Страница 3 из 8
Даже не скинув с плеч груза, путешественники бросились под мощную струю воды, бьющую из листвы.
— Еще сто шагов, и я стал бы глотать эту гнилую жижу, — воскликнул Жок, выскочив из-под водопада, где, раскрыв рот и раскинув руки, он пробыл не менее пяти минут.
— Наполните все фляги, — приказал Тимо. — Неизвестно, когда еще нам попадется Живая Вода.
С этими словами он начал взбираться по стволу дерева, чтобы осмотреть источник. То, что он увидел, озадачило его сверх всякой меры.
— Дай-ка мне топорик, — перекрывая шум падающей воды, крикнул он Непо.
Он обрубал лианы, обрывал спутанные побеги и срывал мох, и постепенно обнажалась черноватая, почти ровная поверхность. Раздался звук удара металла о металл.
— Да это же гидрант! — воскликнул Жок.
Тимо сорвал последние лианы, освободив изъеденный ржавчиной маховик. Он попытался повернуть его, но тот не поддавался.
— Такой же гидрант, как и у нас, — ошеломленно сказал он. — Смотрите, здесь даже табличка с номером и схемой.
Он спустился на землю, глаза его возбужденно блестели.
— Это знак! — воскликнул он. — Это знак того, что Мир не заканчивается у Вышин, как талдычат Иерархи, и мы можем исследовать его. Теперь-то вы убедились? Невидимая смерть должна была всех нас уничтожить, но Ищей ни разу не запел о наличии радиации. Нам говорили, что в джунглях жить невозможно, но вот уже восемь раз гасло Солнце, а мы все идем по ним и не чувствуем ничего, кроме усталости. В сельве должны якобы быть всякие чудеса, она должна кишеть немыслимыми чудовищами, а мы нашли тут лишь зверей, которых можно убить, человека, говорящего на нашем языке, и гидрант стандартного типа. Верите ли вы теперь, что через Трясины можно пройти?
— Я всегда в это верил, ибо такова Миссия, — торжественно произнес Карел.
Два плота из связанных лианами стволов деревьев с трудом продвигались в лабиринте корней, на которых, как на ходулях, возвышались огромные деревья. При каждом погружении шеста из болота поднималось зловоние и долго потом висело в воздухе под сводом ризофор.
— Уже два дня мы движемся боком к Солнцу, — сказал Тимо. — Если будем идти и дальше в том же направлении, окажемся там, откуда вышли.
— Проход уже недалеко, — ответил Роб. — Через него мы сможем выйти из болота на твердую землю. Это единственный путь, какой я знаю.
— А дальше ты никогда не ходил? Почему?
Роб опустил голову.
— Я был один, и мне стало страшно. А потом Мудрецы догадались, что я прошел по Трясинам до самого края, и сказали мне: «Приближаясь к границам Мира, ты не только себя подвергаешь опасности, но и всю Орду».
— А теперь?
— А теперь я хочу идти вместе с тобой. Я верю в то, во что веришь ты. Великий Обер создал Мир для людей, и люди должны познать Мир.
Внезапно Жок, толкавший передний плот, предостерегающе поднял руку.
— Тихо вы! Я слышу какой-то шум.
— Мы приближаемся к проходу, — негромко произнес Роб.
Заболоченный лес с его зелеными туннелями, наполненными гнетущей духотой, расступился, образуя небольшую бухточку. За разрывом, окаймленном буйной зеленью, на много километров простиралась чистая вода. Над ней плыла легкая дымка.
— Что-то приближается, — выдохнул Жок.
Путешественники спрятали оба плота под корнями-ходулями мангрового дерева и застыли в напряженном ожидании. Сквозь дымку медленно проступал казавшийся огромным продолговатый силуэт, с легким гудением скользивший по воде.
На палубе судна, на носу — четыре неподвижных силуэта; пятый стоял у штурвала. Судно медленно проследовало в нескольких саженях от спрятавшихся путешественников и вновь исчезло в дымке в направлении Трясин. У Роба все похолодело внутри.
— Зомбы!
Рядом с ним Тимо и его товарищи тоже, казалось, оцепенели от страха.
— На этот раз — все! — прошептал Непо. — Мы действительно дошли до Земли Ходячих Мертвецов.
— С чего ты это взял? — резко спросил Тимо.
— Только не говори мне, что это были люди. Ты же видел, как и все мы, что они стояли, как окаменевшие. Ты видел их неживые лица и неподвижные глаза. Ты видел, как они все похожи друг на друга. Это Ходячие Мертвецы. Мы покинули Мир. Обер Великий, спаси нас!
— Хватит! — оборвал его Тимо. — Разве Ходячие не появляются и в наших краях? Разве наши соседи, Дючи и Латты, никогда не встречали их? А Роб, который называет их, Обер знает почему, Зомбами, — разве он не говорил нам, что иногда они показываются и в джунглях?
С белым лицом и пересохшими губами, Непо смотрел на него непонимающим взглядом. Левое веко подрагивало от нервного тика.
— Будете ли вы утверждать, что земля Франков принадлежит им по той простой причине, что они там появляются? — продолжал Тимо. — Что же вы за патриоты! Я же говорю, что Ходячие здесь хозяева не больше, чем в нашей земле. Ради Сириза, вспомните Скрижали: «Великий Обер создал Мир, и Мир стал вращаться вокруг Солнца. Потом он отдал Мир людям».
Он выбросил вверх руку с вытянутым указательным пальцем и яростно прокричал:
— Пока у нас над головой Солнце, мы в Мире! И пока мы в Мире, мы дома!
— Отлично сказано! — воскликнул Жок. — В любом случае, не время возвращаться. А все заветы — гори они огнем!
— Святотатство! — заикаясь, пробормотал Непо, рисуя в воздухе знак Бесконечности.
— Никакого святотатства тут нет, — веско произнес Карел, — ибо сказано: «Исполняйте вашу Миссию». Реституционисты, к которым я принадлежу, знают, что Иерархи исказили смысл Скрижалей. Когда-то, очень давно, произошло нечто такое, из-за чего Миссия была забыта, и открыть ее вновь — наш священный долг.
— Сириз? — криво усмехнулся Непо.
— Может быть, — мягко ответил Карел. — В Скрижалях есть фраза, приписываемая Оберу — да поможет Он нам! — смысл которой так и не смог объяснить ни один толкователь: «Вы узнаете Сириз…»
— Но Сириз — это зло! Клясться Сиризом — значит богохульствовать!
— Так Иерархи говорят. Это их обязанность — вещать подобные вещи.
— Вздор и чепуха! — прервал их Тимо. — Вы спорите, как два беззубых мага на пороге святилища. Вопрос один: или вы идете, или вы не идете?