобы покинуть остров?
— Конечно, господин Гордон!
— Чтобы вернуться в Новую Зеландию, переехав Тихий океан? — уточнил Донифан.
— Тихий океан? Нет, мои мальчики, — ответил Ивенс, — но чтобы добраться до ближайшей станции, где мы будем ждать случая вернуться в Окленд!
— Вы не шутите, господин Ивенс? — воскликнул Бриан.
— Разве эта шлюпка может годиться для переезда в несколько сотен миль? — спросил Бакстер.
— Несколько сотен миль? — ответил Ивенс. — Нет! Только тридцать.
— Но ведь вокруг море? — спросил Донифан.
— К западу, да! — ответил Ивенс. — Но к югу, северу, востоку — это каналы, которые легко можно переехать за шестьдесят часов!
— Значит, мы не ошибались, думая, что по соседству есть земля? — сказал Гордон.
— Нисколько, — ответил Ивенс, — и это обширные земли, которые простираются на восток.
— Да, на восток!.. — воскликнул Бриан. — Это беловатое пятно, потом отблеск, который я заметил в этом направлении…
— Беловатое пятно, вы говорите? — переспросил Ивенс. — Это, очевидно, какой-нибудь глетчер, а отблеск — пламя вулкана, местонахождение которого должно быть нанесено на карте. Ну, мои друзья, как вы думаете, где вы находитесь?
— На одном из отдельных островов Тихого океана! — ответил Гордон.
— Остров?.. да! Но не уединенный! Он принадлежит к одному из тех многочисленных архипелагов, которые лежат у берегов Южной Америки. Впрочем, если вы дали названия мысам, бухтам, течениям вашего острова, почему вы мне не сказали, как вы назвали остров?
— Мы назвали его островом Черман, в честь нашего пансиона, — ответил Донифан.
— Остров Черман! — ответил Ивенс. — Это его второе название, потому что он уже называется островом Ганновер!
Приняв после этого обычные меры предосторожности, все отправились на покой, тогда как койка штурмана была приготовлена в зале. Мальчики не могли уснуть от волнения. С одной стороны, их ждала кровавая резня, а с другой — возможность возвратиться на родину.
Ивенс отложил до другого дня объяснения о точном положении острова Ганновер. Моко и Гордон должны были дежурить. Ночь прошла спокойно.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Магелланов пролив. — Прилегающие к нему земли и острова. — Стоянки. — Планы на будущее. — Сила или хитрость? — Рокк и Форбс. — Мнимые потерпевшие кораблекрушение. — Гостеприимство. — Выстрел Ивенса. — Вмешательство Кэт
Пролив длиной около трехсот восьмидесяти миль идет от мыса Девственниц в Атлантическом до мыса Пилар в Тихом океане. Берега его очень неровны: горы в три тысячи футов высоты тянутся над уровнем моря, есть много бухт, удобных гаваней, где суда могут запасаться пресной водой. Густые леса, окаймляющие канал, изобилуют дичью, множество водопадов низвергаются, шумя, в эти бесчисленные бухточки. Этот канал, открытый знаменитым испанским мореплавателем Магелланом в 1520 году, является для судов, идущих с востока или запада, более коротким путем, чем пролив Лемера между Огненной землей и Южной Америкой.
В продолжение полувека одни только испанцы посещали земли, прилегающие к Магелланову проливу, и основали на полуострове Брансуик факторию, называемую портом Голода. За испанцами последовали англичане: Дрейк, Кавендиш, Чидлей, Гокинс; голландцы: де-Веерт, Корд, Порт с Лемером и Скоутен, открывшие в 1610 году пролив того же имени. Наконец, в 1606–1712 годах стали появляться французы: Деженн, Бошен-Гуэн, Фрезье. Впоследствии эти страны посетили знаменитые мореплаватели: Ансон, Кук, Байрон, Бугенвилль и другие.
С этих пор корабли стали чаще ходить через Магелланов пролив — особенно со времени изобретения пароходов, для которых не имеют значения неблагоприятные ветры и течения.
На следующий день Ивенс показал мальчикам этот пролив на карте штилеровского атласа.
Патагония — последняя провинция Южной Америки, земля Короля Вильгельма и полуостров Брансуик образуют северную границу этого пролива, который окаймлен на юге Магеллановым архипелагом, состоящим из небольших островов Огненной земли: Десоласьон, Кларенс, Осте, Гордон, Наварино, Уолленстон, Стюарт и других более мелких островов, из которых последний заканчивается мысом Горн. К востоку Магелланов пролив расширяется на один или два канала между мысом Девственниц в Патагонии и мысом Святого Духа Огненной земли. На западе полуострова, острова, архипелаги, проливы, каналы бесконечно сменяют друг друга, каналы между мысом Пилар и южной оконечностью большого острова Королевы Аделаиды соединяются в один пролив, выходящий в Тихий океан. Выше виднеется целый ряд островов от пролива лорда Нельсона до группы Чонос и Чилоэ, прилегающих к чилийскому берегу.