Страница 5 из 47
— Извини, что так на тебя набросилась.
Фрэнки выглядел жутко — по лицу все еще текла кровь, кровь была на рубашке и жилете.
— Да ничего, всякое бывает, — ответил он. — Рэмбо полный идиот. — Фрэнки вздохнул и вытер нос тыльной стороной ладони. — Дениз в мотеле «Голубой Марлин», но не тревожь ее до шести часов. Ей необходимо выспаться.
Он повернул ключ зажигания и нажал на стартер. «Харлей» взревел, и в одно мгновение Фрэнки исчез.
Я повернулась к Рейдин, но ее уже не было на крыльце. Посреди проезда стояла Флафи и смотрела вслед Фрэнки. Она уже не улыбалась.
Глава 5
Песчаную полосу пляжей, вдоль которой раскинулся Панама-Сити, называют еще Волшебной полосой. Правда, за те два года, которые я здесь прожила, я так и не поняла, в чем заключается ее волшебство. Может быть, в том, что ни один город не привлекал к себе на отдых такого количества молодежи. Однако скорее всего это название должно было убедить туристов, что именно эти пляжи лучшие во Флориде. Сейчас я сидела в дальнем конце Волшебной полосы и наслаждалась пиноколадой на задней веранде клуба «Шарки».
Клуб «Шарки» выдержан в сельском стиле — спокойного серого цвета, с соломенной крышей — и стоит у самой дороги, ведущей к пляжу. Вывеска его прямо-таки бросается в глаза. И будто этого недостаточно, над входом висит муляж огромной акулы.
Я сидела на веранде, наслаждаясь закатом, и рассматривала отдыхающих, прогуливающихся по пляжу. Двое молодых парней в белых шортах и белых рубашках складывали голубые пляжные зонтики, собирали лежаки и относили все это на ночь в ближайший отель. Это мое любимое время суток в Панама-Сити, короткое затишье перед ночной жизнью, когда в изнеможении дремлют загорелые нимфетки, а утомленные солнцем мужчины принимают душ, освежаясь перед ночными развлечениями.
И было трудно поверить, что менее чем в десяти милях отсюда, в мотеле «Голубой Марлин», перед самым рассветом произошло ужасное убийство. Сейчас солнце склонялось к горизонту, вокруг все наслаждались жизнью, и казалось, что ничего другого не существует.
— Я примчалась, как только смогла.
Дениз уселась на высокий табурет рядом со мной так тихо, что я не услышала, как она подошла. На ней были темные очки, а ее темно-рыжие волосы были туго перехвачены на затылке лентой. Тщательно наложенная косметика не могла скрыть бледности ее лица. И только большие золотые, с аметистами, сережки выделялись яркими пятнами.
— По-моему, нам надо поговорить, прежде чем мы отправимся на работу, — сказала я. Дениз и я работаем вместе уже около года, а что я знаю о ней? Все полюбили пса Арло, но о его хозяйке знали мало.
— Я думала о том, что произошло, Кьяра. Я попытаюсь разобраться с вымогателями. Конечно, у меня нет ста тысяч долларов, они должны это знать. Может, они принимают меня за другую? — Дениз покачала головой и пожала плечами, показывая, что для нее это тайна, покрытая мраком. Когда она потянулась за пепельницей, рука ее дрожала.
— А ты? — спросила я.
— Что я?
— Ты действительно не та, за кого себя выдаешь?
Дениз с раздражением посмотрела на меня.
— Что ты имеешь в виду? — спросила она, открывая сумочку и пытаясь отыскать там пачку сигарет.
Я жестом попросила у бармена еще порцию пиноколады.
— Дениз, я вот что скажу. Мы знакомы с тобой уже почти год, с тех пор, как ты приехала сюда. И сейчас я поняла, что ничего не знаю о тебе. — Бармен подал мне напиток, я помолчала. — Тебе двадцать восемь лет, ты выросла в Майами, около года назад развелась, а теперь в твоем номере обнаружен труп. Ко всему похитили твою собаку. Вот я и подумала: а что я о тебе знаю?
С залива потянуло прохладным ветерком. Дениз отвернулась, пытаясь зажечь сигарету, однако у нее это не получилось, и она с нескрываемым раздражением бросила зажигалку на стойку. Потом снова повернулась ко мне.
