Страница 79 из 114
— Мистер Тикок, седьмой класс сидел тогда за едой в школьной столовой, и миссис Холленд была с учениками. И так как Джо Кинг в предшествующую неделю при дежурстве в столовой вытворял всякие безобразия, она внимательно следила за ним.
— Я припоминаю, — объяснил Тикок, вздохнув, — что мне, как классному руководителю, докладывали о выходках этого мальчика. Он бы заслуживал битья, но полезная «большая дубинка»у нас теперь запрещена, а другие наказания на него не производят никакого впечатления, потому что у него отсутствует честолюбие.
Джо побледнел.
Судья оставил без внимания это замечание…
— А теперь, мистер Тикок, ваши наблюдения и воспоминания. Ученики были уже на местах, когда вы вошли в класс?
— К сожалению — нет! Когда я подошел за пять минут до начала урока, класс ринулся беспорядочной толпой в дверь, вместо того чтобы как полагается идти друг за другом. Я это очень хорошо запомнил, ведь такое поведение мне очень не понравилось. Этот Джо Кинг был такой верзила — голова и плечи его торчали из толпы. Он же был и на три года старше остальных.
— Первой в класс вошла я, я же была дежурная, — тихо повторила Эрика. — Потом, конечно, Боб и сразу за ним — Джо. Но мы уже видели мистера Тикока позади и торопились на свои места. Весь класс относился к мистеру Тикоку с большим почтением…
— Правильно, Эрика, так это и было, — сказал Боб.
— Мистер Тикок, — продолжил исследование судья, — вы могли заглянуть в класс через головы учеников, которые входили в помещение?
— Да, да. Когда я стоял позади учеников, которые быстро вливались в класс, я мог уже видеть часть помещения.
— Видели ли вы Джо Кинга? Как он вел себя?
— Конечно, я наблюдал за мальчишкой, как всегда это делал. Он вместе со всеми толкался, и ему не оставалось ничего другого, как сразу же свернуть налево и отправиться на свое место.
— Где находился учительский стол?
— Справа.
— И на ваших глазах Джо взял конверт с деньгами с вашего стола или из вашего стола, хотя он пошел в левую сторону?
— Нет. Зачем вы так думаете, мистер Крези Игл? Прошу прощения, но как вы можете ставить такой путаный вопрос! Единственной ученицей, которая не пошла сразу на свое место, была Эрика. Она вытирала доску. Я не порицаю запоздавшее рвение, ведь Эрика обычно всегда пунктуально исполняла свои обязанности. Но что конверт у Джо, я увидел, когда уже принялся искать его в своем столе.
— Когда же тогда Джо забрал конверт, мистер Тикок?
— Этого я не знаю. Он, во всяком случае, был у него в руках. Этого вполне достаточно.
— Мистер Тикок, Джо, как я понимаю, имеет безупречнейшее алиби. От момента, когда Гарольд Бут получил ключ, до момента, когда вы увидели конверт в его руке, Джо не имел ни малейшей возможности завладеть конвертом.
— Но, с ума сойти, деньги же были у него в руках.
Слово получил Джо:
— У меня в руках были не деньги, а запечатанный конверт, который я, к своему удивлению, обнаружил среди тетрадей, которых я тоже не оставлял на столе.
Кто положил тетради на стол Джо, если алиби Джо твердо установлено? Эд еще раз обратился к свидетелю Гарольду Буту:
— Мистер Бут, ваши показания до сих пор не объясняют противоречий. Я даю вам последнюю возможность пересмотреть показания, и я не скрываю от вас, что представленные здесь остальные показания свидетельствуют против вас. Не можете ли вы совершенно определенно вспомнить о том, был ли положен вами конверт на стол мистера Тикока? Вы даете ваши показания под присягой. Не забывайте об этом.
— Я помню точно, что я положил конверт на стол учителя.
— Означает ли это, что вы считаете свою память безукоризненной или же вы хотите сказать, что показания абсолютно соответствуют фактам?
— Они соответствуют фактам.
Эд понял по звучанию голоса, что Гарольд не спокоен.
Джо Кинг попросил суд изъять у Гарольда Бута перочинный нож.
Просьба вызвала удивление, даже определенное волнение. Эд хотел услышать обоснование неожиданной просьбы, но Джо воздержался пока его дать.
