Страница 2 из 8
Тимо раздраженно отмахнулся от него.
— А я вот что тебе говорю: разве мы перестали быть людьми от того, что вот уже два выключения идем по этим джунглям? Хватит причитать, Непо. Нам повезло, что мы наткнулись на этого лесного человека. Он будет нашим проводником, если только мне удастся договориться с ним.
Чужак повернулся к Робу и несколько раз ударил себя кулаком в грудь.
— Я — Тимо! Я — Тимо! — А затем, показывая пальцем на Роба: — А ты?
Легкая улыбка пробилась сквозь бороду Роба.
— Нечего размахивать руками. Я понимаю, что вы говорите.
Чужаки застыли от изумления.
— Обер Великий! — только и прошептал Тимо.
Непо был первым, кто сделал два шага назад.
— Колдовство! — завопил он. — Я вам говорил — это Ходячий Мертвец!
Двое других Чужаков также отступили назад, вытаскивая лучеметы из кобуры. Только Тимо остался на месте.
— Глупцы! Вы видели когда-нибудь, чтобы Ходячий Мертвец носил звериную шкуру, сражался примитивным оружием и мог быть побежден? Вы видели когда-нибудь, чтобы у Ходячего Мертвеца шла кровь? Чтобы ему было больно? Если вы настоящие Франки, окажите лучше достойную помощь тому, кто говорит на вашем языке.
Пока он говорил, в одно мгновение вместо сумерек обрушилась ночь. Темнота была настолько плотной, что казалась осязаемой. В течение нескольких секунд лесные шорохи затихли, и джунгли замерли.
— Мы застигнуты врасплох, — в давящей тишине напряженно прозвучал голос Тимо.
Роб, изготовившийся было броситься в кусты, вздрогнул от неожиданности: возникший внезапно луч света, потом еще два, осветили его с головы до ног. Они исходили с высоты в половину человеческого роста — по-видимому, из коробочек, которые он видел на поясах у Чужаков.
— Разбейте лагерь, — приказал Тимо. — А я тем временем займусь раной нашего друга.
— Далеко еще? — простонал Непо.
— Тридцать раз по сто шагов, — ответил Роб, с тесаком в руке прокладывавший дорогу маленькому отряду.
Под плотным пологом сельвы влажное и липкое дыхание гниющего подлеска окутывало их невыносимым смрадом. Пять человек с трудом брели через курящуюся теплом гнилую топь, на поверхность которой время от времени поднимались и жирно лопались пузыри газа.
В зеленом сумеречном свете огромные пауки спускались на своих нитях почти до самой клоаки и тут же быстро поднимались обратно. Какие-то неясные формы — то ли крабы, то ли скорпионы — сражались друг с другом, щелкая жвалами. Как только один из соперников погибал, откуда ни возьмись появлялись другие маленькие чудовища, спешившие успеть на пир. За каждым листом — глаз. За каждым пеньком — клешня. В гнилой воде неподвижно лежали гидрозавры, а ни на что не похожие псевдомурены вылезали из воды на своих атрофированных лапках и карабкались на деревья.
Роб принял решение честно помочь Тимо и другим Франкам. И не потому, что они вылечили его. Конечно, мазь, наложенная на рану, и укол, сделанный Тимо, поставили его на ноги куда быстрее, чем это сделали бы травы и припарки Мудрецов. Благодарность не была, однако, отличительной чертой лесных людей. Роб не сбежал потому, что его удерживало жгучее любопытство.
— Мир очень велик, — объяснил Тимо охотнику, — но мы должны познать его весь целиком. Того требует Великий Обер.
— А кто такой Великий Обер?
Участливо улыбаясь, Тимо покачал головой.
— Разве можно не знать даже этого? Что же тогда ты вообще знаешь о Мире? Что об этом говорят Мудрецы твоей Орды?
— Они говорят: «Мир круглый. То, что наверху, то и внизу, а то, что внизу, то и наверху». Они говорят: «Только в Мире есть жизнь, а Мир окружен Вышинами и Трясинами. За ними же — Земля Мертвых и Зомбов».
— Значит, ты думаешь, что Непо, Жок, Карел и я — Зомбы?
— Нет, я так не думаю. Так кто это Великий Обер?
— Об этом написано в Скрижалях.
— А что такое Скрижали?
Тимо беззлобно и немного печально рассмеялся.
— Да ты, я вижу, настоящий дикарь. В Скрижалях говорится: "В начале всего был Великий Обер. Он создал Солнце — источник живительного света и тепла. Потом он создал Мир, и Мир стал вращаться вокруг Солнца. Потом он отдал Мир людям и сказал им: «Исполняйте вашу Миссию».
— Миссию?
— Да. Именно поэтому я пошел в джунгли с теми, кто захотел последовать за мной. Дело в том, что люди забыли, что такое Миссия. Иерархи и маги только и знают, что распевать заклинания, но объяснить, что такое Миссия, не могут. А я хочу знать.
Роб не понимал и половины из того, что говорил Тимо, но где-то в тайниках его мозга эти слова совершали свою работу. Смутная жажда знаний гнездилась и в его душе, ему тоже было недостаточно бесконечных и однообразных поучений Мудрецов. В Орде он получил прозвище РобОдинец, потому что охотился отдельно от всех, нередко не появлялся в стойбище в течение нескольких выключений и никогда не рассказывал о своих приключениях в окрестностях Вышин и Трясин.
— Если я покажу тебе дорогу через Трясины, ты пойдешь еще дальше? — спросил он Тимо.
— Обязательно. Так надо. Скрижали говорят: «Мир не бескрайний, и край его известен». Раньше, возможно, так и было, но, да простит меня Великий Обер, теперь это не так. Я иду, чтобы найти край Мира.
— Мир круглый, — ухмыльнулся тогда Жок. — Ты очутишься у себя дома.
— Если ты сомневаешься, зачем тогда идешь со мной?
— Ну, хотя бы потому, что просто люблю переставлять ноги.
Сейчас Жоку приходилось прикладывать немалые усилия для того, чтобы заниматься тем, что он называл своим любимым делом. Насыщенный влагой гумус засасывал ноги. Приходилось нагибаться и обеими руками вытаскивать ногу из тошнотворной жижи. Вытащив одну, надо было освобождать другую, да еще стараться, чтобы сапог не остался в трясине.
— Это никогда не кончится, — сказал Непо, моргая покрасневшими, слезящимися глазами.
И он уже было сбросил ставший непосильным вещевой мешок, как Роб остановился и поднял руку.
— Слушайте!
Сквозь заросли до них донесся приглушенный клокочущий шум.
Это Живая Вода!
Собрав остаток сил, маленький отряд ускорил движение. Из-под ног бросились врассыпную водяные змеи, несколько псевдогекконов, потревоженные брызгами грязи, раздули свои голубые гребни.