Страница 63 из 78
— Договор, конечно, тоже сыграл свою роль, но он — не единственная причина.
— Ага! Я так и знал! — торжествующе воскликнул Захарий. — Дело было не в том, что он может стать хорошим мужем, я же видел, сколько богачей, и красивых, делали тебе предложения, а ты согласилась выйти за человека, которого почти не знала.
— Иногда случается, что… Время не важно для глубины разбуженных чувств.
— Да, это так, — кивнул Захарий. — Но признайся, обручение и свадьба были внезапны. Я хочу знать правду и не пытайся обмануть меня увертками и недомолвками.
Мелисса широко раскрыла глаза. Как он?..
— Лисса, я знаю тебя лучше всех на свете, могу читать твои мысли. И мне хорошо известно, что ты всегда стараешься меня защитить. — Он печально поморщился. — Но я уже не ребенок. Я навсегда останусь твоим младшим братом, но надеюсь, что ты перестанешь меня ограждать от жизненных невзгод.
— О Зак! — воскликнула Мелисса с мукой в голосе. — Я никогда не думаю…
— Ты мне говорила, что ноша становится легче, когда ее несут двое. Расскажи мне правду. И не надо меня оберегать.
Она взволнованно посмотрела на брата, ей очень хотелось все рассказать, но она боялась.
— Я расскажу тебе, но поклянись, что ты не совершишь необдуманного поступка. Независимо от того, что ты услышишь.
Захарий медленно откинулся в кресле. Ему не понравилось условие сестры. Нахмурив темные густые брови, он спросил:
— А если я такого обещания не дам? Тогда ты мне не расскажешь?
Мелисса взволнованно, покачала головой:
— Или ты даешь обещание, или мы прекращаем разговор. — Она напряженно ждала ответа, зная, что если Захарий согласится, то никогда не нарушит слова. Но не дав такого обещания, — Мелисса даже слегка вздрогнула, — он вылетит из этой комнаты в поисках Латимера с единственной мыслью — убить этого негодяя.
, Захарий долго молчал, потом с явным нежеланием кивнул.
— Я обещаю.
Чтобы устранить всякую возможность несчастья, Мелисса еще раз повторила:
— Ты даешь мне обещание, что независимо от того, что я тебе расскажу, ты не подумаешь о мести и никого, никого не вызовешь на дуэль, каким бы подлым тебе ни показался поступок этого человека.
. Тело Захария напряглось, глаза сердито блестели, но сквозь зубы он процедил:
— Я обещаю выполнить все, что ты сказала. — И возмущенно добавил:
— Но я думаю, что с твоей стороны нечестно требовать от меня такого.
Доминик замер за дверью. Одна часть его души восставала против того, что он подслушивает, а другая — рвалась узнать, что ответит его жена. Он затаил дыхание, сердце учащенно билось; Доминик ждал, разрываясь между страхом и жаждой откровения Мелиссы.
После того как Захарий поклялся, Мелисса уже была не в состоянии остановиться. Ее слова, сдерживаемые столько дней и ночей, лились потоком. Она излагала факты и, наблюдая, как все больше хмурится Захарий, как нарастает ярость в его глазах, благодарила Бога за то, что догадалась заставить его поклясться.
— Ублюдок! — прорычал Захарий. — Попался бы он мне в руки!
Заволновавшись, Мелисса вцепилась в его локоть:
— Ты обещал, что ничего такого не сделаешь!
Он горько рассмеялся:
— Да, ты вырвала из меня эту клятву, дорогая. Но как я теперь встречусь с этим подлецом? Лисса, все-таки ты глупышка. Ты должна была мне все рассказать раньше.
— Ну да! Чтобы ты вызвал его на дуэль? Пожертвовал своей жизнью? Ведь этим могло все кончиться!
Посмотрев нетерпеливо на сестру, Зак спросил:
— Когда ты перестанешь меня оберегать? Мы должны вместе смотреть опасности в лицо.
Поскольку сестра молчала, он быстро добавил:
— О Боже! Не волнуйся. Я тебе обещал. Я не вызову его на дуэль. Но расскажи мне все-все. Хотя, в общем-то, я могу и сам догадаться. Именно из-за Латимера ты вынуждена была продать Фолли Доминику, так?
Мелисса кивнула и продолжала свой рассказ дальше: о требовании Латимера встречи в гостинице, о ее решении пойти. Ей нелегко было об этом говорить, но самое трудное — о моменте, когда она перепутала комнаты и оказалась в номере Доминика. Она запнулась, рассказывая про то, что проснулась и обнаружила себя в кровати своего будущего мужа, скороговоркой пролепетала о появлении Ройса и Джоша. С грустью Мелисса передала Захарию угрозы Джо а забрать его из-под ее опеки, если она не собирается выйти замуж.