Гарольду казалось, что ему легче будет выпутаться из неприятного положения подозреваемого, если он проявит себя совершенно беспристрастным. Мозговых извилин у него часто не хватало, чтобы трудные ситуации быстро рассмотреть со всех сторон. Он был, скорее, человеком, который задним умом крепок. Так и теперь он взял и извлек свой перочинный нож с несколькими лезвиями и передал в суд.
Крези Игл повернулся к Джо Кингу:
— Ну, что теперь?
— Прошу спросить моих бывших соучеников, не говорили ли мы в седьмом классе о том, что Гарольд Бут в двенадцатом классе получил от своей матери в подарок очень хороший перочинный нож, ручка отделана рогом, лезвия крепкие, длинные, трех различных размеров.
Крези Игл спросил, не могут ли свидетели об этом вспомнить.
Боб попросил слова:
— Об этом мы знали, ведь после уроков, это было, наверное, за неделю или две до того, как произошла история с деньгами, значит, сразу после больших каникул, Джо и Гарольд налетели друг на друга после окончания уроков. Они частенько друг с другом дрались. А в этот день как раз вышла из школы на улицу Квини, а если оба видели Квини, они становились еще яростнее. Гарольд заговорил с Квини и показал ей свой новый нож.
Эд прервал:
— Миссис Кинг, вы припоминаете это происшествие?
— Да.
— Свидетель, прошу продолжать дальше.
Боб глубоко вздохнул.
— Джо тогда шел мимо и спросил Гарольда, уж не думает ли он, что такой нож в руке неумелого труса может что-то стоить. Гарольд хотел ударить Джо в висок кулаком с зажатым в нем ножом, но Джо перехватил руку, загнул Гарольду большой палец и отобрал у него нож. «Попробуй забери!»— крикнул он Гарольду. Гарольд хотел схватить Джо, но тот ответил боксерским ударом в подбородок, и Гарольд отлетел назад и не осмелился больше приблизиться. Тут Джо достал из кармана заточенный камень — у него всегда при себе была такая штука — и сделал зарубку победителя на ручке ножа. Затем он отдал нож Гарольду и посмеялся над ним. Но Квини бросила на Джо восхищенный взгляд, и мы ему все позавидовали.
— Где была зарубка? — захотел узнать Эд.
— Если вы потрогаете спинку ножа, сэр, тогда с правой стороны, в верхней трети. Я знаю это потому, что я наблюдал, и потому, что Джо долго пилил. Это меня очень интересовало.
При последних словах по залу прокатился смешок, как маленькая волна по озеру, которое уже ожидало под ненастным небом бури.
— Считаете ли вы возможным, что память свидетеля Боба Тандешторма достаточно надежна? — обратился Эд к миссис Холленд.
— Да, я считаю, достаточно надежна. Он тяжело усваивает, но уж то, что он познал, не забывает никогда. Так обстоит дело и с его школьными занятиями.
Эд Крези Игл между тем ощупал роговую накладку ручки и обнаружил соответствующую зарубку.
— Мистер Бут, это тот самый ножик, с которым случилось описанное происшествие?
Гарольд сильно откашлялся.
— Я не считаю, что Боб правильно описал происшествие. Об этом надо бы еще кое-что сказать, но я не хочу суд отвлекать ненужными разговорами. Дело тут, во всяком случае, в ноже, который я получил от своей матери в подарок за хорошее учение в одиннадцатом классе, и мои соученики в двенадцатом классе восхищались и не завидовали таким низким образом, как Джо Кинг.
— Мистер Бут, обидам вашим на суде не место. Дело идет тут о ноже, которым вы владели уже в школе?
— Да.
— Мистер Кинг, не хотите ли вы теперь объяснить, какое, по вашему мнению, значение имеет этот нож в плане нашего разбирательства?
— Могу я задать вопрос свидетелю Гарольду Буту?
— Только через суд.
— Пожалуйста, спросите свидетеля Бута, почему он не убрал обломанный кончик лезвия своего ножа, которым он открыл тогда ящик моего школьного стола, чтобы вынуть тетради, — почему, значит, он тогда не подумал, чтобы спрятать этот кончик, который воткнулся в дерево?
Джо Кинг, пока говорил, в упор смотрел на Гарольда, и тот, словно загипнотизированный, не отводил взгляда. У Гарольда язык присох к небу.