— Мало мне копов, теперь еще и ты. — В голосе ее звучала горечь. — Всем вдруг понадобилась история моей жизни. Похоже, от прошлого никуда не деться, а мне так хотелось все начать заново.
— Копы — это одно, Дениз, но я все-таки считаю, что мы с тобой друзья.
Дениз сняла темные очки, глаза у нее были красными и опухшими.
— А мы и есть друзья, — вздохнула она. — Не знаю, правда, останемся ли мы друзьями, когда ты услышишь мою историю.
— Дениз, у каждого из нас есть прошлое, которое нам не хочется выставлять на всеобщее обозрение, ведь в нем может оказаться что-то постыдное. В этом ты ничем не отличаешься от остальных.
— Понимаю, просто… Ну да ладно, слушай. — Судя по всему, она решила довериться мне. — Дела обстояли так. Я вышла замуж за Леона, и мы с ним прожили пять лет. Сначала все было просто замечательно. Он такой красавец, всегда при деньгах, всегда делал подарки. Знаешь, в той части Майами, где я выросла, никто ничего не имел, а он обращался со мной как с королевой. Но потом я поняла, что он представляет собой. Узнала, как он делает деньги, и тогда испугалась. Знаешь, Кьяра, он оказался настоящим мерзавцем.
— Он тебя бил? Или что?
— Да, и это тоже было, — как-то буднично сказала она. — Но он был связан…
— С мафией?
— Да, — подтвердила Дениз. — Но важной птицей он не был. — Она замолчала и попробовала опять зажечь сигарету.
— Ну и… — подстегнула я Дениз.
— Леон продавал наркотики и стал заставлять меня помогать ему. Знаешь, прятать деньги, передавать их. Потом его на три года посадили, и я поняла, что это самый подходящий момент, чтобы уйти от него.
— Что ты имеешь в виду, говоря о подходящем моменте? — поинтересовалась я.
— Ну, сама понимаешь, он бы избил меня до смерти, если бы я попыталась развестись, когда он был на воле. Но он сидел в тюрьме, и я могла уйти. Знаешь, он был просто сумасшедший тогда. Думал, ему грозит большой срок, поэтому и подписал все бумаги. Вот я и переехала сюда, решив начать все заново.
Дениз выжидательно посмотрела на меня, я не отводила взгляда.
— Что ты имела в виду, когда сказала, будто он думал, что получит большой срок? Разве он сейчас не в тюрьме?
У Дениз задрожали губы.
— Нет, — прошептала она, — он нашел нового адвоката и подал апелляцию. До начала нового процесса его отпустили. Он уже около месяца на воле.
Теперь понятно, чем она напугана. Бывший муж вышел из тюрьмы, собаку похитили, а в номере труп.
— Ты считаешь, что здесь замешан Леон? — спросила я.
— Тебе так не кажется? — Она посмотрела на меня так, будто я сказала глупость.
— А ты копам рассказала?
— Он бы убил меня, если б я это сделала, — ответила Дениз, пряча в сумочку сигареты и зажигалку.
— Дениз, извини, но разве не к этому идет дело?
Дениз положила на стойку пятидолларовую купюру и прижала ее пустым стаканом.
— Кьяра, я больше не могу думать об этом, я устала, да и на работу пора. Насколько мне известно, у Леона сейчас новая подружка и он даже не знает, где я живу. Фрэнки позаботится обо мне, он ненавидит Леона.
— Фрэнки знает Леона? — спросила я, а сама подумала: «Ничего себе».
— Нет, — Дениз покачала головой, — просто он слышал о нем. Послушай, мне пора идти, увидимся на работе. Мне еще надо переодеться и добраться до клуба.
— А как же Арло? — спросила я.
— Не знаю, — глаза Дениз наполнились слезами, — честно, не знаю. Фрэнки обещал что-нибудь разузнать, может быть, что-то и получится. — Она улыбнулась. — Сказал, что познакомился с твоей соседкой…
— Он не представляет, как был близок к встрече с Создателем, — отозвалась я.
Глава 6
Настроение у меня было совсем не для выступления. Я исполнительница темпераментных танцев, натура творческая. И если у меня настроение не для номера, я себя не насилую. В искусстве ничего нельзя делать через силу. Поэтому я перебирала костюмы, висевшие в старом шкафчике, и смотрела, что больше подходит под настроение. А тут как раз Бруно просунул голову в гримерную.