Захарий молчал, когда Мелисса закончила свой рассказ, откинулась на спинку дивана и устало прикрыла глаза.
— Ну вот. Теперь ты все знаешь. Вот так я вышла замуж за Доминика Слэйда.
— Боже мой! Лисса! Почему ты раньше ничего не сказала? Я бы все понял. Если бы ты рассказала правду, я уверен — и Ройс, и дядя Джош поняли бы все!
Мелисса с усмешкой сказала:
— И ты действительно в это верить? Джош хотел выдать меня замуж с тех пор, как мне исполнилось семнадцать лет. И неужели ты думаешь, что Ройс или Джош не кинулись бы искать Латимера? Один из них или оба они бы потребовали сатисфакции на дуэли, и в результате, возможно, погибли бы. Могла ли я такое допустить?
Захарий больше не мог сдержать свой гнев:
— Но ведь наша обязанность — защищать женщин от таких негодяев, как Латимер! И было бы справедливо, если бы мы вызвали его на дуэль!
. Клятва, которую Мелисса заставила его дать, ужасно злила Захария, и он сказал:
— Я думаю, с твоей стороны было нечестно требовать от меня сдержанности. Ты должна разрешить мне заняться этим типом.
Мелисса покачала головой. Захарий взволнованно вскочил и встал перед ней:
— Лисса! Ты должна снять с меня клятву! — Его руки сжались в кулаки, он умолял сестру:
— Ты должна дать мне право отомстить за тебя!
— Отомстить? — проговорил Доминик, шагнув через порог с самым невозмутимым видом. Пройдя по комнате к жене, он холодно спросил:
— Что за разговоры о мести? О чем идет речь?
Глава 25
Как два школьника, Захарий и Мелисса повернулись к Доминику и наперебой понесли какую-то околесицу, чтобы скрыть от него истинный предмет разговора.
— Месть? — повторил с деланным удивлением Захарий. — Речь идет не о мести, я просто пытаюсь убедить Лиссу позволить мне исправиться. В последнее время я редко с ней виделся.
— О да! — быстро вступила Мелисса» когда Доминик удивленно поднял брови. — И я ему говорила, что не сержусь, поскольку понимаю, как он занят последние недели.
Они оба напряженно ждали его реакции, но Доминик спокойно сказал:
— Ваши отношения достойны похвалы. — Посмотрев на Захария, он добавил:
— Я не хотел бы отрывать тебя от сестры, но думаю, что нам пора ехать. Как? Согласен?
— О, конечно! — Захарий на прощание расцеловал сестру, ободряюще сжал ее руки и вышел из комнаты.
Доминик неторопливо подошел к Мелиссе, сидящей на диване, и странно улыбнулся. Прикрыв глаза, чтобы она не поняла, о чем он думает, Доминик наклонился и поднял ее бессильно лежащую руку, в теплом поцелуе прижался к ее ледяным пальцам и проникновенно сказал:
— Я очень хотел, чтобы этот вечер мы провели наедине, и у меня не было других планов… Но, как всегда в последнее время, у меня есть определенные обязательства.
Он сильнее сжал руку жены, сильным движением поднял ее на ноги и притянул к себе. Слегка коснувшись губами ее щеки, он сказал, словно простонал:
— Я не прикасался к тебе все последние недели, но не надо на меня сердиться за это…
Наслаждаясь и его словами, и его прикосновениями, Мелисса собрала все свое мужество и робко спросила:
— Но разве ты должен?.. Я думала… — Очаровательный румянец окрасил ее щеки. — Я думала, что после… после той ночи ты…
Смущение не дало ей договорить, но Доминик все понял, и его лицо засветилось лаской.
. — Что наши отношения продолжатся? — мягко поддразнивая, сказал он, сжимая ее плечи. — О, дорогая, ты даже не знаешь, как бы я хотел вновь оказаться с тобой в постели. Ночами я лежал без сна, вспоминая, как обнимал тебя, что чувствовал, но пока… — его губы слетка дрогнули от неприятных мыслей, — ..есть некоторые сложности, которые я должен преодолеть, прежде чем осмелюсь позволить тебе соблазнить меня. Когда мы вновь окажемся вместе, я хочу, чтобы и тени недопонимания не было между нами. — Доминик напряженно посмотрел на жену. — Ты понимаешь, о чем я говорю?